Ещё полгода назад в Букингемском дворце царило напряжение. Бывшие королевские особы выпускали документальные фильмы, давали интервью, публиковали мемуары. Каждый заголовок воспринимался как удар. Каждый новый проект — как угроза.
Сегодня, по данным инсайдеров, атмосфера изменилась кардинально. Не гнев. Не паника. И даже не усталость. Равнодушие. Полное и, судя по всему, окончательное.
Как выразился один из источников, близкий к Уильяму: «Бренд Сассексов ничего не стоит. Он настолько запятнан, что не представляет никакой ценности. Зачем с ними бороться? Пусть делают что хотят. Они уж точно не настолько могущественны, как думают о себе».
Это заявление знаменует собой важный сдвиг. Дворец больше не рассматривает Гарри и Меган как угрозу. Они — раздражитель. Шум. И этот шум постепенно затихает.
Новая стратегия дворца: «Пусть говорят, пусть ездят»
Бывший королевский придворный, а ныне обозреватель и автор книг Роб Шутер (гость в студии) раскрыл детали новой тактики королевской семьи. Она проста до жёсткости.
Вместо того чтобы реагировать на каждое появление пары, дворец решил ничего не делать. Позволить им говорить. Позволить им ездить по миру. Позволить им быть на виду.
Почему? Потому что чем больше их видно, тем больше людей самостоятельно приходят к выводу, что этот «спектакль» не имеет ничего общего с настоящей королевской работой. Все любят дешёвую подделку — пока она не разваливается. А чем громче они пытаются копировать оригинал, тем очевиднее становится разница.
«Они могут делать добрые дела и зарабатывать деньги, — говорит источник. — Это не угрожает институту. Монархия переживала и не такое. То, что когда-то вызывало гнев, теперь едва вызывает раздражение. А иногда и вовсе не вызывает ничего».
«Мыши возятся, а слоны идут дальше»
Ведущий (Дэн Вуттон) проводит наглядную аналогию. Визит короля Чарльза в США несколько недель назад был государственным приёмом самого высокого уровня. Белый дом, Конгресс, стоячие овации, мировые лидеры.
В то же самое время Гарри и Меган находились в Австралии. Их поездка, по оценкам источников, обошлась спонсорам в миллионы долларов, но не произвела и десятой доли того впечатления.
«Это как сравнивать "Короля Льва" на Бродвее с любительским спектаклем в провинциальном театре, — говорит Дэн. — Разные уровни. Сассексы просто не могут с этим конкурировать».
Роб Шутер добавляет: «Уильям считает бренд Sussex бесполезным. Настолько запятнанным, что он ничего не стоит. Так зачем тратить энергию на борьбу?»
Гарри сдался? Нет, он выбрал другую дорогу
Но отказ дворца от борьбы не означает, что Гарри прекратил попытки оставаться на плаву. Напротив, по данным Шутера, принц наконец осознал, что возвращения в семью не будет. И теперь он пытается построить «независимую монархию» — собственную королевскую идентичность вне Букингемского дворца, без его одобрения и вне его контроля.
Цель: перестать гнаться за короной и стать «народным принцем».
Модель очевидна — его мать, принцесса Диана. Глобальные проекты. Эмоциональная доступность. Высокая видимость. Активизм.
Но, как подчёркивает Шутер, есть одна проблема, которую Гарри не может или не хочет решить. Диана понимала нечто, что Гарри до сих пор не осознал.
«Её сила исходила из того, что она бросала вызов монархии, но не пыталась её уничтожить. Она давила на систему. Разочаровывала её. Модернизировала. Но в душе она оставалась монархисткой. Она верила в корону и никогда не забывала, что её старший сын однажды унаследует её. Диана сгибала институт. А Гарри пытается сжечь его дотла. В этом разница».
Бунт Дианы сработал, потому что он шёл изнутри системы. Версия Гарри громче, коммерциализированнее и гораздо менее эффективна. Она построена не на чувстве долга и таинственности, а на обидах и медиа.
«У Дианы были эмоциональный интеллект, дисциплина и чувство меры, — говорит один из источников. — У Гарри — обида, команда продюсеров и подкаст».
Что Гарри умеет хорошо (и что он унаследовал от матери)
Роб Шутер признаёт: Гарри действительно обладает одним талантом, который он унаследовал от принцессы Дианы. Он умеет взаимодействовать с обычными людьми — с детьми, с больными, с теми, кто нуждается в поддержке. Он может опуститься на колено перед ребёнком или человеком с инвалидностью и установить с ним связь.
Этому его никто не учил. Это врождённое. И, по словам Шутера, Гарри очень скучал по такой работе. Он отчаянно хочет её вернуть.
Но проблема в том, что это практически всё, что он умеет хорошо.
«Он ужасен на деловых встречах. Ужасен в переговорах с Netflix. Он не очень хорош в большинстве аспектов публичной жизни. Но одно он делает блестяще — и именно это он хочет делать снова».
После успешной (в его глазах) поездки в Австралию, где он снова почувствовал себя принцем, Гарри якобы принял решение: «К чёрту семью. Я сделаю это сам». Он понял, что может получать внимание и без одобрения Букингемского дворца.
Вопрос Уильяма: который никогда не простит
Однако, как отмечает ведущий, даже если Гарри покинет Меган (а спекуляции на эту тему не утихают годами), и даже если некоторые политики вроде Бориса Джонсона или Шабанны Махмуд намекают на возможное возвращение, — есть одна фигура, чьё решение будет решающим.
Принц Уильям.
И он, по данным источников, никогда не простит брата. Никогда.
Переломный момент, который закалил Уильяма, — болезнь Кэтрин. Когда он столкнулся с возможностью потерять жену, его приоритеты сместились окончательно и бесповоротно. Семья — та, которая рядом с ним. Жена, дети, больной отец. А Гарри, предавший его доверие, публично критиковавший Кэтрин и делавший жизнь его родителей (принца Филиппа и королевы Елизаветы) в их последние годы «живым источником стресса», — больше не имеет значения.
Именно стресс, как подчёркивает ведущий, усугубляет онкологические заболевания. И то, что Гарри делал в последние годы жизни бабушки и дедушки, для многих — непростительно.
Защитники Сассексов: кого они ещё могут позвать?
В студии также обсуждают недавнее появление в британских СМИ Нины Мешковой, которая попыталась защитить Меган Маркл. Её аргументация свелась к следующему: «Все женщины получают критику, всё это сексизм, у Меган есть связь с людьми, и, кстати, у неё ещё много королевских секретов про запас».
Ведущий и Роб Шутер единодушны: это провал защитников Сассексов.
«Она не смогла назвать ни одного конкретного дела, ни одного достижения Меган Маркл. Ничего. Только общие слова и намёки на "женскую несправедливость". В то время как мы с лёгкостью можем перечислить десятки дел, которые сделали Уильям, Кэтрин, король, Камилла, Анна, Софи и Эдвард. С Меган — тишина».
Шутер добавляет, что если Меган и Гарри приходится полагаться на таких защитников, которые «едва могут составить связное предложение», то они действительно на дне. Их старые защитники (например, Омид Скоби) либо замолчали, либо их книги провалились. Книга Шутера, кстати, в отличие от труда Скоби, попала в топ-10 Amazon и даже занимала первое место. А книга бывшего «друга» Сассексов? Даже не вошла в топ-20 000.
Дворец больше не боится. Не злится. Не тратит энергию. Он просто наблюдает — и позволяет Сассексам говорить и ездить.
Потому что чем больше их видно, тем яснее становится: эта история не о служении. Это шоу одного (или двух) актёров, у которых осталось не так много зрителей.
Гарри, возможно, ещё сможет сохранить небольшую аудиторию. Люди любят прощать, особенно когда прошлое покрыто дымкой ностальгии и хорошо оплаченной работы пиарщиков. Но вернуться к тому уровню влияния, который когда-то был у его матери? Нет. Это в прошлом.
Бренд Сассекс, по словам источника рядом с Уильямом, бесполезен. И чем больше они пытаются его поддерживать, тем очевиднее это становится для всех остальных.
Виндзоры идут дальше. А шум позади постепенно затихает.