В 2014 году на международном аукционе молоток остановился на отметке 3 021 000 долларов. Лотом была не работа Моне, не Ренуар и не один из признанных гениев импрессионизма. Это был парижский цветочный рынок, написанный художником, чьё имя ещё полвека назад редко звучало за пределами узких коллекционерских кругов.
Его звали Франсуа-Мари Фирмен-Жирар (1838–1921). Он был любимцем Парижского салона, кавалером Ордена Почётного легиона и художником, которого восторженно цитировали Репин и Крамской. А потом его имя исчезло из учебников. История его взлёта, тихого ухода и неожиданного возвращения на арт-рынок — отличный пример того, как меняется вкус эпохи и почему подлинное мастерство всегда находит своего зрителя.
Парижский дебют и быстрая слава
Фирмен-Жирар родился в 1838 году в маленькой деревушке Понсен, недалеко от швейцарской границы. Талант проявился рано: уже в 16 лет юноша отправился в столицу, чтобы поступить в Школу изящных искусств. Его учителями стали Шарль Глейр и Жан-Леон Жером — титаны академической живописи, задававшие тон всему художественному Парижу.
Дебют в Салоне состоялся в 1859 году с полотном «Святой Себастьян». Через два года Фирмен-Жирар берёт второе место в конкурсе на Римскую премию — одну из самых престижных наград для молодых художников того времени. Премия дала не только славу, но и финансовую свободу: он открыл собственную студию на Монмартре и начал работать в полную силу.
Мастер без границ: от академизма до импрессионизма
Что отличает Фирмена-Жирара от многих коллег по Салону? Невероятная гибкость. Он не застрял в одном направлении. В его портфолио соседствуют:
исторические полотна в духе академизма,
жанровые сцены с тонким психологизмом,
городские и сельские пейзажи,
ориенталистские мотивы,
работы, в которых уже угадывается свет и воздух импрессионизма.
Всего известно более 600 картин, достоверно атрибутированных мастеру. Он регулярно участвовал в Салонах, получал медали (в 1874 году за «Обручённых», в 1900-м — бронзу на Всемирной выставке за «Набережную с цветами» и «Онивальского пастуха»), а в 1895 году стал кавалером Ордена Почётного легиона. Критики писали о нём как о художнике, чья техника «виртуозна, тонка и безупречна».
«Совершенство в своём роде»: почему им восхищались Репин и Крамской
Интересный факт для русскоязычной аудитории: Фирмен-Жирар был высоко оценён русской художественной элитой. Илья Репин, живший тогда в Париже, оставлял в воспоминаниях такие строки:
«Парижский салон только что открылся, был удачен: изящен, виртуозен и необыкновенно тонок и глубок по технике: Фирмен-Жерар, Руабе, Деннер, Бонна и другие наши очарователи были в зените своей славы...»
А Иван Крамской в письме Павлу Третьякову буквально восхищался картиной «Обручённые»:
«У кого так много ума и образованности? Или кто так верно, тонко и окончательно пишет жанр, как Фермен-Жерар, в его свадебной процессии, идущей из церкви по аллее, усыпанной осенней листвой. Эта вещь, я готов сказать, совершенство в своем роде…»
Для художников-передвижников, искавших баланс между академической школой и жизненной правдой, Фирмен-Жирар был примером того, как можно оставаться технически безупречным, не теряя душевности.
Тихий уход и долгое забвение
В начале XX века вкусы резко изменились. Авангард, кубизм, фовизм — салонная живопись казалась «вчерашним днём». Фирмен-Жирар, которому тогда было за 60, не стал бороться за внимание новой публики. Он уехал из Парижа в Монлюсон (Овернь), поселился в сельской местности и жил тихо. Умер в 1921 году в возрасте 82 лет.
После Первой мировой войны его имя надолго выпало из арт-истории. Музеи перестали выставлять его работы, каталоги пылились в архивах. Но, как это часто бывает в истории искусства, забвение оказалось временным.
Возвращение из тени: 3 миллиона долларов за парижский букет
В конце XX – начале XXI века коллекционеры и кураторы вновь обратились к живописи XIX века. Стало очевидно, что техническое совершенство, внимание к деталям и умение передавать атмосферу — не устарели, а стали редкостью.
В 2014 году картина «Набережная с цветами» (1875) ушла на аукционе за $3 021 000. Эксперты отметили не только рыночную ценность, но и ювелирную проработку каждого лепестка, игру света на витринах, живую уличную толпу. Картина стала символом возвращения Фирмена-Жирара в большой арт-мир. Сегодня его работы регулярно появляются в каталогах ведущих аукционных домов, а музеи Франции и Европы возвращают их в экспозиции.
Почему Фирмен-Жирар важен сегодня?
Он напоминает нам, что:
мастерство не подчиняется трендам,
художник может быть востребованным при жизни, забытым после смерти и снова обрести признание, когда зритель «дорастёт» до понимания его языка,
искусство XIX века — это не только импрессионисты, но и сотни имён, чьи работы хранят ту самую «живую» Францию, которую мы видим в старых открытках и романах.
Фирмен-Жирар не стремился быть революционером. Он стремился быть виртуозом. И история искусства снова показала: виртуозность со временем всегда находит свою цену.
Подписывайтесь, чтобы не пропускать истории о мастерах, чьи имена не на слуху, но чьи работы хранят настоящую историю искусства.