Помните детский стишок: «У слона – слонёнок, у лисы – лисёнок»? Складно, ритмично, и кажется, будто по такой схеме можно образовать имя любому малышу из дикой природы. Но вот наступает момент, когда ребёнок тычет пальцем в книжке: «Мам, а это кто? У совы – совята, а у филина тоже совята?» И тут взрослый замирает.
Филинёнок? Филинята? Или, может, всё-таки совёнок – ведь филин же родственник совы? А вот и нет. Знаете, почему?
У нашего языка с детёнышами животных отношения сложные: одних он называет уменьшительно-ласкательно, других – по образцу далёких родственников, а третьим вообще не дал собственного имени. И нашей первой сегодняшней «жертвой» станет именно филин.
А правда, как называется детёныш филина?
Открываем Большой толковый словарь – там слова «филинёнок» нет. Грамота.ру тоже молчит. Получается, у филина в литературном русском языке детёныша вообще «не существует»? Не совсем. Просто специального слова для него нормативный язык не закрепил.
Что делать? Литературный вариант один: «птенец филина». Скучно, зато безошибочно. А вот в разговорной речи – и это зафиксировано в толковом словаре Т.Ф. Ефремовой – вполне живёт «филинёнок» с множественным числом «филинята». Так что если ребёнок в детском саду упорно говорит «филинята», воспитатель может улыбнуться, но указать на ошибку права не имеет.
Кстати, забавный факт: филин – это не «папа совы», как многие думают. Это самостоятельный вид из семейства совиных. То есть «совёнок» к нему тоже не подходит – у настоящей совы (а это отдельный род) свои дети.
Овца + баран = ягнёнок (и никак иначе)
Если филин нас удивил отсутствием своего «детского имени», то овца удивляет другим. Многие искренне уверены, что её малыш называется «овечка» или «барашек». Городские жители – особенно. И ошибаются.
Овечка – это вообще-то взрослая особь, ласковое название самки. А барашек – это уже подросший ягнёнок, самец старше года. Единственный правильный вариант для новорождённого – ягнёнок. И никаких «овчат» в природе не существует.
А происхождение слова – отдельная история. Оно пришло из старославянского «агнец», а тот, в свою очередь, восходит к латинскому agnus. К исконному корню «ягн-» наш язык приклеил суффикс «-ёнок», и получилось привычное нам «ягнёнок». Так что это слово – почти ровесник христианства на Руси.
У жирафа – ... телёнок?
Вот тут начинается настоящая путаница. Школьники уверенно пишут «жирафёнок», и формально это можно понять. Но если мы откроем серьёзный зоологический справочник, нас ждёт сюрприз.
В научной литературе детёныша жирафа называют... телёнком. Да-да, как и у коровы. И не только у жирафа: телятами зоологи называют детёнышей всех парнокопытных – лосей, оленей, бегемотов, носорогов, верблюдов (хотя «верблюжонок» в словарях есть и считается нормой). Более того, китов и дельфинов биологи официально относят к парнокопытным – а значит, и их малышей по-научному правильно звать телятами.
Сюрприз? Ещё какой. В быту мы спокойно говорим «китёнок» и «дельфинёнок», и это никем не запрещено. Но на экскурсии в океанариуме гид может вас поправить.
Северный олень: целая возрастная классификация
Если у филина имени нет, то у северного оленя их сразу несколько – по возрасту. Это редкий случай, когда у одного животного есть отдельные слова для разных стадий взросления.
Новорождённый малыш – пыжик. Тот самый, из меха которого в советские годы шили знаменитые пыжиковые шапки. Возраст пыжика – до месяца.
С месяца до года – уже неблюй. Слово сохранилось в основном у северных народов и в этнографической литературе.
После года – обычный оленёнок. И только взрослый самец становится сокжой, а самка – важенкой. Согласитесь, такая «языковая лесенка» встречается редко – обычно мы говорим просто «оленёнок» и не задумываемся, какого он возраста.
Лошадь: тоже не один вариант
С лошадью история похожа, но проще. Стандартный вариант – жеребёнок, это знает каждый.
А вот «сосунок» – тоже про лошадиного малыша, но того, что ещё кормится молоком матери. Слово занесено в словари как разговорно-уменьшительное. И есть ещё «стригунок» – так называют жеребёнка на втором году жизни, когда ему впервые подстригают гриву. Эти подробности – из мира коневодов, в обычной речи мы их не встречаем. Но если попадёте на конюшню и услышите «у нас стригунок гуляет», теперь будете знать, о ком речь.
Зайцы: имя – по сезону рождения
А этот случай – пожалуй, самый красивый в нашей подборке. Зайчиха приносит потомство три раза в год, и охотники дали зайчатам отдельные имена по сезону.
Весенние зайчата – настовики. Рождаются в конце марта, когда снег покрывается твёрдой коркой – настом.
Летние – колосовики или травники. Появляются в июне, когда колосятся хлеба.
Осенние – листопадники. Тут даже объяснять не надо: листья падают – и зайцы рождаются. Эти слова не из учебника по биологии, а из живого охотничьего языка. Их использовал писатель И. Соколов-Микитов в сказке «Листопадничек» – про самого маленького осеннего зайчонка, который захотел улететь с журавлями в тёплые страны. Согласитесь, было бы обидно потерять такие слова.
Енот, куница, песец: все – «щенки»
Тут нас ждёт ещё одна неожиданность. Откройте справочник – и узнаете: малыш енота называется не «енотёнком», а щенком. Как и у куницы, как и у песца. Почему?
Потому что зоологически эти животные – родственники собак. Енот и куница относятся к подотряду псообразных, а песец – к настоящим псовым. Поэтому и их потомство по научной классификации – щенки. В быту мы, конечно, спокойно говорим «лисёнок» (хотя лиса тоже псовая), и никто не возражает. Но енотёнок – это уже стилистическая вольность.
А есть ли у них вообще имя?
И раз уж мы говорим про «без имени», вот ещё несколько таких персонажей.
Детёныш ехидны – это паггл. Слово пришло из английского (puggle), и «русифицировать» его никто пока не стал. Кстати, тем же словом в США называют помесь мопса с биглем. Совпадение неприятное, но что поделаешь.
У альпаки малыш зовётся криа – от испанского cría («детёныш»). Так и пишут в зоопарках на табличках. Альтернатива – безличное «детёныш альпака».
У пингвина в литературной речи – «птенец пингвина» (всё-таки птица). Но «пингвинёнок» так прочно вошёл в язык через мультфильмы и детские книжки, что лингвисты с ним смирились. Главное – не использовать его в научной статье.
Маленькая шпаргалка для тех, кто запутался
Чтобы не растеряться, запомните несколько ориентиров:
- Если животное похоже на собаку и относится к псовым или куньим (волк, лиса, енот, куница, песец) – у него щенки. У волка, правда, ещё и волчата.
- Если оно парнокопытное (корова, олень, жираф, лось, верблюд, бегемот) – по научной норме у него телята. В быту – «...ёнок» прокатывает.
- Если птица – безопаснее всего сказать «птенец [кого]». Это работает всегда: птенец филина, птенец пингвина, птенец цапли.
- Если это рептилия, рыба или насекомое – почти всегда выручает слово «детёныш» или специальные термины (мальки, личинки, головастики).
И главное: язык – живой. Те же «филинята» и «пингвинята» уже почти узаконились в детской речи, и через пару поколений могут попасть в нормативные словари. Так что ребёнок, упрямо твердящий «филинята», возможно, опережает время.
А вы помните, как в детстве называли детёнышей ваших любимых животных? Какое из «правильных» названий из этой статьи удивило больше всего? И вообще – как, по-вашему, должен называться филинёнок? Поделитесь, очень любопытно.