Один из самых востребованных хореографов в фигурном катании Бенуа Ришо приехал в Россию, чтобы поставить программы сразу нескольким ведущим фигуристам страны. В интервью ТАСС он рассказал о работе с Александрой Трусовой, Евгением Семененко и молодыми танцорами Василисой Кагановской и Максимом Некрасовым, а также о том, почему продолжает приезжать в Россию, несмотря на сложную международную обстановку
— Как получилось, что вы сейчас решили приехать в Россию?
— Я знаю людей из мира фигурного катания в России и работаю с ними уже много лет, поэтому для меня это было совершенно естественно. Фигурное катание — невероятно интернациональный мир, и я всегда с удовольствием открываю для себя разную энергетику, разные подходы к работе и творчеству вместе с новыми спортсменами.
— С кем из российских фигуристов вы будете работать, кому будете ставить программы?
— Я работаю с Василисой и Максимом, Евгением Семененко, Александрой Трусовой, а также с очень талантливыми юными танцорами Марией Фефеловой и Артемом Валовым. Мне нравится, что у каждого из них совершенно разная личность и разная энергетика на льду, — это очень вдохновляет меня творчески.
— С кем из российских тренеров вам интересно работать?
— Я сотрудничаю с Алексеем Мишиным уже 11 лет. Когда я недавно пересматривал "меморис", понял, как быстро летит время. В этом сезоне я также работаю с Алексеем Горшковым, Екатериной Рязановой и Анжеликой Крыловой. Забавно, что, когда я был моложе и еще выступал, моей мечтой было тренироваться у Алексея Горшкова. Екатерина соревновалась со мной, а с Анжеликой я немного тренировался, когда она была в США. Мир тесен. Мне всегда нравится общаться с тренерами, понимать их видение и разделять одну любовь к спорту.
— Международная обстановка сейчас довольно непростая, перелеты тоже непросты. Это не помешало вам?
— Честно говоря, когда работаешь в фигурном катании, привыкаешь постоянно адаптироваться. Конечно, путешествия сейчас бывают немного сложнее, но в итоге сосредотачиваешься на работе, на спортсменах и на творческом процессе. Я вообще нахожу дорогу умиротворяющей — это момент отключения от реальности.
— Есть ли что-то особенное в российских фигуристах, что бросается в глаза специалистам?
— Думаю, что выделяется дисциплина и трудовая этика с очень раннего возраста. По-настоящему чувствуешь, насколько важно здесь фигурное катание. Я сам из небольшой страны, где фигурное катание не является такой значимой частью культуры, поэтому мне всегда приятно ощущать эту страсть к спорту, когда приезжаю туда, где люди по-настоящему жаждут фигурного катания и любят его так глубоко.
— Любите ли вы русскую музыку? Есть ли среди русских композиторов те, кто особенно трогает вашу душу?
— Да, очень. Музыка всегда была огромной частью моей жизни и, конечно, моей работы. Я также близко дружу с композитором Кириллом Рихтером, чью музыку я очень люблю. Думаю, у него очень особенный эмоциональный мир. И конечно, я вырос, слушая великих русских композиторов — Чайковского, Рахманинова, Прокофьева, Шостаковича. Их музыка так глубоко связана с эмоцией, драмой и повествованием — это, естественно, очень вдохновляет в фигурном катании.
Я также люблю открывать для себя более камерных или неожиданных композиторов. Например, я очень люблю Николая Капустина. Сочетание классической музыки и джаза в его произведениях — это нечто творчески совершенно уникальное.
— Вы будете ставить программы Василисе и Максиму. Каковы их сильные стороны?
— Да, и честно говоря, меня сразу же поразило то, что у них уже есть очень особенное присутствие на льду. Мне кажется, давно не было молодого танцевального дуэта с таким естественным взаимопониманием и такой самобытностью. Не в обиду кому-либо, но они действительно катаются иначе. Сразу чувствуется личность и особая атмосфера вокруг них.
Многие в мире фигурного катания, судя по всему, тоже считают их одним из самых интересных молодых дуэтов на сегодняшний день. К тому же это уже второй год нашей совместной работы, и приятно выстраивать такое доверие — и с ними, и с их тренерами. Я искренне верю, что время всегда имеет решающее значение, когда хочешь вырастить по-настоящему уникальных фигуристов и создать что-то действительно особенное в художественном плане.
— Каким вы видите Евгения Семененко? В чем его сила как фигуриста?
— Евгений — впечатляющий спортсмен: у него есть почти все четверные прыжки, и я по-настоящему ценю качество и чистоту его техники. Он не пытается схитрить в прыжках — все ощущается очень честным и технически выверенным. Я также очень ценю его отношения с Алексеем Мишиным. Между ними чувствуется глубокое уважение и доверие, и я думаю, что такая связь между тренером и спортсменом — это нечто очень особенное.
В этом году мы с Мишиным решили сохранять более тесный контакт вплоть до конца лета. Они дважды приедут на мой сбор, так что у нас наконец будет время выстроить более глубокую работу в моей специализации. Раньше наше сотрудничество всегда было очень коротким, поэтому мне очень интересно, куда может привести этот проект. Честно говоря, я очень позитивно настроен по поводу этой хореографии, и музыка просто великолепна.
— Что скажете о работе с Александрой Трусовой?
— Мы начали работу над новой короткой программой вместе. Это очень захватывает, и мне творчески очень интересно, потому что Саша — совершенно уникальная спортсменка. Она уже является иконой нашего спорта, и меня в ней привлекает то, что в художественном плане еще многое предстоит открыть — за пределами одних лишь прыжков. У нее очень особенная энергетика и присутствие на льду.
— Как рождаются ваши программы? Что появляется первым — образ или музыка?
— Честно говоря, каждый раз по-разному. Иногда все начинается с музыкального произведения, иногда — с образа, фильма, ощущения или даже просто одного разговора со спортсменом. Но для меня самое главное всегда — понять, кем спортсмен является на самом деле. Мне не нравится создавать программы, которые подошли бы кому угодно. Я всегда стараюсь создать что-то глубоко связанное с личностью и энергетикой конкретного спортсмена.
— К Олимпиаде вы работали с 16 фигуристами из 13 стран. Как вы все успеваете? Есть какая-то система?
— Честно говоря, я сам иногда задаю себе тот же вопрос. Олимпиада, наверное, была одним из самых насыщенных переживаний в моей жизни, но после многих лет в фигурном катании вырабатываешь собственный ритм и способ организации дел. Думаю также, что постоянные путешествия и работа со множеством разных культур помогли мне стать очень гибким в психологическом плане. В конечном счете, когда по-настоящему любишь то, что делаешь, энергия находится сама собой. Думаю, вы понимаете, что я люблю свое дело.
— На Олимпийских играх многие шутили, что у вас были куртки сборных разных стран. После приезда в Россию все интересуются: появилась ли у вас теперь и куртка российской сборной?
— Пока нет… но, судя по всему, люди уже обеспокоены этим вопросом.
— Сколько времени вы пробудете в России?
— На этот раз недолго — ровно столько, чтобы успеть создать, поработать и провести качественное время на льду со спортсменами. В субботу я возвращаюсь домой, а затем лечу в Азию на 20 дней.
— Вы сейчас в Новогорске. Нравятся ли вам условия на этой базе?
— Да, я уже бывал здесь, и довольно давно. Честно говоря, я очень люблю это место. Каждый раз, когда у меня есть доступ к катку на весь день, я, наверное, самый счастливый человек в мире.