Симферопольский ужас, который длится год
В селе Перово под Симферополем живет 12-летняя Милана Гуменюк. Год назад, 18 июня 2025 года, с девочкой случилась беда: на прогулке у нее внезапно началась рвота, отказали ноги, а затем она потеряла сознание. Причиной стал разрыв аневризмы сосуда головного мозга — хрупкий «мешочек» на артерии лопнул под давлением крови, как перекачанный шарик, вызвав массивное кровоизлияние.
Дочь вечером гуляла с подружками, внезапно у нее началась рвота, отказали ноги. Мы принесли ее домой, так как она не могла идти. Пока ехала скорая, Милана потеряла сознание. Дочку отвезли в реанимацию симферопольской больницы. Обследование показало, что произошло кровоизлияние в головной мозг. Жизнь моей доченьки висела на волоске.
В Симферополе местные хирурги, онлайн-консультируясь с московскими коллегами, решились на экстренную операцию, хотя транспортировать ребенка в столицу было невозможно — она бы не выжила в пути. Девочке провели трепанацию черепа (вскрытие черепной коробки) и клипирование лопнувшего сосуда — на аневризму наложили специальную клипсу, чтобы остановить кровотечение. Чтобы спасти мозг от отека, хирурги удалили фрагмент кости в лобно-височно-теменной области. Образовавшееся отверстие… временно прикрыли просто натянутым лоскутом кожи. Пластины или импланта тогда не ставили — было не до того, речь шла о жизни.
Тонкая кожа вместо черепа
Когда через двое суток Милану вывели из медикаментозного сна, она никого не узнавала (кроме мамы) и не могла пошевелиться. Восстановление заняло долгие месяцы. Бывшая спортсменка и отличница заново училась поворачивать голову и садиться на кровати, чтобы резко не подскочило внутричерепное давление.
Но главная беда — косметическая и медицинская — осталась. Большой участок головного мозга сейчас прикрыт лишь тонкой кожной лоскутной заплаткой. По утрам эта кожа вздувается, и отчетливо видно, как под ней пульсируют сосуды мозга.
Целый год мы живем в режиме «ничего нельзя», так как большой участок головного мозга защищает только тонкая кожная заплатка. Это очень и очень страшно.
Елена, мама Миланы:
Гулять разрешено всего час утром (до восхода солнца) и час вечером (после заката). Если дует даже легкий ветер, лучше вообще не выходить из дома или надевать меховую шапку, чтобы не застудить мозг и не заработать смертельно опасный менингит. Милана страдает от постоянных приступов головной боли, остро реагирует на любой шум и смену погоды.
«Не жизнь, а…» — пытается подобрать слово Милана и, не закончив фразу, отворачивается, чтобы не заплакать.
Память тает, как утренний туман
Но больше всего 12-летнюю девочку (а когда-то отличницу и юную спортсменку, занимавшуюся легкой атлетикой, ходившую в горные походы, любившую плавать и нырять с маской в Черном море) мучают провалы в памяти. Память никак не восстанавливается после кровоизлияния.
Милана идет в магазин за хлебом, а покупает молоко. Родители уже не выпускают ее одну из дома. На вопрос, что с ней случилось, девочка лишь пожимает плечами: объяснить слишком сложно. Она обожает своего двухлетнего братишку Вову. Вместе они учат короткие стихи, хохочут, разглядывая картинки. Жаль только, что уже через час Милана забывает всё, что они выучили.
«Милана, не плачь», — братишка гладит ее по голове и читает наизусть заново.
Мама приносит из дома любимые книги про Гарри Поттера и старые альбомы с фотографиями, чтобы напоминать дочке о ее жизни до операции. И о том, как однажды она уже победила серьезную болезнь. В раннем детстве у Миланы была редкая доброкачественная опухоль челюсти (ювенильная фиброма), из-за которой не прорезались жевательные зубы и начало косить лицо. В Москве девочке сделали несколько операций по гос квоте, опухоль удалили. «Если я смогла тогда, смогу и сейчас», — шепчет себе Милана, слушая мамин рассказ в сотый раз.
Почему титан не подходит, а биополимер стоит полтора миллиона
В марте 2026 года мама с дочкой съездили в Москву, в Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии имени академика Бурденко, к тому самому нейрохирургу, который онлайн консультировал крымских врачей во время первой операции.
Врач, Леонид Сатанин, объяснил: костный дефект срочно нужно закрыть — и не титановой пластиной (она может затруднять будущие обследования и мешать оценке состояния сосудов мозга, а Милане потребуется пожизненный контроль). Девочке необходим индивидуальный имплант из биосовместимого полимера высокой прочности — PEEK.
Милане по жизненным показаниям необходима операция для устранения костного дефекта в лобно-височно-теменной области черепа с использованием индивидуального импланта из специального биополимера. Это обеспечит надежную защиту головного мозга, предотвратит опасные осложнения и восстановит анатомически правильную форму головы. Качество жизни девочки значительно улучшится.
Леонид Сатанин, нейрохирург детского отделения НМИЦ нейрохирургии им. акад. Н.Н. Бурденко (Москва)
Проблема в том, что операция с биоимплантами не входит в государственную квоту. Стоимость операции — 1 544 279 рублей. Для семьи, живущей в селе под Симферополем, эта сумма абсолютно неподъемна.
Читатели Русфонда (rusfond.ru) уже перечислили 312 802 рубля. Однако для спасения Миланы не хватает 1 231 477 рублей.
Милана сейчас находится на домашнем обучении. Каждый день её навещают подружки и рассказывают школьные новости. Девочка больше всего на свете мечтает вернуться к обычной жизни — бегать, плавать, учиться, запоминать стихи с братишкой и не бояться каждого дуновения ветра.
Давайте поможем Милане Гуменюк снова стать просто девочкой, а не пациентом с пульсирующим мозгом под кожей.