Когда Нелли Дризина впервые увидела Иосифа Кобзона, было темно. В комнате крутили только что вышедшее «Белое солнце пустыни», стульев не хватало, кто-то в белом пиджаке уступил ей место. Она подумала — экий джентльмен. Через три дня он её удивил. Через полгода — сделал предложение, от которого девушка, воспитанная в строгих традициях, едва не отказалась. А спустя 47 лет смерть забрала этого человека, и оказалось, что даже она не в силах расторгнуть контракт, подписанный кровью и молчанием.
Иосиф Кобзон для неё всегда был не просто мужем. Он был главой семьи, голосом эпохи, «мощной стеной» , за которой она пряталась как за каменной. Но любой, кто приближался к столь масштабной фигуре, должен был заплатить за это право. И Нелли платила. Копейка за копейкой. Годами. Своей карьерой, своим «я», свободой говорить то, что она думает. А потом — вдруг, когда Иосифа Давыдовича не стало, она заговорила.
Она рассказала, что всю жизнь терпела свекровь, которая для неё была «вторым режиссёром» их брака.
Она перечислила имена любовниц мужа — Людмила Сенчина, Инна Ярофеева, Таисия Повалий… Те, о ком молчали до 2018 года.
Она призналась, что ни разу не слышала от мужа слова «прости» — что бы он ни вытворял.
Она подтвердила то, о чём шептались за спиной: *«Они нас к себе не подпускали».
Публика ахнула. Друзья семьи зашипели: «Зачем после смерти человека такие вещи?» Но Нелли не остановилась. А дальше — больше. В 75 лет вдова Кобзона, освободившись от тисков былого этикета, стала центром светской хроники: вечеринки, яркие наряды, пластические операции, слухи о романах с молодыми мужчинами.
Так кто же она — верная тень или женщина, наконец-то получившая право на свою жизнь? Попробуем разобраться в её судьбе без глянца и кулис.
Глава 1. Ленинградская история: от «врага народа» до повара
Родилась Нинель Михайловна Дризина 13 декабря 1950 года в Ленинграде в обеспеченной еврейской семье. Отец руководил цехом на трикотажном комбинате, имел хорошие связи, и в трёхкомнатной квартире у девочки были куклы, которых в советских магазинах не продавали, а маме шили бельё в Риге.
Но в 6 лет всё рухнуло. Отца арестовали по громкому «делу цеховиков» — конфисковали всё, даже её кукол.
Семью спасла от голодной смерти только коллекция редких книг, которую отец собирал годами. Мама устроилась на самую грязную работу, потому что образования у неё не было. А маленькая Нелли в школе пережила унижение, которое выжгло в её памяти огнём: учительница заставила встать детей, чьи родители сидят в тюрьме, и назвала их сыновьями «врагов народа» .
Возможно, именно тогда будущая жена Кобзона выучила своё главное правило: никогда не показывать слабость, никому не жаловаться и уметь выживать при любом раскладе.
После школы мама настояла: учись на повара. «Чтоб не пропала», — наверное, подумала она. В техникуме общественного питания Нелли впервые влюбилась — в сокурсника. Но как только родительница увидела парня, она сказала категорическое «нет». Послушная дочь рассталась с женихом. И мама тут же отправила 19-летнюю красавицу в Москву — к своей «нужной» подруге, у которой собиралась богема.
Цель была проста: найти достойного и, желательно, богатого мужа.
Глава 2. Недотрога для Кобзона: «Я с незнакомцами ночью не гуляю»
Та самая судьбоносная встреча произошла в гостях у известного конферансье Эмиля Радова. Народу набилось битком — смотрели кино. Мест не хватало, и мужчина в белом пиджаке уступил свой стул. Кто был этот мужчина, Нелли разглядела, только когда включили свет.
Им оказался Иосиф Кобзон. 33-летний народный любимец, дважды разведённый — с певицей Вероникой Кругловой и с самой Людмилой Гурченко. Он привык, что женщины падают к его ногам. А тут — наглая блондинка, которая смеет ему отказывать.
— Вы меня извините, — отрезала она на его предложение прокатиться по ночной Москве, — но я так воспитана, что с незнакомыми мужчинами в первый день знакомства не гуляю.
Это задело Кобзона. И зажгло интерес. Он начал настоящую охоту. Узнал, что Нелли мечтает в театр — тут же купил билеты. Позвонил в Ленинград — она попросила перезвонить попозже. Она интриговала его по полной программе, не скрывая этого позже: «Немножко решила его поинтриговать».
Сработало безотказно.
Через три дня Кобзон познакомил её со своей мамой. Ида Исаевна, женщина властная и требовательная, осмотрела Нелли и… одобрила. Да ещё как! «Сыночек, что ж ты говорил, что у неё большая попа? Она же нормальная!» — заявила она, осмотрев кандидатку.
Условия брака Кобзон поставил жёсткие и честные: *«Ты должна любить мою маму больше, чем меня и больше, чем саму жизнь» *. Нелли приняла ультиматум. Позже в интервью она вспоминала: большой любви в начале не было. Это был брак по расчёту. Такой, где люди понимают свои роли.
Их расписали 3 ноября 1971 года. Кобзон, опасаясь повторения прошлых ошибок (и маминых придирок), тут же забрал Нелли на гастроли. Сначала она работала костюмером — стирала, гладила, подбирала рубашки и галстуки под пиджаки. Надоело — назначил её личным конферансье. И тут она раскрылась полностью: элегантная, начитанная, с безупречным вкусом. Идеальная «леди Кобзон».
Глава 3. За стеклянной стеной: свекровь, измены и ультиматум
Нелли ушла с работы, родила сына Андрея (1974 г.р.) и дочь Наталью (1976 г.р.) и полностью погрузилась в быт. Жизнь жены Кобзона была расписана по расписанию: идеальный порядок в доме, приём гостей на высшем уровне, безупречный внешний вид.
Однажды, когда дети были маленькие и Нелли, не выспавшись, ходила в халате, Иосиф бросил ей фразу, которая запомнилась на всю жизнь: «Что за растрепанная женщина с недовольным лицом?»
С этого момента она вставала затемно, чтобы успеть привести себя в порядок до того, как он откроет глаза.
При этом Кобзон мог исчезать на гастролях на 9 месяцев в году. И там у него были романы. Их Нелли терпеливо перечисляла потом в интервью: это и Людмила Сенчина, и Инна Ярофеева, и Галина Глотова, и Таисия Повалий. Поклонницы, актрисы, коллеги по сцене.
Жена знала. Она всё знала.
Как-то в 80-х она собрала вещи, схватила детей и ушла. На полгода. Причина — очередная интрижка, которую Кобзон даже не пытался скрыть. Но… у мужа случился жуткий радикулит. Он оказался прикован к постели. Нелли, увидев его беспомощным, вернулась. В одном из откровений она так сформулировала своё кредо: *«Он никогда в жизни у меня не просил прощения, что бы ни вытворял» *.
И это, пожалуй, самая страшная фраза. Кобзон был настолько уверен в своей власти, что даже не считал нужным оправдываться. А она — терпела. Потому что он был «глыбой». Потому что у неё не было своей профессии. Потому что «так надо» для семьи.
Глава 4. Рак, «Норд-Ост» и уход «железной стены»
В 2002 году Кобзон пошёл на переговоры с террористами в «Норд-Ост». Рискуя жизнью. Нелли вспоминала: у неё началась паника, словно её ударило током, она не могла сидеть на месте. Но он пошёл. А она — проводила.
Спустя три года, в 2005-м, врачи диагностировали у певца рак. 16 лет борьбы, химиотерапия каждые 18 дней, операции. Кобзон мужественно переносил боль, не жаловался, старался жить как обычно. Но Нелли видела, как он тает. Они никогда не говорили о болезни, оставшись вдвоём. Никто никому не жаловался. Просто жили дальше, зная, что конец близок.
30 августа 2018 года Иосифа Кобзона не стало. Ему было 80. Они прожили вместе 47 лет — совсем чуть-чуть не дотянули до золотой свадьбы.
Оставшись одна в пустой квартире, Нелли Михайловна удивила всех. Она не стала носить вечный траур и чёрные платки. Она… начала жить.
Глава 5. «Весёлая вдова»: пластика, молодые люди и фонд имени мужа
Новость о том, что Нелли Кобзон после смерти мужа расцвела, разлетелась мгновенно. Она стала чаще появляться на публике, посещать концерты, светские приёмы. Надела яркие платья и макияж. А когда в одном из интервью появилась с идеально подтянутой кожей и без морщин, поклонники и пластические хирурги заспорили: «Сделала!» и «Помидоры помогают». Сама Нелли слухи о вмешательстве не комментирует.
Поползли слухи о её романах с мужчинами, которые годились ей в сыновья. Но потом выяснилось, что это был её приёмный сын Даниел. История его появления в семье Кобзонов тщательно скрывалась — якобы мальчика усыновили, когда его мать, молодая поклонница Иосифа, трагически погибла, а артист не мог оставить ребёнка одного в Армении.
К слову, просил руки Нелли и Александр Градский после смерти Кобзона. Но она отказала.
Сегодня Нелли Кобзон — это не просто вдова. Она глава Культурного фонда Иосифа Кобзона, который продолжает его благотворительную миссию, помогает детям и ветеранам. А ещё она — счастливая бабушка семерых внуков, которые её обожают и всячески поддерживают.
Финал: свобода за 47 лет рабства или долгожданный отдых?
Нелли Михайловна Дризина, прошедшая путь от «девушки с папиной коллекцией книг» до «вдовы всея Руси», сейчас — главная законодательница мод и нахалка на вечеринках. Но за этим лоском, по её собственному признанию, до сих пор стоит тоска по «Иосифу Давыдовичу».
Она обмолвилась однажды: даже сейчас, когда она свободна, когда можно забыть про свекровь и ультиматумы, она всё равно живёт с оглядкой на мужа. Потому что привыкла за 47 лет быть тенью, которую никто не замечает.
«Боже, как я его люблю… И как же я страшно по нему скучаю» — говорит она в интервью, и эти слова не выглядят фальшиво.
Но стоит ли жалеть женщину, которая из своей «тени» сумела создать империю, вырастить детей и внуков, сохранить наследие великого мужа и при этом — напоследок — отомстить всем своим молчанием, рассказав правду, которую так долго держала в себе?
Она наконец-то сняла траур. И теперь её задача — доказать, что она интересна не только как «жена Кобзона». И, судя по всему, у неё это отлично получается.
А вы как думаете — Нелли Кобзон в свои 75 — мудрая женщина, нашедшая покой, или заложница обстоятельств, сбежавшая из золотой клетки слишком поздно?