Мы живём в странное время. Нас учат быть эффективными, конкурентоспособными, успевать больше, стоить дороже. Человек — это актив, человеческий капитал, ресурс. А нравственные нормы? Они тоже стали товаром, как ещё в 2009 году сформулировал психолог А.Юревич: «Мы будем соблюдать законы и нравственные нормы, если нравственно поступать будет выгодно».
Но что происходит с психикой, когда выгода становится главным мерилом добра и зла? Когда стираются границы между мужским и женским, между правдой и ложью, между нормой и патологией?
Человек оказывается в состоянии когнитивного диссонанса: он чувствует, что что-то не так, но не может этого объяснить. Отсюда — тревога, раздражение, внутренняя пустота, а в тяжёлых случаях — пограничные расстройства личности и даже суицидальные мысли.
Цифры, которые заставляют задуматься
По данным ООН (сентябрь 2025 года), больше 1 миллиарда человек в мире живут с психическими расстройствами. Тревога и депрессия составляют две трети от всех случаев. Каждый восьмой житель планеты — в зоне риска.
В России, по разным оценкам, до 40% населения имеют признаки психических нарушений. Около 10% страдают депрессией разной степени тяжести. И это только официальная статистика.
Что такое пограничные расстройства и при чём здесь духовность?
Пограничные расстройства — это не «сумасшествие» и не психоз. Это состояния на грани нормы и патологии, когда человек ещё не болен, но уже и не здоров. Он может работать, учиться, общаться — но живёт как на пороховой бочке.
Ключевые признаки:
- внутренняя пустота и отсутствие смысла жизни;
- яркие негативные эмоции (подавленность, тревога, раздражение) и почти полная неспособность радоваться;
- садистическо-мазохистические наклонности (человек испытывает странное облегчение, когда другим тоже плохо);
двойная мораль: свои правила для себя, другие — для всех остальных.
Эти состояния почти всегда — следствие неблагополучной ситуации развития ребёнка: семейной травмы, педагогической запущенности, дефицита духовно-нравственного воспитания.
Что говорят наши исследования?
В 2026 году мы провели опрос среди 155 родителей в Туапсинском районе (в рамках подготовки грантового проекта «Семейный остров 2.0»). Результаты оказались красноречивыми:
- 69% родителей не знают, куда обратиться за бесплатной психологической помощью;
- 75% срываются в стрессовой ситуации, даже если понимают, как «надо» реагировать;
- 71% признают, что их эмоциональное состояние сильно влияет на отношения с детьми;
- 66% не имеют круга доверительного общения вне родственников.
Родители пишут: «Дети ничего не хотят, кроме телефона», «не слышат», «теряют интерес к реальному общению».
Это не просто жалобы. Это симптомы ценностно-смыслового разрыва: человек знает, как правильно, но не может так поступить, потому что у него нет внутренней опоры.
Новый враг — алгоритмы
Сегодня к традиционным факторам дезадаптации (семейное неблагополучие, школьные проблемы, социальная изоляция) добавился ещё один — цифровая среда.
Искусственный интеллект и рекомендательные алгоритмы не просто сопровождают нас. Они подменяют сам процесс смыслообразования. Вместо внутреннего диалога — бесконечная лента контента. Вместо выстраивания своих ценностей — мелькание чужих, часто деструктивных установок.
Подросток не успевает подумать. Он не учится выдерживать паузу. Любая эмоция мгновенно находит аудиторию, любая мысль не созревает до уровня личностного смысла.
Пограничные расстройства в таких условиях получают идеальную питательную среду: нестабильная самооценка, страх отвержения, импульсивность — всё это подпитывается бесконечным сравнением с отфотошопленными образами в соцсетях.
Откуда берутся проблемы с поведением у подростков?
Очень часто открытые, позитивные, общительные дети в переходном возрасте «вдруг» становятся равнодушными, злобными и даже социально опасными.
Почему так происходит?
Семейные факторы:
- родители заняты, воспитание — второстепенная задача;
- ребёнка стыдят, принуждают, шантажируют, унижают, игнорируют, бьют;
- ребёнок вынужден нести ответственность за других членов семьи (инверсия ролей);
- нарушаются психологические, физические и правовые границы ребёнка.
Школьные факторы:
- педагоги перегружены, выгорают, не могут уделять внимание каждому ученику;
- формальный подход вместо живого общения.
- имитация близости и общения посредством цифровой среды
В таких условиях ребёнок не учится понимать фундаментальные человеческие ценности. Его поведение формируется исходя из удобства сосуществования с окружающими — не больше.
Что такое «когнитивный суверенитет» и зачем он нужен?
Особую роль в профилактике пограничных расстройств играет формирование когнитивного суверенитета — способности человека самостоятельно, без внешнего манипулирования, выстраивать свою иерархию смыслов и отличать свои истинные ценности от навязанных.
В эпоху искусственного интеллекта, когда алгоритмы не предсказывают, а формируют наши желания и страхи, эта способность становится базовым условием психического здоровья.
Что делать? Практический ответ — технология ценностно-смыслового самоуправления (ЦССУ) А. В. Курбатова.
3 апреля 2026 года данная технология была представлена на секции «Искусственный интеллект, когнитивные и цифровые технологии на службе суверенитета — новые инструменты цифровой независимости» в рамках Международного экономического форума государств — участников СНГ (35 лет СНГ: развитие большого евразийского партнёрства).
Это важно. Потому что проблема когнитивного суверенитета перестала быть только педагогической или психологической. Она стала вопросом национальной безопасности и технологической независимости.
Но вот что нужно понять: технология ЦССУ — это не волшебная таблетка для подростков. Её недостаточно выдать детям в добровольно-принудительном порядке, по принципу «пусть школа этому обучает». Ей должны овладеть мы — взрослые. Родители, педагоги, наставники, все, кто так или иначе влияет на формирование личности.
В отличие от классической когнитивно-поведенческой терапии, ЦССУ не дрессирует человеческую способность к социально-одобряемому поведению, а работает со связкой «ценность → смысл → цель». Именно эта связка разрушается в условиях дефицита духовности. И именно её восстановление становится главным буфером против пограничных состояний.
Почему это так важно?
Потому что подросткам недостаточно просто узнать о традиционных ценностях. Им важно прожить их, выстроить собственную смысловую вертикаль. Но как они могут это сделать, если рядом нет взрослого, который сам живёт осмысленно? Если взрослый срывается в стрессе, не выдерживает паузы, не умеет отличать свои истинные ценности от навязанных алгоритмами?
Без примера значимых взрослых, увы — это невозможно. Подросток не будет делать то, что вы говорите. Он будет делать то, что вы делаете. Или, если контакт с вами не достаточно глубок, он будет делать то, что ему скажут в интернете.
Вместо заключения
Дефицит духовности в эпоху искусственного интеллекта — это конкретный, измеримый фактор риска.
Алгоритмы не случайно подталкивают нас к чёрно-белому, поляризованному мышлению. Как сказал президент России Владимир Путин в одном из посланий Федеральному собранию: «От общества теперь требуют не только признания права каждого на свободу совести и частной жизни, но и обязательного признания равноценности добра и зла, противоположных по смыслу понятий». Именно такое мышление обеспечивает максимальную эмоциональную вовлечённость в информационную среду и оно же блокирует развитие критического мышления и разрушает способность выносить неопределённость, выдерживать смешанные чувства, сохранять внутреннюю опору.
Единственная альтернатива — формирование внутреннего когнитивного суверенитета. Умения выдерживать паузу между стимулом и реакцией. Умения отличать свой голос от голоса алгоритма. Умения строить свою иерархию ценностей. Статья о когнитивном суверенитете.
Возвращение человеку способности слышать себя — это не просто педагогическая или психологическая задача. Это гораздо глобальнее.