Жизнь на Гибралтаре бок о бок с человеком не только изменила рацион приматов, но и сформировала уникальные криминально-хулиганские традиции. От уничтожения дорожного покрытия до хитрых социальных манипуляций — маготам ещё есть чем удивить научный мир! Результаты исследования опубликованы в журнале Scientific Reports.
Дети асфальта
Вороватый «Непотребнадзор» внедрился в общество по собственной инициативе и стал разбираться в технологиях. Пока одни макаки пытались умыкнуть велосипед, другие присматривались к асфальтовому покрытию. А приглядевшись, решили раздеть трассы! А дело вот в чём. Любопытные зоологи определили несколько разношёрстных бандформирований и предложили им продовольственную взятку. Причём в ассортименте. В «конвертах» макаки обнаружили разные виды грунта.
Пока большинство выбирало привычную глину, отдельная группа приноровилась к переработке битума и заглатыванию асфальтовой крошки. Учёные пришли к выводу, что некоторые макаки целенаправленно разворовывают асфальтовое покрытие и лишают дороги целых лоскутов!
Скальный Цербер
Существует две версии того, как африканские маготы сумели прорваться через пролив и обосноваться на Гибралтарской скале. Легенда гласит, что предки нынешней популяции перешли через тайные подземные ходы. А насущная реальность утверждает, что сюда их завезли арабы. Как бы там ни было, сегодня макака — не местная шпана, а символ заморской территории Великобритании. И даже больше — её главное политическое оружие!
Дело в том, что Испания давно оспаривает право британской короны владеть этими землями. В противовес этому у англичан сложилось железное поверье. Британия будет сохранять суверенитет над скалой раздора до тех пор, пока там живёт хотя бы одна макака. Вымрут обезьяны — уйдут и британцы!
Когда Вторая мировая война сократила численность «охранников» до семи особей, в дело вмешался сам Уинстон Черчилль. Он лично приказал пополнить ряды мохнатого гарнизона за счёт соседей из Африки. С этого момента макаки стали бюджетниками!
Общественные дебаты
Гражданин Раскольников посещает любой коллектив. Грызня, миазмы возмущения и пристрастные нападки могли бы стать обыденностью, но у хитроумных зверьков имеется козырь в рукаве. Изначально у макак-картёжников шансы не равны. Разное достоинство карт, право хода, аналитические способности. Но «побить» оппонента тузом — ещё не значит выиграть. У каждого припрятан Джокер. Имя ему — детёныш!
Доктрина общественной жизни предписывает: потомство — святыня, которую ни при каких условиях обижать не следует. Когда на кону будущее «нации», приходится блефовать. Понимая, что масть сегодня не пришла, более слабый макак берёт на руки детёныша. А бить примата с детёнышем на руках — аморально и категорически запрещено!
Чтобы урегулировать конфликт, взрослые самцы усаживаются подле какой-нибудь малышни (свой, чужой — по баклажану) и приступают к активному грумингу. Сие действо обозначает стремление к договорибельности. И практика доказала эффективность данного способа.
Взятка, облагаемая налогом
Коррупция в среде бесхвостых макак — несущая конструкция и фундамент одновременно. На месте директора сидит самка. Она решает основные вопросы бытия: инициация к перемещению, поиск новых кормушек и распределение добычи. Потомки мужского пола после пубертата отправляются на поиски себя. А дамы остаются, производят новое поколение и снова о нём заботятся. Отсюда стабильные эмоциональные завязки.
Высокопоставленная чиновница собирает вокруг себя свиту, которую намеренно ставит в зависимость от собственных решений. Дабы эти решения отыгрались положительно, каждая компаньонка превращается в угодливую придворную даму. Фрейлины стряхивают несуществующие пылинки и воздают комплименты выдуманным достоинствам королевишны!
А приближённые макаки перебирают уже чистые шерстинки и вылавливают съеденных блох, лишь бы «мамка» оценила старания. При случае она выдаст больше лакомств, чем остальным, и обеспечит защиту от агрессоров.
Мораторий на гоп-стоп
Макаки выглядят потешно и комично до тех пор, пока не обнажат клыки. За обаянием примата прячется свирепый, дерзкий и борзый рэкетир. Учитывая прописку, добывать пропитание в поте лица нет смысла. Вокруг столько разномастной «халявы», что только успевай вскрывать молнии туристических рюкзаков! Путники, обвешанные иллюзиями, радушно улыбаются во все 32 зуба, завидев милого примата. И совершают роковую ошибку.
Милашка в ответ идёт буром на улыбашку! Дело в разнице языков. Если для человека широкая улыбка — знак доброжелательности, то в мире приматов демонстрация зубов — прямой вызов, агрессия и готовность к поединку. Встретилась дремучая архаика и человеческая наивность!
А уж если мы беспечно зашелестим обёрточкой при жуликоватой публике, так, считайте, сами открыли двери в закрома своего ридикюля: «Заходите, беспредельщики, здесь для вас накрыта поляна!»
Причём шелест и запах вкусности нахалы считывают за несколько десятков метров. Благо, нюхом и слухом природа эту банду не обделила. В общем, щёлкать клювом на Гибралтаре не стоит. Чревато!