13.05.2026 • Олег Парамонов, старший научный сотрудник Центра японских исследований ИКСА РАН, доцент НИУ ВШЭ
Первая декада мая выдалась для японской дипломатии весьма оживлённой. Премьер-министр Санаэ Такаити в период 1-5 мая совершила вторую после своего вступления в должность зарубежную поездку, в ходе которой посетила Вьетнам и Австралию, затем министр обороны Синдзиро Коидзуми съездил в Индонезию и на Филиппины.
Ханой был выбран для представления обновлённой концепции «Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона», которое состоялась 2 мая во Вьетнамском национальном университете. В этой связи ключевым аспектом, по сути, программной речи премьер-министра, тесно увязанным ею с тематикой Индо-Пацифики, стали планы по дальнейшему укреплению японо-вьетнамских отношений.
В начале своей речи перед преподавателями и студентами японская «железная леди» напомнила, что Синдзо Абэ (которого она считает своим политическим наставником) выбрал именно Вьетнам для своей первой зарубежной поездки после возвращения в кресло премьер-министра в 2013 г[1]. Впрочем, это не помешало С. Такаити свой первый зарубежный визит в качестве премьера совершить в США. Лидер Вьетнама, президент страны То Лам, принявший С. Такаити 2 мая в первой половине дня, до её речи в Университете, назвал С. Абэ и других японских политиков «великими друзьями Вьетнама».
В Японии ещё в «эпоху Абэ» отметили, что Вьетнам, до победы на президентских выборах в Филиппинах в мае 2022 г. Фердинанда Маркоса-мл., являлся среди держав АСЕАН последовательным сторонником равноправного судоходства в Южно-Китайское море. Однако, в отличие от филиппинского кейса, где отношения Манилы с Вашингтоном и Токио развивались по модели Стратегического треугольника, Ханой предпочитает сохранять за собой максимальное пространство для политического манёвра. Вьетнам уже давно придерживается тщательного баланса в отношениях с большими державам. Имея протяжённую сухопутную границу с Китаем, Вьетнам исторически ставит в приоритет мирное сосуществование с могущественным соседом, несмотря на свою не во всем совпадающую с ним позицию по ситуации в Южно-Китайском море. Как результат, в июле 2025 г. в Гуанси (автономный район на юге Китая) состоялись первые совместные военные учения Китая и Вьетнама «Идя плечом к плечу».
Что касается отношений Вьетнама с Японией, то они, нужно признать, после вступления Вьетнама в АСЕАН демонстрировали положительную динамику. В частности, Вьетнам, будучи региональной альтернативой Китаю для западных производителей, активно вовлечён в выстроенные Японией цепочки добавленной стоимости. При этом Япония является одним из ключевых источников иностранных инвестиций во вьетнамскую экономику и одним из ведущих доноров ОПР Вьетнама[2]. Интерес к Вьетнаму сохранялся и после ухода С. Абэ в отставку. Так в ноябре 2023 г. в Токио состоялся саммит Фумио Кисида и занимавшего тогда пост президента Вьетнама Во Ван Тхыонга, во время которого было объявлено о придании межгосударственным отношениям статуса «Всеобъемлющего стратегического партнёрства во имя мира и процветания в Азии и во всём мире».
В собственное видение «Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» С. Такаити добавила не очень внятный и едва ли полезный для региона «антикитайский» нарратив «экономической безопасности», предложенный в своё время Ф. Кисида. Согласно информации с сайта МИДа Японии, обновлённая концепция «Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» будет сосредоточена на трёх приоритетных направлениях: построении экономической и инфраструктурной экосистемы, которая укрепляет цепочки поставок энергии и критически важных полезных ископаемых, расширении и укреплении экономического порядка, основанного на правилах, укреплении сотрудничества в сфере безопасности[3].
При этом в текущих геополитических обстоятельствах в мире неизбежно возникает вопрос – основанного на чьих правилах?
Японский лидер также заявила в Ханое, что Токио распространит на большее количество стран запущенную в 2023 г. программу «Официальной помощи в целях безопасности», предполагающую на грантовой основе поставку оборонной продукции, помощь в обустройстве инфраструктуры двойного назначения. К слову, Вьетнам оказался в числе первых участников новой программы оборонной помощи. Однако, ожидания насчёт того, что военно-техническое сотрудничество Японии и Вьетнама выйдет за рамки поставок «подержанных» и новых кораблей для береговой охраны, оборудования для разминирования пострадавших от войн районов страны, «списанных» спасательных транспортёров и погрузчиков, пока не оправдались.
При этом Вьетнам уделяет всё больше внимания диверсификации военного импорта, развивая связи с Израилем, США (в том числе, в целях смягчения тарифной политики США) и европейскими поставщиками. Однако, основную часть вооружений и военной техники Вьетнама составляет оборонная продукция российского/советского производства. Интеграция высокотехнологичного, но сложного и дорогого в обслуживании японского оборудования (радаров, систем связи) в существующую структуру вьетнамских вооружённых сил неизбежно потребует времени и значительных усилий. Россия, в то же время, не просто является ключевым, «проверенным» партнёром Вьетнама в стратегически важных сферах. Военно-техническое сотрудничество с Москвой является для Ханоя одним из символов международной поддержки в былые времена своей тяжёлой и кровопролитной борьбы за независимость и самоопределение.
Оценивая итоги переговоров, премьер-министр Вьетнама Ле Минь Хынг сообщил, что стороны согласовали основные направления партнёрства между Вьетнамом и Японией на новый этап. И это подразумевает расширение сотрудничества в широком стратегическом секторе (береговая охрана, кибербезопасность, экономическая и энергетическая безопасность)[4]. Япония также согласилась увеличить инвестиции во Вьетнам до 5 миллиардов долларов в год и довести объём двусторонней торговли до 60 миллиардов долларов к 2030 г.
Из Ханоя госпожа Такаити направилась в Канберру, куда прибыла поздним вечером 3 мая. Ранее, 28 апреля, Япония подписала с Австралией сделку в сфере вооружений на сумму 6,5 миллиарда долларов США на поставку трёх фрегатов класса Могами для Королевских ВМС. Это стало первым крупным контрактом в сфере военного экспорта за всю послевоенную историю Японии (ранее Япония поставила Филиппинам несколько радаров). Всего Австралия планирует приобрести 11 современных фрегатов универсального назначения, адаптированных под свои потребности, чтобы заменить устаревший флот своих надводных кораблей. Для ускорения поставок первые три корабля будут построены в Японии на одной из верфей компании Mitsubishi Heavy Industries, а производство остальных кораблей будет перенесено в западную Австралию. С. Такаити встретила в аэропорту министр иностранных дел Австралии Пенни Вонг, а затем состоялась встреча с премьер-министром Энтони Альбанезе. Были заключены соглашения об укреплении экономических и энергетических связей, оборонного сотрудничества. На совместном брифинге с австралийским коллегой С. Такаити подтвердила, что среди региональных тем, обсуждаемых в ходе визитов, присутствовал и Китай[5]. Также она высказалась следующим образом. «Сотрудничество и безопасность являются прочной основой наших двусторонних отношений… В рамках сегодняшних переговоров мы поручили министрам изучить конкретные способы дальнейшего укрепления и институционализации всестороннего сотрудничества в сфере безопасности»[6].
Помимо частого употребления тем «безопасности» и оборонной тематики, были обсуждены совместные усилия по поставкам редкоземельных элементов в обход Китая, что становится новым элементом сотрудничества. Японское правительство и крупный бизнес инвестировали значительные средства в австралийскую Lynas Rare Earths. Сегодня компания стала крупнейшим горнодобывающим и перерабатывающим минералы предприятием за пределами Китая, в прошлом году она начала поставлять тяжёлые редкоземельные элементы японским компаниям.
С. Такаити посетила в Канберре могилу неизвестного солдата, погибшего в ходе войны на Тихом океане, этот поступок вызвало значительный резонанс в Интернет-пространстве с критикой его как попытки «умиротворения Запада» при игнорировании страданий азиатских народов, с напоминаниями о масштабном японском авианалёте на австралийский Дарвин с гибелью сотен людей.[7]
В ходе своего турне «железная леди» Японии не смогла обойтись без присущих ей театральности и эпатажа. Она буквально «осыпала» своих собеседников комплиментами и подарками, и даже привезла знаменитые японские дыни. Делала селфи со студентами в Канберре, попробовала себя в игре на традиционных барабанах в Ханое.
Синдзиро Коидзуми, министр обороны Японии и недавний соперник Такаити в борьбе за пост лидера правящей партии и кресло премьер-министра, 4 мая прибыл в столицу Индонезии. Его главной целью в Джакарте также стало подписание пакта о сотрудничестве в области обороны. Затем он направился на Филиппины, где подразделения Сил самообороны впервые приняли полноформатное участие («boots on the ground») совместно с американскими войсками в ежегодных военных учениях Balikatan. Пятидневные турне С. Такаити и С. Коидзуми происходили на фоне всё более сложного балансирования Юго-Восточной Азии между «теряющими форму» США и перехватывающим у них инициативу Китаем. В этой ситуации Япония сознательно позиционирует себя как ещё одна возможная «опция» западного влияния в регионе.[8]
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Читайте другие материалы журнала "Международная жизнь" на нашем сайте.
Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs