Я небольшая поклонница драмбалета, однако 13 мая решила сходить в Мариинский театр на «Бахчисарайский фонтан». Балет идёт на исторической сцене. Он, кстати, стал своего рода уникальным явлением в театральной жизни города на Неве.
Этот спектакль родился в 1934 году в Ленинградском театре оперы и балета (так тогда назывался Мариинский). С тех пор не исчезал из репертуара и был представлен зрителям более тысячи раз. В «Бахчисарайском фонтане» взошла звезда Галины Улановой. А хореографа Ростислава Захарова после этой постановки пригласили в Москву руководить балетом Большого театра. Впоследствии он возглавил кафедру хореографии ГИТИСа.
Вместе с Захаровым над балетом работали либреттист Николай Волков, композитор Борис Асафьев и учитель Захарова, художественный руководитель театра Сергей Радлов. Впоследствии Радлов был репрессирован, а его имя отовсюду вычеркнуто.
Асафьев – однокурсник Прокофьева – довольно любопытная фигура: до революции служил концертмейстером императорского балета, затем занимал ряд важных должностей, при СССР стал выдающимся музыковедом. Как композитор, написал музыку к нескольким операм и к 28-и балетам. Правда, из них дожили до наших дней, кажется, только два: «Пламя Парижа» и «Бахчисарайский фонтан».
Музыку Асафьева я не осмелюсь назвать гениальной, скорее охарактеризую её той знаменитой фразой: «сумбур вместо музыки». Буду крайне удивлена, если кто-то из зрителей скажет, что запомнил хотя бы один музыкальный фрагмент и мысленно напевал его весь следующий день.
Думаю, столь долгую жизнь спектаклю обеспечили простой, но захватывающий пушкинский сюжет и мастерство исполнителей, начиная с Улановой.
Что касается хореографии, она типична для драмбалета. Здесь нет головокружительных пируэтов, и от артистов требуется не столько высокое техническое мастерство, сколько умение передавать эмоции с помощью пластики, как в немом кино. Кстати, сами создатели называли своё детище не балетом, а хореографической поэмой.
Впрочем, первый, «польский», акт построен по классическим канонам. Мы видим бал, где гости танцуют полонез, мазурку, краковяк. А Мария и Вацлав исполняют изящное па-де-де. Они полны любви и нежности и не подозревают о трагедии, которая ждёт впереди.
Партию Марии в этот день исполняла Мария Хорева. Мне очень симпатична эта балерина: нежная, воздушная, грациозная. И тут, как у Пушкина: «Всё в ней пленяло: тихий нрав, движенья стройные, живые…». Только у пушкинской Марии не было жениха Вацлава. Постановщики балета ввели этот персонаж, чтобы усилить накал страстей и соблюсти привычные хореографические стандарты.
Партию Вацлава танцевал Алексей Орховски. Он недавно в труппе Мариинского театра, но успел снискать зрительскую любовь: его первое появление на сцене уже сопровождалось аплодисментами. Орховски строен и красив, обладает высокими прыжками. Его дуэт с Хоревой показался мне весьма гармоничным.
Довольно колоритными были отец Марии, польский князь Адам (Сослан Кулаев) и крымский хан Гирей (Данила Корсунцев), хотя обе эти роли, по сути пантомимические.
Весь спектакль построен, как противостояние двух культур, двух миров – мира Запада и мира Востока. А начинается это противостояние с экспрессивной сцены боя между поляками и татарами.
Во втором действии мы видим гарем с его восточным колоритом. Самый яркий персонаж здесь – Зарема, любимая жена Гирея (Кристина Шапран).
«Но равнодушный и жестокий Гирей презрел твои красоты…»: с появлением в гареме Марии интерес хана к Зареме погас. Кристина Шапран вроде бы красноречиво передаёт всю палитру чувств своей героини: самоуверенность и самолюбование сменяются удивлением, удивление – ревностью, затем – гневом, отчаянием. Но мне кажется, она несколько переигрывает, отчего образ Заремы теряет привлекательность.
В третьем действии интересными показались дуэт Марии и Гирея, когда пленница, словно теряет сознание рядом с ханом, а потом, очнувшись, бежит от него прочь, а также пластический диалог Марии и Заремы.
В четвёртом действии впечатлила экспрессивная пляска татарских воинов, где тон задаёт военачальник Нурали (Максим Изместьев). Он пытается развлечь безутешного хана, потерявшего и Марию, и Зарему. Нурали тоже был придуман авторами балета, у Пушкина нет такого персонажа.
Хочется особо отметить колоритные костюмы и декорации, в которых ярко отразился контраст двух миров. А вот в музыке совсем не угадываются восточные мотивы.
Одним словом, балет «Бахчисарайский фонтан» заслуживает внимание, хотя и производит неоднозначное впечатление.
А вы, друзья, как относитесь к драмбалету?
Все фото автора.
#петербург_театральный