В конце XIX в.-начале XX в. в Воронеже помимо нескольких небольших поселковых на окраинах действовали 3 главных кладбища: Чугуновское, Митрофановское и Терновое. Действовали и также иноверческие кладбища: еврейское и лютеранское, за порядком на которых следили религиозные общины.
С 5 мая 1919 г. все эти кладбища стали подчиняться отделу коммунального хозяйства (Горкоммунотделу), созданному при Воронежском горисполкоме.
В начале 1930-х годов надгробные сооружения на кладбищах стали уничтожаться: металлические ограды переплавлялись, недорогие надгробия использовались при мощении улиц, а дорогие габбродиабазовые и гранитные – для новых захоронений, при этом надписи иногда сбивали, а иногда и оставляли, выбивая новую запись на другой грани памятника. Лютеранское, старообрядческое и армянское кладбища были закрыты и уничтожены. Перенесённые надгробия можно увидеть на Коминтерновском и Еврейском кладбищах, а также… в парке Орлёнок, на так называемом «революционном некрополе», появившемся здесь в годы Гражданской войны. Именно сюда я и заглянула в другой день, чтобы сфотографировать их для своей «коллекции».
До Гражданской войны, до революции это место называлось Кадетским платцем, т. к. здесь располагался Кадетский корпус, после ликвидации которого в годы революции платц стали называть площадью III Интернационала. Здесь стали проводить митинги, парады, демонстрации. Первые похороны состоялись там 15.09.1919 года. Там захоронили защитников города, которые погибли в боях с конным корпусом генерала Мамонтова на северных и северо-западных окраинах Воронежа. Газета «Известия совета обороны Воронежского укрепленного района» в номере от 15.09.1919 г. поместила отчет о траурных мероприятиях: «В одной могиле 5 гробов - т. Смирнова, Лапина, Королева, Дмитриева, Процека и 16 неизвестных трупов». В конце 1920 г. на площади появилось ещё 6 могил.
14.12.1920 г. здесь похоронили председателя губЧК Н. Е. Алексеевского, губвоенкома Ф. М. Модовцева, коменданта губЧК В. Б. Бахарева, оперуполномоченного Б. М. Розина, сотрудника губернской милиции Б. В. Полякова, уполномоченного упродкома В. Н. Перекрестова. Они погибли на юге губернии, в результате засады повстанцев И. С. Колесникова.
30.06.1930 г. похоронили 7 летчиков, экипажа бомбардировщика ТБ-3, погибших в авиакатастрофе Саратовом 27.06.1930 г.: командира авиабригады Осадчего А. М. (1889 г. р.), командира авиаэскадрильи Столярова П. В. (1894 г. р.), командира авиаотряда Сивоглазова С. М. (1897 г. р.), авиаинженера Спевакова К. А. (1892 г. р.), летчика-наблюдателя Новозонова П. Н. (1905 г. р.), мл. летчика-наблюдателя Ивакина К. П. (1906 г. р.), бортмеханика Шмакина С. А. (1905 г. р.).
В 1931 г. здесь захоронили областного прокурора по надзору за органами ОГПУ Ф. А. Спорыньина (1888-1931).
В годы ВОВ здесь также хоронили. Январь 1942 г. – генерал-лейтенант Пшенников П. С. (1895-1941), генерал-майор Смирнов В. С. (1897-1942), командир Воронежского Добровольческого полка полковник М. Е. Вайцеховский (1896-1942), подполковник М. Н. Сороколет (1905-1942), рядовой С. К. Губин, рядовой П. Д. Феденцев. Они погибли в боях за Воронеж перед оккупацией. После оккупации все перечисленные надгробия восстановили на их местах «на глаз», т. к. город был значительно разрушен.
Последние похороны состоялись 13.07.1948 г. Тогда после тяжелой болезни умер секретарь обкома партии И. А. Цедилин (18.2.1913 г.-13.7.1948 г.).
Я не стала фотографировать все надгробия, а лишь те, которые перенесены, старинные. Прекрасно видим, что изначальные надписи на них были сбиты или закрыты табличками.