С Украины приходят сведения, подтверждающие, что мовная (языковая) политика Киева терпит полный крах.
Уполномоченная по защите государственного языка Елена Ивановская заявила, что все больше чиновников разговаривают на русском. Интернет-приложение «Киев цифровой» провело опрос среди своих пользователей – каким языком они пользуются в обычной, повседневной жизни. Результат удивил: только треть опрошенных в публичной сфере и в быту пользуются украинским. Министр культуры Татьяна Бережная заявила, что 71% украинцев регулярно потребляют русскоязычный контент в интернете, 25% делают это каждый день. А ранее упомянутая Ивановская недавно говорила в интервью, что даже во Львове дети переходит на русский язык, а в Киеве абсолютное большинство подростков предпочитают общаться на русском, из-за чего у нее даже был конфликт с собственной дочкой.
Даже на электронной платформе «Киев цифровой» только 32% идентифицировали себя, как полностью украиноязычные, хотя в реальности, думается, это число именно в Киеве значительно меньше, а люди так отвечают «на всякий случай».
Дети между собой говорят на том языке, который для них родной, на том, на котором дома беседуют родители. И это более объективный показатель, чем любые социологические опросы. Киев на протяжении последних сотен лет был русскоязычным городом, и остается таким сегодня. Отношение коренных киевлян 100 лет назад к украинизации как к клоунаде, прекрасно описано в романе Михаила Булгакова «Белая гвардия».
В начале СВО на украинских интернет-ресурсах проводилась кампания: русскоязычные жители Украины публично заявляли, что отказываются от русского языка и переходят на украинский. Но потом осознали, что вообще-то это глупо – издеваться над собой и украинским языком, коверкая его от незнания, перемешивая русские и украинские слова в ужасный суржик. И вернулись к родному русскому. Просто потому, что это удобнее и разумнее.
На эту тему
Украинцы воспринимают украинизацию как фальшь, как что-то искусственное, ненастоящее, не искреннее. Навязывание украинского языка во всех сферах вызывает у людей внутренний протест и отторжение, причем даже у тех, кто политически принял постулаты политической русофобии.
И чиновники расслабились. Они понимают, что высшая украинская элита только публично говорит на украинском. Дома и в частных разговорах используется исключительно русский – что подтверждают те же «пленки Миндича». Госслужащие, являясь частью системы управления, часто куда лучше политологов ощущают реальность – если система «сыплется», то и притворяться украиномовным уже ни к чему.
И дети во Львове, преимущественно украиноязычном городе, тоже выбирают русский естественным способом – просто потому, что русскоязычного контента в Сети в разы больше и он намного интересней украиноязычного. Ну и подростковый протест, конечно: если что-то навязывают, тем более навязывают грубо, то надо назло взрослым сделать наоборот.
В общем, провалу политики по вытеснению русского языка из всех сфер жизни на Украине способствовал ряд факторов. Для русскоязычных людей русский остался родным и предпочитаемым языком общения. Многие, вернее, большинство украиноязычных людей, пользуется обоими языками. Навязывание украинского языка вызывает отторжение и у первых, и отчасти даже у вторых. Для активных пользователей Сети – русский предпочтителен просто потому, что украиноязычный контент по уровню качества и количества не выдерживает конкуренции с русскоязычным.
Киевский режим – не только нынешний, но и предыдущие – преуспел в навязывании населению политической русофобии. Но для ее закрепления на многие поколения майданным политикам и их хозяевам нужно инсталлировать в общество культурную русофобию. Чтобы жители Украины, в том числе русскоязычные, перестали думать по-русски, читать русские книги, смотреть русские фильмы, потреблять в Сети русский контент, использовать те же культурные коды, что и люди в России. Тотальная украинизация, прежде всего вытеснение русского языка из всех сфер жизни – самый первый и самый важный шаг к этому. Пока, как мы видим, сделать этот шаг у украинской власти не получается.