И знаете, мне нравится этот вопрос. Потому что он про очень важную вещь.
Лила - это не аренда моего времени. Я не продаю часы. Я не включаю таймер и не считаю минуты, как в такси или у юриста. Я провожу человека через процесс.
А процесс никогда не измеряется линейно. Иногда человек приходит с запросом, который уже внутренне созрел, решение почти готово, внутри уже всё понимает, но ещё нет решимости сделать шаг. Человек может месяцами, а иногда и годами ходить вокруг одной мысли. Прокручивать её. Сомневаться. Бояться изменений.
И тогда Лила становится не местом «поиска ответа», а местом, где наконец появляется внутренняя ясность и смелость действовать, ведь порой вся огромная трансформация начинается с одного очень простого шага. С переходом на новую работу. С покупки билета. С разговора, который откладывался годами. С записи на танцы. С выбора себя. И тогда игра может закончиться через полтора-два часа.
А иногда человек входит в глубокий внутренний лабиринт с сопротивлением, со страхом увидеть правду, с накопленными годами историями, которые начинают подниматься слой за слоем. И тогда игра длится долго.
Но важно вот что: однажды начатая игра должна быть закончена. Потому что невозможно открыть глубинный процесс… и просто выйти на середине. Это как прийти к врачу с аппендицитом, лечь на операцию, получить надрез - и сказать: «Ой, мне неприятно, я, пожалуй, пойду».
Так не работает.
Если человек пришёл со своей болью, со своим вопросом, со своей внутренней запутанностью то моя задача не просто «поиграть», а провести его через процесс так, чтобы он не ушёл ещё более растерянным. Человек не должен уходить с открытой травмой. Он должен уходить с пониманием: что с ним происходит, почему это происходит, что и как он может изменить в своей жизни дальше, чтобы решить/реализовать свой запрос.
И именно поэтому я никогда заранее не знаю, сколько будет длиться игра. Я веду не часы. Я веду человека.
И ещё, наверное, важно понять одну вещь.
Лила - это не детская настолка, где нужно как можно быстрее первым выйти из игры. Но и не тот инструмент, где человек думает: «Раз уж я заплатил, значит, надо сидеть как можно дольше и получить абсолютно все знания мира, все тайны вселенной и тотальное просветление».
Нет!
Лила -это очень честный разговор с собой. Со своим подсознанием. Со своей душой.
Ты приходишь за ответом. И игра продолжается ровно до того момента, пока этот ответ не становится по-настоящему увиденным, понятым и принятым внутри, когда действительно достаточно для решения твоего вопроса. Не раньше. Но и не позже ради «ещё чего-нибудь». Потому что в глубоких процессах важно не количество часов. А честность встречи с собой.
Я не беру деньги «за количество часов страдания». И не наказываю человека рублём за глубину его процесса. Потому что для меня ценность Лилы - не во времени проведенным на поле. А в трансформации.
Бывает, что за два часа человек меняет решение, которое откладывал годами. А бывает, что за десять часов только начинает слышать себя по-настоящему.И то, и другое - ценно.
Фиксированная стоимость - это ещё и про безопасность. Человеку не нужно сидеть и думать: «Ой, я сейчас долго говорю, наверное, это уже слишком дорого…» «Мне надо быстрее…» «Надо уложиться…»
Нет!
В Лиле нельзя торопить душу. Некоторые осознания созревают в тишине. Некоторые - в слезах. Некоторые - через смех, злость, сопротивление или внезапное молчание.
Я не хочу, чтобы человек в этот момент смотрел на часы. И когда веду игру, то включаю ведь не только время встречи. Я включаю: свой опыт, образование, знания психологии, навык считывать процессы, способность держать пространство, внимание, энергию, подготовку, восстановление после глубоких игр, годы практики, и всё то, что невозможно посчитать поминутно.
Да, Иногда Лила заканчивается за два часа. А иногда мы встречаем рассвет. Но я всё равно веду не время. Я веду человека.