Пока МИ-6 и их коллеги из канадских спецслужб тщетно собирали компромат на Беннета (см. предыдущую публикацию), в штаб-квартире ЦПС завёлся самый настоящий советский крот.
Дж. Прайм вряд ли был бы раскрыт, тем более что он уже несколько лет находился в отставке, если бы не выдал себя сам. Возможно, сыграли роль нелады в семейной жизни Прайма.
На момент ареста он был женат второй раз и снова неудачно. Работал он после отставки таксистом. Одна из жертв его домогательств «опознала» машину, которой управлял Прайм.
На свидании он признался жене, что ведёт двойную жизнь; та, недолго думая, сообщила об этом полиции. Обыск в квартире арестованного позволил обнаружить ряд вещественных доказательств шпионской деятельности бывшего военнослужащего. Прайм был осуждён в 1982 г. на 30 лет за шпионаж в пользу СССР.
А началось его сотрудничество с КГБ в январе 1968 г. Тогда он уже несколько лет работал на станции радиоперехвата ВВС Великобритании в Западном Берлине. Возвращаясь после рождественских и новогодних праздников на машине к месту службы, он передал записку пограничнику ГДР на КПП между столицей ГДР и Западным Берлином.
Записка оказалась у главы представительства КГБ в ГДР. Генерал-лейтенант И. Фадейкин до очередного назначения в ГДР руководил Третьим управлением КГБ — военной контрразведкой.
Ещё в «Смерше» в 1943 г. был создан отдел разведки. Он занимался установлением школ шпионов и диверсантов абвера, засылаемых в тыл РККА, и их персонала. После войны, с упразднением «Смерша» и созданием МГБ, военная контрразведка лишилась своей разведки. Однако в 1956 г. отдел разведки в Третьем управлении был восстановлен — считалось, что проникновение в военные спецслужбы государств — потенциальных противников смогут осуществить люди с военной косточкой.
Фадейкин решил дать шанс отличиться своим бывшим подчинённым. Прайм был успешно завербован. Как оказалось, Дж. Прайм готов был работать на КГБ по идейным соображениям. Между тем срок его пребывания в Западном Берлине заканчивался, его новым местом службы стал Центр правительственной связи.
КГБ неплохо подготовил своего агента. За всё время службы Прайм ни разу не попал под подозрение. Почти восемь лет агент проработал в особо секретном подразделении — группе обработки информации, полученной из советских каналов связи. С кураторами из КГБ контакт поддерживался путём передач по радио и через «почтовые ящики». Иногда требовались конспиративные встречи. Местом их проведения стала Австрия. Прайм, кроме русского, владел ещё немецким языком.
Ирония судьбы: в середине семидесятых Прайма назначают руководителем отдела, отвечающего за режим секретности на объекте ЦПС.
Прайм нанёс серьёзный ущерб разведывательному ведомству Великобритании и сотрудничавшему с ним АНБ США.
Благодаря его информации становилось ясно, из каких каналов связи и какая информация утекает на Запад.
Но самый чувствительный удар он нанёс обороноспособности США. Американцы создали дорогостоящую, даже по нынешним временам, систему слежения за подводными лодками ВМФ СССР, выходящими на боевое дежурство.
Дж. Прайм сумел раздобыть информацию о ней. Теперь советские субмарины могли дурачить потенциального противника, минуя систему их обнаружения.