Рост польско-тайваньских связей вероятно следует оценивать как часть более широкой перестройки внешнеэкономической и военно-технологической политики Варшавы. Формально Польша сохраняет политику «одного Китая» и не оформляет отношения с Тайванем как военно-политический союз. По фактическому содержанию она расширяет торговлю, технологические контакты и беспилотную кооперацию с Тайбэем в секторах двойного назначения, которые для Пекина относятся к числу наиболее чувствительных.
В 2025 году двусторонняя торговля Польши и Тайваня достигла рекордных 2,541 млрд долларов США, увеличившись на 22,37 проц. к 2024 году. Тайваньский экспорт в Польшу составил около 2,026 млрд долларов США, рост — 26,21 проц.; импорт из Польши — около 481 млн долларов США, рост — 8,29 проц. По польско-тайваньским данным, в 2024 году товарооборот составлял около 2,07–2,08 млрд долларов США, а накопленные тайваньские инвестиции в Польше к сентябрю 2025 года оценивались примерно в 98,85 млн долларов США. Польша при этом стала шестым торговым партнёром Тайваня в ЕС.
Структура торговли показывает, почему этот рост выходит за рамки обычной коммерции. Польский офис в Тайбэе указывает, что импорт из Тайваня включает продукцию электромашиностроения, LCD-панели, полупроводники и другие электронные компоненты, металлургическую продукцию, автомобили и комплектующие. Польский экспорт на Тайвань включает продукцию электромашиностроения, химическую продукцию и продовольствие. Для Варшавы это канал получения высокотехнологичных компонентов, которые могут использоваться в ИКТ, автомобильной промышленности, электронике, системах связи, БПЛА и промышленной автоматизации.
В июне–июле 2025 года Польша провела крупнейшую в своей истории экономическую миссию на Тайвань. Делегация включала представителей бизнеса, науки, местного самоуправления и администрации, возглавлялась замминистра развития и технологий Михалом Яросом. По итогам визита было подписано семь соглашений о экономическом сотрудничестве, проведены встречи с потенциальными инвесторами и презентации польского технологического и научного потенциала. Это был не протокольный обмен, а попытка встроить Польшу в тайваньские цепочки электроники, ИКТ, автоматизации и промышленного производства.
Наиболее чувствительный блок — беспилотники.
В первой половине 2025 года экспорт тайваньских дронов вырос на 749 проц. и достиг 11,9 млн долларов США. Польша стала крупнейшим покупателем: на неё пришлось около 6,5 млн долларов США, то есть более половины тайваньского экспорта БПЛА за этот период. К августу–сентябрю 2025 года, по данным Bloomberg и Taiwan News, Польша уже поглощала почти 60 проц. тайваньского экспорта дронов, объём которого вырос примерно до 32 млн долларов США. К октябрю 2025 года доля Польши в тайваньском экспорте БПЛА оценивалась в 39,3 проц., что всё равно сохраняло за ней первое место среди внешних рынков.
Такой скачок трудно объяснить только гражданским рынком.
На фоне войны вокруг Украины Польша стала одним из главных тыловых и транзитных узлов для поставок беспилотной техники, компонентов, электроники и оборудования двойного назначения. The Guardian прямо указывает, что украинская сторона ищет альтернативу китайским комплектующим, а Тайвань становится тихим поставщиком через посредников в Восточной Европе, включая Польшу и Чехию.
3 сентября 2025 года тайваньская делегация оборонной промышленности подписала меморандум о взаимопонимании с украинскими и польскими партнёрами по сотрудничеству в сфере технологий БПЛА. Сообщение было распространено представительством Тайваня в Польше и тайваньскими СМИ. Сам факт подписания в треугольнике Тайвань — Польша — Украина имеет принципиальное значение: речь идёт уже не о торговле электроникой, а о связке беспилотной промышленности, боевого украинского опыта и польской инфраструктуры восточного фланга НАТО.
Для Тайваня украинский опыт имеет прямую военную ценность.
Reuters сообщал, что Тайвань заключил стратегическое партнёрство с Auterion для получения боевого программного обеспечения БПЛА, проверенного на Украине, включая технологии автономности и роевого применения. Это вписывается в тайваньскую линию на создание массового беспилотного потенциала для сдерживания КНР. Польша в этой схеме становится европейской площадкой, через которую тайваньская беспилотная отрасль получает контакт с украинским фронтом и натовской инфраструктурой.
Политический сигнал был усилен визитом главы МИД Тайваня Линь Цзя-луна в Польшу. 29 сентября 2025 года на Warsaw Security Forum он заявил, что Европе пора «встать рядом с Тайванем», поскольку Тайвань и Европа сталкиваются с угрозами со стороны «авторитарных соседей». Он связал Китай, Россию, Иран и КНДР в единый «axis of upheaval» и отдельно подчеркнул, что экономическая безопасность неотделима от национальной безопасности. Для Пекина такая риторика на польской площадке выглядит как прямое втягивание Тайваня в восточноевропейскую антироссийскую и антикитайскую повестку.
КНР традиционно жёстко реагирует на любые формы официального или полуофициального взаимодействия государств с Тайванем, особенно в сфере безопасности, высоких технологий и оборонной промышленности. Китай считает Тайвань частью своей территории и выступает против любых государственных контактов Тайбэя с внешними партнёрами. Поэтому польско-тайваньская активность в БПЛА, электронике, полупроводниках и критических цепочках поставок воспринимается Пекином не как обычная торговля, а как политико-технологический вызов.
Для Польши это сотрудничество даёт несколько практических эффектов. Первый — доступ к тайваньской электронике, компонентной базе, ИКТ и промышленным компетенциям. Второй — возможность снизить зависимость от китайских компонентов в секторах БПЛА, связи, оптики и вычислительной техники. Третий — включение Варшавы в технологическую сеть государств, которые связывают Тайвань с Украиной, НАТО и европейской оборонной промышленностью. Четвёртый — усиление статуса Польши как восточноевропейского хаба не только для американской и южнокорейской техники, но и для азиатских технологий двойного назначения.
Для Тайваня польское направление даёт выход на европейский рынок и политическую легитимацию через страну восточного фланга НАТО. Польша уже демонстрирует готовность действовать жёстче, чем многие западноевропейские государства, и увязывает технологическое сотрудничество с безопасностью. Выбор Польши как площадки для Taiwan Expo 2026 in Europe, запланированной в Варшаве на 22–24 июня 2026 года, показывает, что Тайбэй намерен закрепить именно польское направление как один из европейских центров работы с бизнесом, инвестициями и технологиями.
Китайский фактор делает эту линию особенно чувствительной. Польша в последние годы всё меньше воспринимает КНР как нейтрального экономического партнёра. На фоне украинского конфликта, китайско-российского сближения и кризиса европейских цепочек поставок Варшава всё активнее входит в американскую и центральноевропейскую линию на технологическое сдерживание Пекина. Тайвань в этой системе становится не только торговым партнёром, но и символом более широкой ориентации Польши на антикитайский контур.
Возможная реакция КНР, вероятно, будет многоуровневой. На дипломатическом уровне Пекин продолжит предупреждать Варшаву о недопустимости контактов, которые нарушают принцип «одного Китая». На экономическом уровне возможно охлаждение инвестиционных проектов, снижение политического интереса к польскому направлению в рамках китайско-европейской логистики и точечное давление на компании, использующие Польшу как региональный узел. На информационном уровне Польша может всё чаще представляться китайскими структурами как государство, действующее в русле американской стратегии сдерживания КНР.
Итоговая оценка. Рост торговли до 2,541 млрд долларов США, доля Польши до 39–60 проц. в тайваньском экспорте БПЛА в 2025 году, меморандум Тайвань — Польша — Украина по беспилотникам, визит главы МИД Тайваня в Варшаву и проведение Taiwan Expo 2026 в Польше показывают формирование новой технологической связки. Формально это не военный союз. По содержанию это уже контур двойного назначения, где электроника, дроны, программное обеспечение, украинский боевой опыт и польская инфраструктура НАТО соединяются в одну цепочку. Для Китая это неприятный прецедент: Тайвань получает через Польшу окно в европейскую оборонно-технологическую среду, а Варшава под носом у Пекина превращает торговлю с Тайбэем в элемент собственной военно-промышленной политики.