Завершился сезон весенней очистки и лечения Леса. Закрывают его обычно Клещи. С их появлением, долгие прогулки, когда нужно пробираться сквозь заросли и ходить во всех направлениях, делаются опасными. Но сегодня я хочу рассказать о таком явлении, как весенняя добыча сока, и почему для обычных людей её запрещают. В Книге уже достаточно много снимков с сочащимися ранами, поэтому публиковать повторно эти картины нет нужды. Я хочу рассказать о том, что происходит с деревом, когда человек уже набрал нужное ему количество сока, и ушёл, бросив дерево истекать.
Да, в Лесу таких деревьев в этом году я нашел примерно сорок пять. Из них замазано ран было - ноль. Возле одного дерева правда, лежала пустая баночка от садовой замазки, но, это скорее о лицемерии, чем о устранении последствий. Ну, и вероятно, чтобы проходящий мимо человек не тронул банки, куда набирается сок.
Сделанная человеком рана, не важно, высверлена она, или вырублена, разрушает проходящие в стволе сосуды, по которым из корневой системы в крону движется сок. Поднимается вверх он под давлением, поэтому и видим мы обычно, что из раны не капает, а вытекает прозрачный как вода, сок. Но «водичка» эта очень богата сахарами (глюкоза, фруктоза), минералами, аминокислотами. И конечно-же не остаётся незамеченной живыми организмами.
Первыми на сочащуюся рану слетаются, в прямом смысле, дрожжи. Споры грибов-сахаромицетов приносит ветер. Saccharomyces, Hanseniaspora, Hloeckera, и множество других дрожжевых грибов начинают питаться сахарами, производя спирт и углекислый газ. Мы их работу видим уже через шесть часов, как появление пены (если погода достаточно холодная, то процесс может растянуться до трёх суток). Когда уровень спирта в пене повышается настолько сильно, что его пары уже ощущаются как винный запах, к дрожжам присоединяются уксуснокислые бактерии. Acetobacter и Gluconobacter окисляют спирт до уксусной кислоты, делая среду в ране кислой и очень агрессивной. И дело не только в кислом запахе, появляющемся вблизи дерева. Кислота раздражает и разрушает ткани камбия и коры, мешая заживлению раны.
Параллельно с уксуснокислыми, в рану попадают и молочнокислые бактерии. Lactobacillus и Leuconostoc сбраживают остатки сахаров в молочную кислоту, формируя декстраны - слизь, которая закупоривает сосуды дерева, мешая сокодвижению. Все они вместе лишь питаются соком, не нанося непосредственных травм дереву, но питаясь, они создают идеальную среду уже для действительно опасных организмов. В рану попадают гнилостные бактерии, плесени, споры трутовиков. Попав через рану в глубоко расположенные ткани, они начинают питаться, развивая в стволе бурую или белую гнили. Химический же коктейль из перечисленных выше микроорганизмов, не даёт дереву закрыть рану, формируя едкие слизистые плёнки.
И в этом случае, если рана не слишком большая, и на помощь дереву придут нематоды, тихоходки, коловратки, поедающие грибы и бактерии, а также грибные комарики, чьи личинки съедят биоплёнку, то Берёза поправится, получив на месте раны глубокую безобразную впадину. Полное заживление будет длиться больше пяти лет, пока новые слои древесины не скроют её под собой.
Но если разовьётся бактериальная водянка или сердцевинная гниль, через пять-десять лет, сгнив изнутри, дерево рухнет даже от слабого ветра.
Что-же за масса видна на снимках? Это смесь из растворённых древесных тканей, загустевшего сока и пены - продуктов жизнедеятельности бактерий. Тягучий кисель, бархатный творог, пена, всё это вначале выглядит как рыхлая белая масса. Со временем, подселяющиеся агрессивные грибы, вроде Fusarium, окрашивают пену в розовый цвет, а гнилостная Erwinia multivora изменит цвет на бурый и придаст сильный гнилостный запах.
Вот такой период в своей жизни предстоит пройти деревьям, после посещения человека. И сегодня запрещают добычу сока не потому, что кому-то его жалко. А потому, что человек, взяв 3 -10 литров, просто перестаёт приходить, утолив первое желание попробовать сок. Чтобы не дать дереву заболеть, достаточно просто вбить в высверленное отверстие палочку. Дальше, дерево справится самостоятельно. Лечить же поражённые раны, уже сложнее. Мне пришлось вычищать раны изнутри, чтобы полностью удалить слизь, и только после этого, заполнять их живичным бальзамом.
В Лесу видна избирательность людей. Покалеченные в прошлые годы деревья выглядят совсем непрезентабельно, и «спросом» не пользуются. И здесь возникает один вопрос - а что будут делать люди, когда целые Берёзы закончатся? Вспомнят, что лесхозы привозят каждую Весну сок, который стоит дешевле воды в магазине?