Началось всё в далёком 2017 году. Россия. Архангельская область. Два месяца солнца в году и Белое море.
Всё вроде хорошо. Бизнес работает нормально, долгов нет. Сутками на работе. И вроде работаешь без остановки, а свободных денег всё равно нет. Всё в деле, в закупках, в товаре — как у всех.
Я тогда уже был разведён. Сын жил с матерью. А новые отношения… получались какими-то совсем недолгими. Не то чтобы я их не хотел, просто всегда напрягала какая-то примитивность, что ли. Видимо, не было общих интересов и не появлялось ощущения: вот это — твой человек.
Вроде и хорошие все были. А не моё.
Казалось, одному даже лучше, ни забот, ни проблем.
Собака была… Но то ли отравили её чем-то, то ли ещё что. На пять минут отбежала — и всё. Обыскал весь парк, так и не нашли. Хотя парк городской, людей вокруг полно постоянно.
И вот однажды звонок двоюродного брата из Иркутска.
Один звонок — и всё твоё прошлое становится неважным, а будущее неизвестным.
— Прилетай на свадьбу, — говорит. — Или обижусь.
Да какая свадьба? Куда лететь? Работа, заказчики, загрузки, отгрузки… Некогда.
И ведь как обычно было: все работники и кореша уже дома, перед телевизорами сидят, а ты, как настоящий владелец бизнеса, начинаешь уборку за всеми, мусор выносить, сервис закрывать и прочее. До ночи. И так каждую неделю.
Такая жизнь у меня тогда была. И, честно говоря, она меня устраивала.
Всё, что нужно, у меня было, что делать дальше — тоже понятно и прозрачно. Пару раз в месяц — спонтанный пробег до Нижнего за товаром. Мне нравилось вот так уезжать одному. Что может быть лучше смены обстановки на выходные?
Воь и тем вечером пришёл с работы, помылся, поел — и сидишь, листаешь всякую чушь ВКонтакте.
А тут свадьба у брата.
Зашёл посмотреть — что там да как, на ком женится. Пишу: — Поздравляю, братан. Но прости, не смогу.
А он отвечает: — Ты обещал.
И правда ведь. Пару лет назад договорились: кто женится первым — к тому второй летит на свадьбу.
Плюнул. Звоню: — Всё, братан. Лечу.
Как я потом понял — это была первая сознательная поездка в моей сознательной жизни. Как поездка дикаря в другое общество.
Неделю надоедал родственникам. Байкал, Ольхон, Аршан, Бурятия…
Аршан запомнился надписями на водопадах: «Здесь был тот-то», «тот плюс тот-то» и прочей ерундой.
А вот в Бурятию я тогда влюбился. До сих пор не понял почему.
Наверное, зацепил сам образ жизни. Совсем не наш, не северный. Люди другие. Просторы — от горизонта до горизонта. Ни домов, ни людей. Будто бурятская семья до сих пор живёт кочевой жизнью. Где-то вдали ферма, лошади. У дороги кафе — семейный бизнес.
Они тогда показались мне абсолютно независимыми людьми. Будто окружающий мир для них вообще не имеет значения.
Я бы очень хотел ещё раз там побывать.
И именно в ту неделю брат уговорил меня полететь в Таиланд.
Сразу скажу, да вы уже и поняли это — за границей я раньше никогда не был и этот фактор сыграл прхоже решающую роль. Сначала мне пришлось лететь в Иркутск, а уже потом в Тай, брат был уверен, что самостоятельно я в жизни не пройду иммиграционный контроль.
Мне же было непонятно: как можно его не пройти? Когда ты спокойно едешь три тысячи километров без населённых пунктов на подержанной машине без запаски — и не боишься.
Неужели не хватит мозгов сказать «yes»?
Но ладно.
У меня никогда не было загранпаспорта. И именно тогда начались какие-то странные вещи.
Когда пришёл получать его, российский паспорт выскользнул из рук и улетел под тумбочку. Работница паспортного стола посмотрела на меня и, улыбнувшись, сказала:
— Это судьба.
Тогда все ржали.
Но ведь именно так потом всё и получилось.
Наверное, предвкушение поездки всегда круче самой поездки.
Хотя собирать мне было особо нечего. Я летел один. Паспорт и деньги — вот и весь багаж.
Последние дни сидел в интернете, читал бесконечно переписанные друг у друга сайты с одинаковой, бесполезной, как я позже понял да ещё и не особо правдивой информацией.
В итоге — путёвка из Иркутска, прилёт в Утапао.
Помню, перелёт Москва — Иркутск ушатал меня настолько, что уже и желания никуда лететь не осталось.
И вдруг вот оно, военные вертолёты вокруг аэродрома. Жара. Цвета за окном самолёта такие, будто их можно добиться только фотошопом.
Открывается дверь самолёта — и этот запах…
Смешанный с жарой, незнакомый, чужой, адреналин сразу в максимуме.
Ни одна фантазия не способна представить, а фраза передать запахи, которые оказывается существуют в этом мире. Невозможно.
Двухэтажные автобусы будто из кино. Люди словно с другой планеты. Одежда, лица, движения — всё другое.
Ты просто не понимаешь, что происходит и куда вообще попал.
Отель Pattaya Park. Часовые лекции гидов. И ведь все сидят, слушают.
Я тогда отпросился в туалет — и ушёл изучать окрестности.
Обошёл улицы вокруг и сразу увидел этот контраст.
Здесь — сервис, униформа, туристы. А за углом — курица бегает, какие-то халупы из бамбука, гамаки со спящими тайцами в рваной одежде, велосипеды времён Первой мировой.
Тогда мне казалось — вот он, настоящий Таиланд.
Но позже я увидел: это даже не Таиланд, это крошечный туристический район. Просто Пратумнак. Просто локация в Паттайе, которая к Таиланду то отношения особо никакого и не имеет. Просто русский район города.
Я знал только одно слово — Walking Streеt и пошёл туда пешком.
Отельный работник помню остановил: — Далеко? Вон такси, мотосай.
Но я не хотел такси. Мне нравилось идти. Смотреть всё новое.
Я тогда как раз начал следить за собой, ходить в спортзал и просто двигаться.
Помню эти непонятные продукты в Seven Eleven, этот врожденный инстинкт: выходя из магазина, организм ждал, что сейчас станет холодно. Холодно как дома в России на севере когда заходишь в магазин просто погреться. Наверное, год потом не мог избавиться от этого ощущения.
Я уже не помню, на сколько дней была путёвка. Но в отель я вернулся ровно за сутки до вылета.
Ну как вернулся…
Меня привезли с обожжённым телом и замотанными ногами. Ходить нормально я потом не мог ещё месяц.
Брат тогда сказал: — С тобой я больше никуда не полечу.
Он даже обиделся, что я не ездил с ним по экскурсиям и пляжам.
А мне всё это было неинтересно.
Мне всегда хотелось увидеть то, чего я раньше никогда не видел. Заглянуть за угол, посмотреть, что внутри двора, понять как устроен мир.
Всё пролетело как в тумане.
И вот уже посадка в автобус до Утапао.
Вокруг автобуса бегает какая-то девчонка. Именно девчонка-тайка, ведь тогда мы были намного моложе и только я один знаю, почему она плачет и что кричит.
Брат посмотрел на неё, потом на меня и сказал: — Ладно, потом расскажешь.
Обратный чартер до Иркутска был как консервная банка. Ноги отекли. Бинты воняли мазью.
Стюардессы думали, что я попал в аварию.
А моё тело просто никогда раньше не видело такого солнца. Я сгорал даже в тени.
Потом был рейс Иркутск — Москва — Архангельск.
И вот тут стюардессам Аэрофлота спасибо огромное.
Я сказал, что не могу сидеть, и они пересадили людей с задних рядов, уложили меня, сделали перевязку, дали влажные салфетки.
Домой я возвращался королём.
Я возвращался о уже точно знал: вернулся я только затем, чтобы вылечить ноги — и сразу обратно.
Теперь мне каждый час звонили с другого конца света. С другого моря. Не с Белого — с другого.
И всю обратную дорогу я думал лишь об одном:
Вся моя прежняя жизнь была каким-то обманом, всё, что я раньше видел, слышал, считал важным — либо неправда, либо настолько искажённая реальность, что её можно считать неправдой.
И всё то, что было раньше, — не моё.
Я возвращался обратно, но абсолютно точно знал, где скоро снова окажусь. Где хочу оказаться. Где меня ждут.
Аэропорт Талаги. Серёга встречает.
И ты выходишь такой гордый, другой — в футболке со слоном и нарисованным скорпионом на руке. Говоришь по телефону: — Hello, I good.
А Серёга ржёт как ребёнок и спрашивает: — Когда обратно?
И вот тогда понимаешь — настоящий друг, сразу все понял. В будущем он ещё много раз мне помогал, когда мир сошёл с ума.
Хотя тогда все вокруг говорили, что с ума сошёл именно я.
Может быть, но то, что мир перевернулся во мне это правда.
В Дзен появилась функция донаты. Если вам нравится наш рассказ, наша история то лучшим стимулом продолжать будет ваша реакция и стимулирование