В 1973 году консервативные британцы купили почти три с половиной тысячи советских автомобилей. Казалось бы, в разгар холодной войны покупка машины из СССР выглядела как вызов обществу. Соседи могли сомневаться в патриотизме владельца. Но избранная группа английских водителей упрямо несла фунты стерлингов в дилерские центры. Они ставили надежность выше политики, особенно когда местной альтернативой выступал капризный Morris Marina 1300 De Luxe.
В начале семидесятых годов завод АЗЛК отправлял за рубеж до 67 процентов своей продукции. Внутри страны за машинами выстраивались многолетние очереди. И все потому, что государству требовалась конвертируемая валюта. Экспортный бум требовал нестандартных решений. В конце статьи я расскажу, какая нелепая особенность отделки едва не довела английских продавцов до нервного срыва, а пока разберем технологию захвата рынка.
Операция «Британский рынок»: по цене газонокосилки
Продажи стартовали в 1969 году. Тогда открылось двадцать дилерских центров, которым удалось реализовать первые триста штук. Специально для островного государства инженеры разработали модификации с правым рулем. Покупателям предлагали седаны с индексом 412, фургоны с индексами 433/434 и универсалы с индексом 427.
Местная компания Satra взялась за реализацию и применила жесткий демпинг. Маркетологи установили цену полноразмерного советского седана на уровне крошечного британского Mini.
Конкуренты просто не могли предложить ничего подобного за те же деньги. Советский седан обходил по цене чехословацкую Skoda 110L и местного Hillman Minx. Он стоил дешевле Ford Cortina и даже скромного пятидесятисильного Wartburg Knight. Универсал отдавали лишь немногим дороже миниатюрного MINI Clubman.
Стратегия сработала безупречно. К 1973 году торговая сеть разрослась до 268 дилеров. Машины расходились тысячами.
«Вулканическая печка» и суровый комфорт
Англичан искренне удивляла комплектация машины. Автомобиль был рассчитан на работу в температурном диапазоне от плюс пятидесяти до минус сорока градусов. Местные зимы с парой дюймов снега обычно парализовали движение на острове. Советская техника в таких условиях даже не напрягалась.
В багажнике лежал набор из двадцати одного инструмента и настоящая заводная рукоятка. Печку британцы уважительно прозвали «вулканическим обогревателем».
Отзывы прессы при этом были единодушны. Издание The Observer критиковало машину за устаревшие линии. Журналисты The Motor откровенно морщились. Они заявляли, что дизайн отдает жалким стилем середины пятидесятых.
Особого внимания заслуживали цвета кузова. На британский рынок часто поставляли машины в весьма специфических оранжевых оттенках. Местные репортеры называли автомобиль парадоксальным. Они писали, что конструкция хороша, но шумная коробка передач и тугая педаль тормоза лишают этот русский борщ сметаны.
Железный аргумент против Mercedes и Ford
Скептикам быстро закрыли рты результатами международных соревнований. Руководство советского автопрома отправляло на гонки машины, которые технически были очень близки к обычным серийным экземплярам.
На трансконтинентальном марафоне Лондон-Сидней в 1968 году стартовали четыре советских экипажа. К финишу пришли все четыре. Лучшая пара пилотов заняла двадцатое место в абсолютном зачете.
Настоящая мясорубка случилась двумя годами позже на ралли Лондон-Мехико. Со стадиона Уэмбли стартовали 96 экипажей под рев пятидесяти тысяч зрителей. До финиша добрались только 23 машины. Из пяти стартовавших Mercedes-Benz выжил лишь один. Из шести Citroen доехал тоже один.
А из пяти Москвичей финишировали три. Команда заняла третье место, уступив только маркам Ford и British Leyland.
Тут важно понимать разницу в бюджетах. Американскую команду сопровождали вертолеты с запчастями. Советских гонщиков Леонтия Потапчика, Эдуарда Баженова и Юрия Лесовского обслуживали всего четыре механика. Они ехали следом на двух универсалах, загруженных деталями под самую крышу.
На кольцевых трассах дела шли не хуже. Британский гонщик Тони Ланфранки выиграл двадцать восемь заездов в классе дешевых автомобилей.
Тюнинг по-европейски: дизели Perkins и рука Porsche
Надо сказать, что западные дилеры активно дорабатывали советскую технику под вкусы местной публики. Та же фирма Satra брала стандартные фургоны и превращала их в стильные пикапы с правым рулем. Местным строителям это нравилось гораздо больше, чем покупка устаревшего фургона Austin A60.
В соседней Бельгии компания Scaldia-Volga ставила под капот британские дизели Perkins. В Финляндии дилер Konela создавал оригинальные трехдверные универсалы.
Финны вообще подходили к делу творчески. Они переносили горловину бензобака на крыло, ставили новые приборные панели и монтировали наружные ручки от тольяттинских Жигулей.
Закат эпохи: почему Британия разлюбила марку
Успехи оборвались резко. Британская ассоциация потребителей опубликовала разгромный отчет. Журнал Motoring Which объявил советскую машину небезопасной.
Это выглядело откровенно странно. До этого автомобиль успешно прошел строгие испытания во Франции. Там после пяти месяцев тестов машине выдали международный сертификат безопасности. Техника оснащалась травмобезопасной рулевой колонкой и двухконтурной тормозной системой. Но журнальная публикация нанесла продажам огромный ущерб.
Сказалось и техническое отставание. Барабанные тормоза спереди и отсутствие автоматической коробки передач отпугивали новых клиентов. Установка импортного автомата делала машину слишком дорогой.
Главный удар нанес внутренний конкурент. Появление на рынке современной модели Lada 1200 переманило большинство покупателей. Попытка спасти ситуацию переименованием Москвича в Moskvitch-1500 полностью провалилась.
К 1975 году продажи рухнули до 344 штук. Еще через год импортер свернул поставки и ушел с рынка.
Эпилог
В восьмидесятых годах экспорт завода стремительно падал. К 1984 году за рубеж уходило чуть больше одиннадцати процентов произведенных машин. Новая модель Москвич-2140 так и не смогла повторить феноменальный успех своих предшественников.
Они навсегда остались символом удивительной эпохи. Времени, когда советская машина на дорогах Англии была привычным явлением.
Кстати, о той самой салонной детали, обещанной в начале. Английские маркетологи выяснили неприятную особенность советского пластика. Обивка сидений из ПВХ оказалась биоразлагаемой. В условиях влажного климата она могла буквально расползтись по швам за несколько месяцев. Но суровых британских мужиков с гаечными ключами это уже не останавливало.