Кто владелец "Связного"?

История легендарного ритейлера, который когда-то диктовал моду на мобильные новинки в России, сегодня напоминает закрученный детектив с элементами финансовой драмы. Если вы помните те времена, когда в каждом подземном переходе или у каждой станции метро красовалась яркая вывеска этой сети, то наверняка задавались вопросом: а кто, собственно, рулил этим гигантом и куда всё делось?

Так кто владелец «Связного» на самом деле?

Чтобы разобраться в этом хитросплетении, нужно отмотать плёнку назад. Отцом-основателем и бессменным лицом компании долгие годы был Максим Ноготков. Парень начал с перепродажи телефонов ещё в девяностых, будучи совсем молодым, и буквально на коленке собрал империю. Но, как это часто бывает в большом бизнесе, почивать на лаврах пришлось недолго. Блестящая стратегия расширения в какой-то момент дала сбой, кредиты начали душить, и контроль над детищем начал ускользать из рук создателя.

В 2014 году произошёл тектонический сдвиг. Из-за долгов перед группой «ОНЭКСИМ» Михаила Прохорова управление перешло к структурам Олега Малиса — владельца группы Solvers. С этого момента вопрос «Кто владелец «Связного»?» стал получать новые, более приземлённые ответы. Позже произошло объединение с «Евросетью», что окончательно превратило рынок мобильного ритейла в поле битвы двух титанов под одним крылом.

Эпоха перемен и финал главы

Казалось бы, объединение активов должно было спасти ситуацию, верно? Ох, если бы всё было так просто. Основным акционером объединенной компании стала кипрская SLV Global, за которой стоял всё тот же Олег Малис. МегаФон тоже имел свою долю в этом пироге, но позже вышел из игры. Но, честно говоря, разобраться в цепочке офшоров — это та ещё задачка для любителей головоломок.

Сегодня ситуация выглядит довольно печально. Компания столкнулась с лавиной исков от банков и поставщиков. В 2023 году «Связной» официально признали банкротом. Так что на сегодняшний день, когда мы спрашиваем: «Кто владелец «Связного»?», технически ответом будет — конкурсный управляющий и арбитражный суд, пытающиеся раздать долги.

Конечно, бренд всё ещё вызывает ностальгию у тех, кто покупал там свой первый кнопочный Siemens или первый iPhone. Однако реальность такова, что эпоха частных империй в этом секторе подошла к концу, уступив место маркетплейсам и экосистемам. Грустно, но таков путь бизнеса: сегодня ты на коне, а завтра — лишь строчка в судебном реестре. Разве это не лучший повод задуматься о том, как зыбок успех?