Он присоединился к группе, которая уже была всемирно известна. Он ушёл, когда ему понадобилось больше пространства для игры на гитаре.
ПРИВЕТ, ИЮЛЬ 1967 ГОДА
Gary Brooker, B. J. Wilson и я — мы все трое были в The Paramounts. По сути, мы были кавер-группой, играли много ритм-энд-блюза, а в 1964 году записали — пожалуй, это будет громко сказано — хит под названием Poison Ivy («Ядовитый плющ»). [В 1966 году] мы распались. У меня было трио, чисто местная история в Саутенде под названием The Jam. Затем позвонил Gary. Procol Harum пытались записать альбом, но результат их не особо устраивал. Они избавились от гитариста и барабанщика, так что, полагаю, они в каком-то смысле начинали с нуля и попросили меня и B. J. Wilson [барабаны] прийти на прослушивание. Так что я поплёлся со своим усилителем и гитарой на поезд до Лондона, а на следующий день они сказали мне приходить и начинать работу над альбомом, чему я был только рад.
В то время A Whiter Shade Of Pale («Белее бледного») была номером один почти по всему миру, но я не чувствовал давления и не помню, чтобы ситуация казалась странной. Я просто думал, что это весело — как и всё остальное, когда ты молод и глуп. Мы начали записываться практически без репетиций. Приходим в студию, Gary играет песню: «Вот как она идёт», — и мы её прорабатываем. Песни были очень, очень сильными, и не составляло труда превратить их во что-то, что можно зафиксировать на плёнке. Matthew Fisher [орган] играл в этом огромную роль; это и голос Gary, собственно, и составляло характер группы. Это не заняло много времени — пару недель, может быть.
Пришлось немного поспешить с тем, что можно назвать созданием имиджа. Мы пошли к конкретному портному, чтобы с нас сняли мерки для весьма вычурных нарядов! Мы начали выступать — я почти уверен, что первый концерт был где-то в Европе. Поездка в США была очень важным событием, довольно захватывающим и немного пугающим. В самом начале всё было на позитиве. Я имею в виду, что [последующий успешный иск Matthew Fisher по поводу авторских прав на A Whiter Shade Of Pale] следовало уладить ещё тогда, но дело забросили, и в итоге всё обернулось приличной канителью.
ПРОЩАЙ, ИЮЛЬ 1971 ГОДА
Кажется, мы были в Штатах. Дела всё ещё шли хорошо. Мы записали Broken Barricades («Сломленные баррикады»), на котором было две или три моих песни. Я писал всё больше и больше гитарной музыки, для которой в Procol — клавишной группе — не хватало места, хотя мы никогда не соперничали друг с другом или чем-то в этом роде. Я рос, и мне нужно было больше пространства, чтобы делать упор на гитару, бас и барабаны.
Думаю, Procol в то время могли находиться в некотором застое — мы не записывались, не гастролировали. Так что я сообщил Gary о своих планах. Честно говоря, я совсем не помню подробностей, в голове об этой ситуации вообще ничего не осталось! Но я всегда отлично с ним ладил. Я просто как бы отдалился, и после пары смен составов нашёл нужную формулу и помчался вперёд со своим делом.
После ухода я более-менее потерял связь с ребятами. В 1991 году я снова сошёлся с Gary [для альбома The Prodigal Stranger («Блудный незнакомец»)]. У них были очень хорошие песни, но всё вышло не совсем так, как я надеялся. К тому же я начал работать с Bryan Ferry, так что наше воссоединение сошло на нет.
В последний раз я говорил с Gary за пару недель до его смерти [в 2022 году], и у нас была прекрасная беседа. Вскоре после этого позвонил Keith Reid [автор текстов]. Я давно с ним не общался и был рад возобновить нашу дружбу. А потом, вскоре после этого, Keith Reid умер [в 2023 году].
Знаете, я всегда называю Procol Harum своей школой. Я узнал о студии, узнал о гастролях — всё это готовило меня к тому, чтобы я мог заниматься своим делом. A Whiter Shade Of Pale — великая запись, вероятно, самый запоминающийся трек, вышедший в тот год в Великобритании, и было бы здорово в этом поучаствовать. Но я не в обиде.
Альбом Robin Trower One Moment In Time: Live In The USA («Один миг во времени: Концерт в США») уже вышел на лейбле Artone/Provogue.
Ian Harrison / Mojo # 5 (390) May 2026