15 октября 1970 года — дата, которая вошла в историю советской гражданской авиации как день первого успешного угона пассажирского самолёта за рубеж. Обычный рейс № 244 «Батуми—Сухуми—Краснодар» превратился в трагедию: вооружённые отец и сын Бразинскасы захватили Ан-24, убили 19-летнюю бортпроводницу и тяжело ранили троих членов экипажа. Самолёт, который должен был приземлиться через полчаса, оказался на турецком аэродроме в Трабзоне, а его захват — в центре международного скандала.
Кто такие Бразинскасы
Угонщиками оказались граждане Литовской ССР: 45-летний Пранас Бразинскас и его 15-летний сын Альгирдас.
Старший Бразинскас к 1970 году имел вполне конкретную биографию, далёкую от образа «борца за свободу». Во время Второй мировой войны он служил во вспомогательных частях вермахта — занимался наведением понтонных мостов, а затем помогал литовским «лесным братьям», снабжая их оружием. В мирное время неоднократно привлекался к уголовной ответственности: в 1955 году получил год исправительных работ за злоупотребление служебным положением (продажа стройматериалов по завышенной цене), а в 1965-м — пять лет за расхищение имущества. Отсидев три года, освободился по амнистии и перебрался в узбекский Коканд, где занялся спекуляцией: пересылал дефицитные товары из Литвы в Узбекистан.
Когда в 1970 году его делами заинтересовался КГБ, Бразинскас принял решение бежать из СССР. Способ выбрал радикальный — угон самолёта.
Как готовился угон
Подготовка, по сути, оказалась минимальной. Бразинскасы просто приобрели билеты на рейс и явились в аэропорт с оружием. Системы предполётного досмотра в советских аэропортах того времени фактически не существовало: не было ни рамок металлодетекторов, ни проверки ручной клади. Пассажиры свободно проносили на борт всё что угодно.
Этим и воспользовались Бразинскасы: они пронесли два пистолета, обрез охотничьего ружья и ручную гранату (по некоторым данным — муляж) . При этом сообщники подстраховались: Пранас надел парадную форму офицера Советской армии — форма не вызывала подозрений и позволяла не привлекать лишнего внимания.
Хронология нападения
Рейс № 244 выполнял самолёт Ан-24Б с бортовым номером СССР-46256 . На борту находились 46 пассажиров и 5 членов экипажа:
- командир воздушного судна Георгий Чахракия;
- второй пилот Сулико Шавидзе;
- бортмеханик Оганес Бабаян;
- штурман Валерий Фадеев;
- стюардесса Надежда Курченко.
В 12:40, через пять минут после взлёта на высоте около 800 метров, Пранас Бразинскас подозвал Надежду и вручил ей конверт для командира. Внутри лежала записка:
Приказ № 9 Приказываю лететь по указанному маршруту.
Прекратить радиосвязь.
За невыполнение приказа — Смерть.
(Свободная Европа) П. К. З. Ц.
Генерал (Крылов) .
Надежда Курченко прочитала записку и бросилась к кабине пилотов с криком: «Нападение!».
Бразинскасы ринулись за ней. Стюардесса успела преградить им путь и крикнуть: «Они вооружены!» — после чего Пранас дважды выстрелил в девушку в упор. Надежда Курченко скончалась на месте — она стала первым членом экипажа гражданского воздушного судна, убитым при угоне в истории СССР.
Дальнейшие события развивались хаотично. Командир Чахракия пытался манёврами сбить нападавших с ног — бросал самолёт то вниз, то вверх . Но Бразинскас-старший ворвался в кабину и открыл беспорядочный огонь. Командир получил пулю в позвоночник — у него отнялись ноги. Штурман Фадеев был ранен в лёгкие. Бортмеханик Бабаян получил ранение в грудь. Второго пилота Шавидзе спасла случайность: пуля застряла в стальной трубе спинки его кресла.
Всего в кабине насчитали 18 пулевых пробоин, нападавшие выпустили 24 пули.
Раненый Чахракия позже вспоминал:
«Боли я не почувствовал, просто вдруг у меня отнялись ноги. Сквозь усилия, я обернулся и увидел: Надя без движения на полу в дверях нашей кабины вся в крови. Рядом — штурман Фадеев. А за спиной у нас стоял человек и, потрясая гранатой, выкрикивал: "Держать берег моря слева! Курс на юг! В облака не входить! Слушаться, а не то взорвем самолёт!"» .
Мелькнула мысль направить самолёт на скалы, чтобы уничтожить террористов ценой собственной жизни. Но в салоне оставались 44 пассажира — 17 женщин и один ребёнок. Чахракия принял решение сажать машину.
Бразинскас-старший, стоя за спинами пилотов с гранатой, отслеживал курс. Когда пилоты попытались повернуть к советскому военному аэродрому Кобулети, он пригрозил взорвать самолёт. В итоге Шавидзе успел подать скрытый сигнал диспетчеру, благодаря чему турецкие пограничники не сбили борт при пересечении границы.
Посадка и первые последствия
Ан-24 приземлился на аэродроме Трабзона. Преступники немедленно сдались турецкой полиции, объявив себя политическими беженцами. Пранас Бразинскас, сходя с трапа, произнёс: «Вот она, свобода!» .
Турция отреагировала оперативно. Всем раненым оказали медицинскую помощь. Пассажирам и экипажу предложили остаться в Турции — никто не согласился. 17 октября советских граждан, включая членов экипажа, а также тело Надежды Курченко специальным рейсом вернули в СССР. Позже турки передали и сам самолёт.
Реакция СССР
16 октября ТАСС выпустило официальное сообщение:
«15 октября самолёт гражданского воздушного флота Ан-24 совершал регулярный полёт из города Батуми в Сухуми. Двое вооружённых бандитов, применив оружие против команды самолёта, вынудили самолёт изменить маршрут и совершить посадку на территории Турции в городе Трабзоне. Во время схватки с бандитами была убита бортпроводница самолёта, которая пыталась преградить бандитам путь в пилотскую кабину. Два пилота получили ранения. Пассажиры самолёта невредимы. Советское правительство обратилось к турецким властям с просьбой выдать преступников-убийц для предания их советскому суду» .
Гибель Курченко вызвала в СССР волну общественного негодования. Газеты публиковали статьи о подвиге юной стюардессы, а читатели заваливали редакции письмами. Указом Президиума Верховного Совета СССР Надежда Курченко была посмертно награждена орденом Красного Знамени.
Турецкий суд приговорил Пранаса к 8 годам тюрьмы, Альгирдаса — к 2 годам. Но выдачи СССР не последовало. Отсидев лишь часть срока, в 1974 году оба вышли по амнистии и через несколько лет нелегально перебрались в США. Позиция Вашингтона по этому делу оказалась цинично откровенной: на пресс-конференции 1978 года представитель Госдепартамента заявил, что «озабоченность США международным терроризмом не распространяется на случай с Бразинскасами» .
Пранас, давая позже интервью журналистам в США, сказал об убитой им 19-летней девушке: «Я убил эту суку, потому что она встала на моём пути».
Что изменилось
Угон Ан-24 стал поворотным моментом для авиационной безопасности СССР. Власти осознали: отсутствие предполётного досмотра открывает дорогу вооружённым преступникам. За несколько следующих лет в советских аэропортах начали внедрять проверку пассажиров и багажа. В 1973 году угон самолёта впервые выделили в самостоятельный состав преступления в уголовном законодательстве.
Трагедия рейса Батуми—Сухуми осталась не только в памяти очевидцев, но и в официальных документах — она положила начало системной борьбе с воздушным терроризмом, которая до того дня в СССР практически не велась.
Читайте также: