Знаете, я недавно поймал себя на мысли, что старею. И дело не в том, что у меня начала хрустеть спина при попытке завязать шнурки, и не в том, что в аптеке я оставляю больше денег, чем в баре. Нет. Я понял, что постарел, когда поймал себя на типично дедовском ворчании: «А вот в наше время сказки были нормальными!»
Серьезно, ребята, вы видели, во что превратился наш кинематограф за последние пару лет? У нас появилась новая национальная идея, новый жанр, настоящая золотая жила. Я называю это «кинематографической некромантией». Это когда солидные дяди в дорогих костюмах с Патриарших прудов берут лопаты, идут на кладбище нашего счастливого советского детства, откапывают там любимый мультик, пришивают ему современные спецэффекты, вкалывают лошадиную дозу автотюна и выпускают этого Франкенштейна в прокат на новогодние праздники. А мы, как зомби, несем им свои деньги, потому что «ну это же для детей, ну это же наше, родное».
Давайте обсудим это явление. Молчать о нем уже невозможно — это требует вмешательства либо кинокритиков, либо экзорцистов. Скорее, вторых.
Нулевой пациент cиндром Чебурашки
Всё началось, конечно, с "Чебурашки". Я помню этот момент. Продюсеры посмотрели на сборы — шесть миллиардов рублей! Шесть миллиардов! Да у нас Газпром иногда меньше радуется. В этот день в Фонде кино, наверное, открыли шампанское, и кто-то крикнул: «Господа, пипл хавает ностальгию! Тащите всё, что плохо лежит! «Союзмультфильм», открывай архивы, мы идем вас доить!»
И они пошли. И если "Чебурашка" был еще относительно безобидным (ну да, странный зубастый зверек; ну да, Сергей Гармаш с лицом человека, только что узнавшего размер своей пенсии, играет Гену, который почему-то не крокодил, а мизантроп с садовым инвентарем) — это мы еще проглотили. Но то, что началось потом, — это уже не кино. Это уголовный кодекс, статья «Жестокое обращение с воспоминаниями».
"Бременские музыканты" Пять ночей с Фредди по-русски
Возьмем «Бременских музыкантов». Вышел этот шедевр в начале 2024 года. Я пошел в кино с племянником. Я думал, мы сейчас будем петь «Ничего на свете лучше неееету». Ага, щас.
Первые десять минут фильма. Маленький Трубадур поет с мамой. Зима. Лед. Мама проваливается под лед и тонет на глазах у ребенка.
Стоп. Что?!
Ребята, вы снимаете мюзикл про поющих животных! Зачем нам травма уровня Балабанова в прологе?! Я пришел смотреть на осла с гитарой, а не на экзистенциальный кризис и сиротство! Что дальше? В ремейке «Винни-Пуха» Пятачка пустят на тушенку в первой сцене, чтобы показать суровость Стоакрового леса?
Но мама подо льдом — это цветочки. Потом появляются ОНИ. Животные.
Вы видели этот грим? Я не знаю, кто был художником по костюмам, но, по-моему, этот человек до этого работал в комнате страха или оформлял квесты про маньяков. Это не милые зверушки, это хтонические мутанты из Чернобыля.
Осел. Осла играет Дмитрий Дюжев. Вы вдумайтесь в уровень метаиронии: Дюжев играет Осла. В огромной, криповой маске с человеческими глазами, которые полны боли и немого вопроса: «Как я докатился от "Бригады" до этого скотного двора?».
Петух в исполнении Аскара Нигамедзянова выглядит так, будто он только что отсидел пятнадцать лет за разбой и теперь готов зарезать тебя заточкой за гаражами.
Кошка (Ирина Горбачева) и Пес (Роман Курцын) — это просто аниматроники из игры *Five Nights at Freddy's*. Когда они первый раз вышли на экран, в зале заплакал ребенок. И это был тридцатилетний мужик, сидевший рядом со мной.
Зачем этот гиперреализм? Почему нельзя было нарисовать их на компьютере? Или сделать стилизованный грим, как в театре? Нет, создатели решили: «Мы сделаем так реалистично, что зрители будут чувствовать запах псины и навоза прямо через экран!»
А Трубадур? Тихон Жизневский — отличный актер, но его Трубадур ведет себя так, будто он фронтмен инди-рок-группы, которая выступает на корпоративе у бандитов и очень боится, что им не заплатят. А Сыщик в исполнении Константина Хабенского? Бедный Хабенский летает на каком-то стимпанк-джетпаке. Я смотрел на него и думал: «Костя, моргни два раза, если продюсеры держат твой паспорт в заложниках».
Сюжет растянули на два часа. В оригинальном мультике было 20 минут чистого драйва, рок-н-ролла и свободы. Здесь — политические интриги, разборки с разбойниками, тяжелое детство, психологические травмы. Из легкой сказки сделали смесь «Игры престолов» и программы «Мужское/Женское».
"Летучий корабль" Кислотный трип под автотюн
Но если вы думали, что «Бременские» — это дно, то снизу постучали. И постучали в ритме современной попсы. На экраны вышел «Летучий корабль» режиссера Ильи Учителя.
Оригинальный мультфильм Гарри Бардина 1979 года идет 18 минут. Восемнадцать! Как растянуть 18 минут на полнометражный блокбастер, который идет час сорок? Очень просто. Нужно добавить кучу ненужных персонажей, навалить вырвиглазной графики и превратить каждую песню в клип с Муз-ТВ начала нулевых.
Встречайте: Полина Гагарина в роли леди Джейн. Кто такая леди Джейн? Зачем она в русской народной сказке? Почему она сидит в клетке в виде птицы? Никто не знает. Просто продюсеры решили: «Нам нужна Гагарина. Пусть споет. И пусть страдает в перьях».
А теперь о главном. О песнях. Музыка Максима Дунаевского и стихи Юрия Энтина — это святое. Это наш культурный код. Что с ними сделали в фильме? Их пропустили через такую мясорубку современных аранжировок и автотюна, что кровь идет из ушей. Забава и Иван поют голосами Анны Пересильд (которая, видимо, после «Слова пацана» теперь обязана петь везде) и певца Федука (Feduk). Да, вы не ослышались. Федук поет за Ивана. Когда Иван на экране открывает рот, а оттуда льется автотюновый вокал в стиле кальянного рэпа, хочется встать и выйти из зала. Это звучит так, будто Иван сейчас не корабль строить пойдет, а замутит стартап по продаже смузи в коворкинге на дне болота.
Кстати, о болоте. Водяной. В мультике это был очаровательный, меланхоличный толстячок с пиявками, поющий голосом Анатолия Папанова: А мне летать охота!» Гениально, просто, душевно.
Что мы имеем в фильме? Внимание. Компьютерного Водяного, которому сделали лицо... барабанная дробь... Сергея Гармаша! Да что ж ты будешь делать! Гармаш у нас теперь главный сказочный инвентарь страны? Если в фильме нет цифрового или аналогового Гармаша, Фонд кино не дает денег?
Выглядит этот Водяной так, словно Шрек переболел желтухой и спился на теплотрассе. Эта графика... Ребята, на дворе давно эпоха нейросетей, они за секунду рисуют шедевры. А тут в высокобюджетном кино графика уровня заставок к играм на PlayStation 2. Когда этот Гармаш-Водяной начинает двигаться, законы физики покидают чат. Это не магия кино, это испанский стыд в формате 4K.
А Царь в исполнении Леонида Ярмольника? Он весь фильм бегает в костюмах, которые выглядят так, будто Филипп Киркоров ограбил цыганский табор и сшил из этого себе пижамы. Весь визуальный ряд фильма — это какой-то кислотный лубок. Яркие, кричащие цвета, от которых через полчаса начинает болеть голова. Это как смотреть на сварку, только за деньги.
"По щучьему велению" Пацаны не извиняются, даже на печи
А помните "По щучьему велению"? Еще один хит проката. В главной роли — всероссийский Кощей и главный скандалист Никита Кологривый.
И знаете, Кологривый играет Емелю точно так же, как он играет всех остальных: как будто он сейчас пойдет делить асфальт с чушпанами. Его Емеля — это не ленивый, но хитрый дурачок из народа. Это такой дерзкий гопник эпохи царя Гороха, который поймал Щуку, отжал у нее желания и теперь двигается по кайфу. «Щука, слышь, сюда иди. Сделай мне печь с подогревом сидений и тонировкой».
И снова этот шаблон! Обязательно должен быть компьютерный зверь-помощник (Щука), обязательно должен быть Роман Мадянов (Царство ему небесное, гениальный был актер, но он играл злых царей/бояр/мэров в каждом втором русском фильме на автомате). Обязательно впихнут шутки про современность.
Вот это, кстати, моя любимая мозоль. Эта дешёвая попытка осовременить сказку. Когда в тридевятом царстве начинают шутить про ипотеку, санкции, гаджеты или пробки. Сценаристы думают: «О, родители в зале сейчас порвут животы от смеха!»
Нет, ребята. Родители в зале сидят с лицами людей, которые осознали тщетность бытия. Мы пришли в сказку, чтобы УБЕЖАТЬ от ипотеки и пробок! Зачем вы тащите нашу депрессивную реальность в вымышленный мир? Дайте нам просто Ивана-дурака и Бабу-Ягу, не надо делать Бабу-Ягу бизнес-коучем по личностному росту!
Формула успеха (и провала)
Если проанализировать все эти фильмы, вырисовывается четкая методичка по созданию современного российского сказочного блокбастера. Можете записывать, если вдруг решите снять свой блокбастер:
1. Берем советский бренд. Ни в коем случае не придумываем новое! Новое — это риск. Зачем напрягать извилины, если можно взять то, что уже работает?
2. Растягиваем хронометраж. Добавляем драму. Кто-то из родителей главного героя обязательно должен умереть жестокой смертью в первые пять минут. Это сказка, дети должны страдать с самого начала.
3. Компьютерные животные. Они должны вызывать эффект «зловещей долины». Дети не должны спать после сеанса.
4. Кастинг. Бурунов должен играть царя. Если Бурунов занят — берем Ярмольника. Гармаш должен играть либо мудрого деда, либо компьютерную жабу. В роли злодея — Юрий Колокольников (он высокий и лысый, значит, злодей).
5. Музыка. Берем гениальную мелодию из детства, отдаем ее битмейкеру, которому 19 лет, он накладывает на нее бас-бочку, а актеры поют это мимо нот под жестким автотюном.
6. Маркетинг. Из каждого утюга кричим, что это «наш ответ Голливуду» и «возрождение великих традиций».
Что нас ждет дальше?
Самое страшное, что они не остановятся. Эта машина запущена, и она будет перемалывать наше детство до тех пор, пока не закончатся советские мультики.
Я с ужасом жду, что будет дальше. Что они экранизируют в следующем году?
"Ёжик в тумане"? Психологический триллер Сарика Андреасяна. Ёжика играет Александр Петров. Он бежит сквозь густой CGI-туман, орет на Лошадь, плачет, бьется в истерике. Лошадь играет Паулина Андреева. Медвежонок — это, естественно, Гармаш, который ждет его с можжевеловыми веточками и водкой.
Или "Пластилиновая ворона"? Боди-хоррор. Мужик (Никита Кологривый) находит кусок радиоактивного пластилина, из которого лезет мутант.
А как насчет "Жил-был пес"? Криминальная драма про 90-е на хуторе. Волк (Владимир Вдовиченков) откинулся с зоны, приходит к Псу (Дмитрий Нагиев), который служит в охране у местного олигарха. И они под шансон устраивают разборки на свадьбе. Слоган фильма: "Щас точно спою".
Смешно? А мне страшно. Потому что я уверен, что где-то на Патриарших прудах прямо сейчас сидит продюсер, пьет свой декаф на миндальном молоке, читает этот монолог и думает: «Слушай, а "Ёжик в тумане" с Петровым — это идея! Надо звонить в Фонд кино, просить миллиард».
Друзья, давайте беречь свое детство. Если вам хочется показать ребенку "Летучий корабль" — включите ему оригинал. Потратьте 18 минут. Заодно сэкономите пару тысяч на билетах и попкорне. И, что самое главное, вам не придется потом объяснять психотерапевту, почему ваш ребенок боится ослов с лицом Дмитрия Дюжева.