Смирение работает только в том случае, когда человек не подавляет себя, а его просто это не цепляет, когда он может проявиться как родитель во всех своих гранях: агрессии, скупости и т.д. Тогда человек чувствует, что он всегда всё может сказать, проявить, сделать — он в безопасности, его чувства в безопасности, и тогда он не включается в процессы, а смирен, так как внутри это не вызывает у него
Смирение работает только в том случае, когда человек не подавляет себя, а его просто это не цепляет, когда он может проявиться как родитель во всех своих гранях: агрессии, скупости и т.д. Тогда человек чувствует, что он всегда всё может сказать, проявить, сделать — он в безопасности, его чувства в безопасности, и тогда он не включается в процессы, а смирен, так как внутри это не вызывает у него всплесков эмоций, попадания в детское состояние и снижения самооценки. Тогда он не ставит своё «я» или эго превыше, а наоборот готов служить другому, понимая, что его желания, мысли и чувства в безопасности, и он в любой момент может это проявить. Только в этом случае мы получаем не искусственную адаптацию, а естественную и гармоничную.
