Мы, команда DOCCLO, собрали откровенные признания хирургов. Нет, речь не о тяжелых пациентах и не о сложных операциях — хотя этого хватает. О том, что выводит их из себя на самом деле, знают только свои. Спойлер: иногда это совсем не то, что вы думаете.
Коллеги, которые лезут под руку
Это номер один. Хирург работает, спасает пациента, каждая секунда на счету — а тут врывается заведующий, отнимает у медсестры инструменты и начинает спорить. Звучит как абсурд? А вот реальная история из Татарстана: во время операции по поводу лопнувшего желудка ворвался завотделением, потребовал вызвать другого специалиста, а когда хирург продолжил работу, ударил его. Пациент всё это время терпеливо ждал на столе .
К сожалению, конфликты внутри операционной — не редкость. В той же больнице причиной очередной драки стало разногласие при оформлении истории болезни. Итог: заведующий набросился со спины, хирург, извернувшись, дважды ударил в ответ .
Хирург Николай Афонин с 30-летним стажем говорит просто: «Если ты не думаешь о больном, ты не хирург» . Но когда коллега начинает мешать, а не помогать, думать о пациенте становится почти невозможно.
Администрация, которая закрывает операционные
Врачи приходят на смену — а их не пускают в операционные. Нет, это не страшный сон. Это реальная история из пермской больницы, где перед проверкой Росздравнадзора все операционные и перевязочные закрыли на ключ, а рядом с кабинетами поставили охрану .
Один из хирургов записал видео: охранники стоят у дверей, на вопросы отвечают, что их поставила администрация — «чтобы врачи не устроили саботаж». Итог: плановые операции переносили — с 9 утра на 12, потом на 13:30, потом на 15:00 . Врачи написали заявление в прокуратуру. А пациенты ждали.
Хирург не может работать без операционной. Это как рыбе без воды. И когда эту воду перекрывают по чьей-то прихоти… сами понимаете.
Родственники, которые знают лучше
Хирург готовится к сложной операции, перепроверяет анализы, продумывает каждый шаг. А на входе — родственник с "ценными указаниями", почерпнутыми из интернета. Или с претензией: "Вы мне не нравитесь, уходите" .
Врач, эмигрировавший в США, вспоминает случай в московской онкологической клинике: молодые ординаторы грубо приказали матери пациента закрыть дверь, даже не задумавшись о тоне. «Я почувствовал, как меня тоже тянет наброситься на них и задушить, — признается он. — Если в госструктурах это обычные вещи, то подобная рутина создает негатив. На его фоне любая мелочь может стать взрывоопасной» .
Постоянный стресс и хроническая усталость
Исследования показывают: работа хирурга — это не просто сложно, это опасно для самого врача. По данным Самарского государственного медицинского университета, хирурги сталкиваются с хроническим недосыпом, стрессом, перенапряжением — всё это ведёт к снижению качества жизни и профессиональному выгоранию .
«Каждая операция — это стресс, — говорит Николай Афонин. — Операция операции рознь. Если провести её удаётся идеально — тогда и хирург удовлетворён, и пациент. Если возникают непредвиденные обстоятельства, всё становится сложнее. За каждую жизнь приходится бороться» .
Психолог Анна Хасина называет три главных признака выгорания у врачей: обесценивание собственных достижений, ощущение истощения (когда сил нет даже на любимое дело) и цинизм в отношении пациентов — когда больные начинают восприниматься как объекты, а не как живые люди .
А ещё хирурги, по статистике, живут меньше: средняя продолжительность жизни — около 55 лет . И причины не только в сложности операций, но и в постоянном стрессе.
А что же пациенты?
Кажется, что сейчас пойдёт речь о жалобах на пациентов. Но нет. Хирургов раздражает не пациент, который боится или не понимает. Их раздражает, когда человека превращают в «случай» — без уважения, без объяснений, без простого человеческого контакта.
Врач-эмигрант из США делится наблюдением: количество судебных исков прямо связано не с количеством врачебных ошибок, а с чувством несправедливости у пациента. «Если у больного осталась обида, что с ним плохо поступили, он может что-то сделать по этому поводу, даже если на то нет видимых причин — из пальца ситуацию высосет» .
И добавляет главное: «Умение общаться с пациентами — такая же часть профессионализма, как знать, какие таблетки выписывать и надо ли назначать анализы» .
Что с этим делать?
Хирурги — живые люди. Они устают, злятся, выгорают. Им нужны поддержка коллег, адекватное руководство и — внимание — нормальные условия работы.
Вот тут мы и появляемся. DOCCLO создаёт медицинские костюмы, которые не добавляют врачам лишнего стресса: дышащая ткань, удобный крой, продуманные карманы. Чтобы хирург думал об операции, а не о том, что ему жмёт в плече или потеет спина.
Но, честно говоря, наши костюмы не решат проблему с закрытыми операционными или конфликтами с администрацией. Это уже, увы, не к нам.
P.S. Может, у вас есть свои истории из операционной? Делитесь в комментариях — обсудим 😊
