-– Валерий Петрович, как вы меня напугали! – воскликнула Геля, войдя в помещение реанимации и приблизившись к нему, – Почему вы мне не позвонили, когда плохо себя почувствовали?!
– Я хотел уйти по-английски, – признался он, – без лишних слов и ненужных эмоций. Это могло быть удачным выходом из положения. Так было бы лучше всем: ты бы устроила свою жизнь без всяких препятствий, а я, наконец, воссоединился бы с Сонечкой, она меня давно заждалась.
А теперь что же, снова здорово. Опять эта непонятная ситуация. И ты не свободна, и я не сделал того, что хотел. Прости, что осложнил твою жизнь. Я хотел, как лучше, а получилась вот такая петрушка.
Что теперь делать-то будем, а?! Надо ведь как-то исправлять этот расклад, что я нагородил. И, кстати, Глеб уже сделал тебе предложение?
– Да, сделал.
– Вот и хорошо, хоть тут нет моей вины. Надеюсь, ты согласилась?
– Нет.
– Ты что же, не любишь его?
– Люблю, – ответила Геля, потупившись.
– Тогда в чём дело?
– Ну, я же обещала.
– Я беру свои слова обратно! – заявил Валерий Петрович, – Давай разводиться! Вот только как быть с моим имуществом?! Может, подарить тебе всё на свадьбу?!
– Что вы! – смутилась Геля, – Мне ничего не надо.
– Ещё чего выдумала! А кому надо, чужому человеку какому-нибудь?! Ты это брось! Моё слово верное, как сказал, так и должно быть. Давай жениху твоему повинимся.
Может, он что-то посоветует. Только не ему хочу всё оставить, – объяснял Валерий Петрович, – и не в общей собственности чтобы было, а лично тебе и Арише. Как ты думаешь, можно ему доверять?
– Мне кажется, он порядочный человек.
– Простит он наш с тобой спектакль, не оскорбится?
– Я не знаю, – с сомнением в голосе ответила Геля.
– Ну так что, какое твоё решение?
– Мне кажется, он должен всё знать. А по тому, как он воспримет информацию, я буду принимать решение, стоит ли продолжать дальнейшее общение и слушать его советы.
– Ты всё верно рассудила, – похвалил её Валерий Петрович, – какая ты умная девочка. Хотел бы я иметь такую дочь, да не довелось, к сожалению.
– И мне бы хотелось этого, – призналась Геля, – вы такой хороший, мы с вами сроднились уже, словно и взаправду близкие люди. Я это ощутила очень реально, когда почувствовала беду.
У меня словно часть души вынули, такая пустота образовалась и безумная тревога, чуть у самой сердце не остановилось. Больше не пугайте нас так, хорошо?!
– Договорились, – улыбнулся устало мужчина, – а теперь иди уже, я, пожалуй посплю немного, утомился. Аришу приведи завтра, соскучился я по ней. Уже и не чаял, что снова увижу.
***
Геле пришлось несколько раз в подробностях повторять историю знакомства с Валерием Петровичем и обстоятельства создания их необычной семьи, настолько Глеб был изумлён.
– Никогда про такое не слышал, – удивлялся он, – и ни за что бы не поверил кому другому, что бывают настолько бескорыстные люди, что сами дарят своё добро совершенно чужим людям.
– Мы для него не чужие, – обиделась Геля, – верней, теперь уже не чужие. – поправилась она, – Мне кажется, родные – это не по крови, а по совпадению душ. Он для нас самый близкий человек, понимаешь?!
– А я?! – теперь обиделся уже Глеб.
– Ты тоже, – улыбнулась Геля, – только он был первым. А теперь вот ты присоединился к нашей семье и тоже стал родным.
***
Валерий Петрович выписался их больницы. Глеб свёл его с нотариусом, который предложил на выбор разные варианты разрешения ситуации и разъяснил все тонкости.
В итоге Геля оформила развод и заключила с Валерием Петровичем договор пожизненной ренты, где были прописаны для порядка все пункты её обязанностей по уходу за ним.
На свадьбе Валерий Петрович присутствовал в качестве главного и почётного родственника. Он был очень горд своим статусом и даже прослезился, глядя на счастливую молодую семью.
Мужчина больше не спешит воссоединиться с Сонечкой, ведь, как он говорит, надо дождаться появления новых внуков, увидеть всё своими глазами, поучаствовать в жизни молодых, чтобы было что рассказать потом покойной жене при встрече на небесах.