Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Grandpa Guo.

Странный стыд.

Бытовая зарисовка – самоирония.
Сегодня я вдруг вспомнил, что надо что – нибудь покушать.
Взял пять картошин, каждая чуть больше куриного яичка. Решил, пожарю на растительном маслице и поем, без всяких излишеств.
Пожарил, поел с удовольствием. Да еще запил все это кружкой черного сладкого чая! И как – то получилось, что не покушал, а вот прям обожрался.
Сижу так, еле дышу от чрезмерной сытости и слышу вдруг внутренний голос:
- Ну что, обжора? Сидишь, еле дышишь, чревоугодник! Нет бы две – три картошины съесть! Так нет, подавай ему пять!
И какой – то странный стыд вдруг наполнил всего меня: мои мысли, мое сердце, мою душу. Обернулся я вмиг к иконостасу, посмотрел на Образ Христа, Бога нашего и: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго!
Долго еще после молитвы переживал, но с улыбкой внутри, этот очень странный стыд, который не отпускал меня! И все звучало: Господи, помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй меня!…

Бытовая зарисовка – самоирония.

Сегодня я вдруг вспомнил, что надо что – нибудь покушать.
Взял пять картошин, каждая чуть больше куриного яичка. Решил, пожарю на растительном маслице и поем, без всяких излишеств.
Пожарил, поел с удовольствием. Да еще запил все это кружкой черного сладкого чая! И как – то получилось, что не покушал, а вот прям обожрался.
Сижу так, еле дышу от чрезмерной сытости и слышу вдруг внутренний голос:
- Ну что, обжора? Сидишь, еле дышишь, чревоугодник! Нет бы две – три картошины съесть! Так нет, подавай ему пять!
И какой – то странный стыд вдруг наполнил всего меня: мои мысли, мое сердце, мою душу. Обернулся я вмиг к иконостасу, посмотрел на Образ Христа, Бога нашего и: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго!
Долго еще после молитвы переживал, но с улыбкой внутри, этот очень странный стыд, который не отпускал меня! И все звучало: Господи, помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй меня!…