— Где вы работаете? Почему у вас такой странный, ломаный маршрут? На какие деньги вы собираетесь здесь жить? — офицер службы пограничного контроля в аэропорту LAX смотрел на меня так, будто я только что признался в попытке украсть Статую Свободы.
Офицер против моего паспорта
Мой паспорт листали так долго, что я успел выучить все трещинки на столе. Я
стоял в стерильном зале аэропорта Лос-Анджелеса, чувствуя, как липкий
страх смешивается с диким азартом. За спиной — месяцы пути, впереди —
Штаты, а между нами — человек в синей форме с полномочиями развернуть
меня за секунду.
Горло пересохло, пока я доказывал, что не собираюсь здесь нелегально мыть посуду в придорожных кафе. Пришлось вываливать на стол всю свою «подноготную»: бронь семиметрового автодома, оплаченную страховку, обратные билеты. Пограничник смотрел на меня как на потенциальную проблему, но документы были в порядке. В итоге — заветный штамп, семь минут нервотрепки и сухой кивок. Добро пожаловать, парень.
Шаверма за 2400 рублей
Лос-Анджелес встретил меня не пальмами, а тяжелым запахом керосина и осознанием, что мой кошелек здесь — главная мишень. Первая финансовая пощечина прилетела мгновенно: такси от аэропорта до отеля Sonesta стоило 20 баксов (1500 рублей) за несчастные пять минут пути. Просто потому, что это «аэропортовая зона». Я даже не успел пристегнуться, как счетчик уже показал цифру, за которую в Москве можно доехать до другого конца города.
Сам отель — обычная бетонная коробка у взлетно-посадочной полосы, но за номер пришлось отдать столько, сколько в Азии стоит месяц жизни в приличном гестхаусе. Утро началось с завтрака, который окончательно привел меня в чувство. Обычная куриная шаверма с картошкой фри и чашка латте. Официант принес счет — 33 доллара (2400 рублей).
— Надеюсь, эта курица имела диплом о высшем образовании, раз ее так ценят, — подумал я, оставляя сверху чаевые, без которых на тебя здесь посмотрят как на преступника. В Америке ты платишь дважды: сначала за еду, потом за то, что тебе ее принесли.
Лайфхак из Best Buy за 75 баксов
Следующим квестом стала связь. Без интернета ты здесь — слепой котенок. Захожу в официальный офис оператора, спрашиваю сим-карту.
— 105 долларов за подключение, — улыбается менеджер.
Моя жаба внутри не просто квакнула, она начала меня душить. Платить почти 8000 рублей за возможность смотреть карты? Нет, спасибо.
Решил действовать умнее. Поехал в гипермаркет Best Buy — это что-то вроде нашего «М.Видео». Там нашел полку с предоплаченными пакетами (prepaid). Итог: 75 долларов (5500 рублей) за «безлимит», который по факту ограничивается 20 гигабайтами. Всё еще дико дорого, но это в полтора раза дешевле, чем в салоне связи. Но в итоге интернет в телефоне ожил. Америка учит считать деньги с первого часа.
Почему Голливуд пахнет не духами
Выбираюсь в центр. Если вы думаете, что Аллея Славы — это место, где пахнет успехом и дорогим парфюмом, у меня для вас плохие новости. Голливуд пахнет мочой и немытыми телами. Чистая Америка — это когда на одной улице стоит шикарный музей мадам Тюссо с входным билетом за 46 долларов (3400 рублей), а прямо у его входа на звезде Харрисона Форда спит бездомный в грязном одеяле.
Я шел по этим звездам и поражался американскому маркетингу. Они просто положили плитку на тротуар, назвали это легендой — и теперь миллионы людей со всего мира едут сюда, чтобы сфотографироваться с куском бетона. И я один из них.
Ритм Голливуда рваный и нервный. Тишину прерывает дикий рев мотора — это здоровяк на мощном байке пролетает мимо, распугивая туристов. А через десять метров я встречаю «монахиню» в полном облачении, у которой соски заклеены черным скотчем и мужика со спущенными штанами. И никто не шарахается. В этом весь ЛА: здесь всем настолько на тебя плевать, что ты чувствуешь себя одновременно и невидимкой, и частью какого-то фрик-шоу.
Роботы против бездомных
Поднимаюсь на смотровую площадку торгового центра над театром «Долби», где вручают «Оскар». Отсюда виден весь город и те самые буквы на холмах. Жара? Нет, на улице всего +20, дует прохладный ветер с океана. Пришлось срочно переодеваться из шорт в джинсы и толстовку. Калифорнийское солнце обманчиво: оно светит ярко, но не греет, пока не уедешь вглубь материка.
Вечер я встретил в Санта-Монике. Это огромный человеческий «муравейник» из клипов и GTA. Прямо по тротуару, маневрируя между скейтерами, катят маленькие роботы-курьеры. Они везут кому-то заказы, вежливо мигая датчиками. А в пяти метрах от робота на песке спит человек, у которого нет ничего, кроме тележки из супермаркета.
Я зашел на знаменитый пирс, попробовал воду в океане. Ледяная. Купаются только самые отчаянные или те, кто хорошенько заправился пивом в ближайшем баре. Но дух свободы здесь плотный, его можно потрогать руками. Ты стоишь на краю континента, и впереди только тысячи миль воды.
Завтра декорации сменятся. Я сдам ключи от номера, вызову такси и поеду на окраину города. Завтра я пойму, что такое Ford V10 и почему управлять этим семиметровым шкафом — это как пытаться маневрировать на многоэтажке по узким улочкам. Бак на 200 литров, расход как у танка и полная неизвестность впереди. И да, я еще не знаю, что в этой махине напрочь отсутствует отопление, а ночевать мне придется в месте, где ветер выдувает остатки тепла за пять минут...
Продолжение следует. В следующей части — как я забирал свой «ковчег», почему Walmart стал моим вторым домом и как ночевал на стоянке грузовиков.