«Слишком много стало вкусного контента», — заметила Ксения.
И ведь как она права!
Об этом сегодня подробнее, а ещё поделюсь с вами ооочень неожиданными и приятными новостями — такими, что хоть сразу в пляс!
💃💃💃💃💃💃💃💃💃💃💃💃💃
И действительно, мы с
Гением Евгеньевичем сейчас
больше готовим.
И это, представьте, не моя затея!
Всё началось с того,
что после пятого укола дексаметазона я… э‑э‑эм… скажем так, слегка
«расширилась» — настолько, что пришлось ( очень резко в один из дней, докатив в Тихвин с расстёгнутой ширинкой ) приобрести новую одежду — на пару размеров побольше, причем всю — не только штанишки...
Кто‑то скажет: «Мама Мия, может, пора задуматься?» Но вес меня сейчас волнует меньше всего.
Я хорошо знаю ту девушку внутри
себя: в нужное время и в нужном месте она прижмёт меня к стене и строго прикажет:
«Худеть!»
И никуда мне будет не деться.
А пока надо поправить здоровье.
Сегодняшний день значим завершением моих болезненных уколов.
Увы, легче не стало.
Совсем не стало.
Даже наоборот: лицо дёргается самопо себе, глаза открываются не синхронно, причём залипает как глаз на поражённом участке, так и на здоровойстороне.
Головные боли стали навязчивее, а
неврит горит красным пламенем, не позволяя думать ни о чём, кроме как
«когда уже приём у нормального
невролога?».
Да, я хотела попасть к нашему проверенному неврологу, к которому мы
ходим с Женей. Но судьба решила пошутить: доктор ушла на больничный. А мне было невтерпёж, и я записалась к первому свободному. Наивно полагала, что любой специалист справится с невритом у мамы психически неспокойного дитя с диагнозом ЛУО.
Теперь понимаю:
не зря к одним запись за три месяца,а к другим — хоть сейчас.
Но надежда умирает последней:
снова позвонила необходимому неврологу, наплакалась посильнее,
и уже на вечер мне назначен
приём. Снова надеюсь, что этот специалист поможет мне подняться с колен (в прямом и переносном смысле).
Из‑за всего этого я много времени
(ну как много🤭🤭🤭 — аж самой смешно, чуть больше обычного) провожу дома с Женей.
Вторая причина — появление в доме формочек для мороженого и отремонтированного кухонного комбайна‑блендера. Женьку с кухни теперь не оттащить: он готовит с таким энтузиазмом, будто собирается открыть свой ресторан.
Причём есть всё то мороженое, которое он сделал (а его было в три раза больше, чем добавленных видеороликов), не собирается — ему покупное подавай.
И да — вы же не подумали, что мы только и делаем, что едим мороженое и готовим салатики?
Конечно же, мы трудимся, несмотря ни на что! На сегодня мы закончили одну большую работу, где большую
часть сделал именно Женя.
Его любимые занятия — сбивать стены молотком и месить
шпаклёвку перфоратором… Дала насладиться деточке по полной — пусть развивается, пока я тихо охаю от боли в мышцах.
Мы наращиваем стену,
куда примкнёт наш шкаф‑купе. Знаю,что дзен‑подписчик не любит видео, а тем более длинные.
Но «я‑художник» во мне решил: надо снять целый фильм, а не кусочки.
Иначе не получится передать весь
масштаб подвига моего почти
десятилетнего сына!
Гордость переполняет мою
душеньку: вижу, как он справляется с задачей с нуля до победного.
Многие взрослые не смогли бы — а мой может! И делает это играючи, легко, с улыбкой до ушей.
Когда я начинала делать шкаф, решила, что двери будут навесные: трёхметровая дверь шкафа‑купе могла выглядеть угрожающе. Но потом нашла способ разделить длину. Увы, к этому моменту шкаф уже был построен — менять что‑либо не представлялось возможным.
Да и желания уменьшать
последнюю нормальную глубину
в 40 см особо не было.
Соответственно, единственным вариантом было добавить шесть сантиметров — именно такую минимальную ширину имеют рельсы профиля, по которым перемещаются двери купе.
Но эти шесть сантиметров «врезались» в проход. Сужать проход в семье великанов — затея так себе.
Поэтому я решила… перенести проход. И для начала сделать наращивание стены.
Получила в итоге небольшую несостыковку, с которой мы сейчас и работали.
Стену, которая была кривой‑кривой, пришлось сбивать. Эти дела Женя
любит как никто другой:
полдня стучал,
пока силы его не покинули.
Он и «тракторил», и «эскаваторил», и «самосвалил» — я не торопила. Ведь такого рода работы в доме теперь бывают крайне редко. А раньше с их помощью мы выпускали агрессию, правильно утомлялись — да и вообще всё наше развитие началось именно с таких вот дел.
Затем мы пилили.
Тут не требовался идеальный спил,
поэтому электролобзик я доверила
Женьке.
Эх, как от него руки болят!
Вы не поверите: я думала, что ничегоподобного не будет,
но определённые мышцы, ранее не
задействованные, очень и очень
дают о себе знать.
Судя по кряхтению моего
ученика‑плотника, он тоже ощутил
эту «радость».
Был и шуруповёрт, перфоратор,
монтажная пена,
работы с гипсокартоном, шпаклёвка, грунтовка и краска…
И вот, после всех этих трудов, когда пыль улеглась, а инструменты разложены по местам, мы с Женей сели накухне — наконец‑то можно было выдохнуть. Женька смотрит на меня, улыбается и говорит:
— Мам, а давай ещё что‑нибудь построим?
— Давай сначала это доведём
до ума! — рассмеялась я.
А потом мы сидели и смотрели на нашу работу: на ровную стену,
на аккуратно зашпаклеванные швы, на то, как ровно легла краска.
И в этот момент всё напряжение последних дней как будто отступило.
Я поймала себя на мысли,
что ощущаю не внезапное
исцеление, а такое
приятное утомление и очевидный
хэппи‑энд — то чувство,
когда начатое закончилось именно
так, как ты планировал, поэтапно, закономерно. Моменты, когда ты видишь, как твой ребёнок растёт, учится, берёт на себя ответственность, радуется простым вещам. Когда понимаешь, что, несмотря на все сложности, вы справляетесь. И это ведь тоже запланировано поэтапно и закономерно… А что, если всё в своё время?
А что, если и то, о чём мечтает каждая из таких, как я, мамочек, всё‑таки однажды добьётся своего, вот так, поэтапно, запланировано, закономерно…
А теперь — барабанная дробь! — о тех самых новостях, которые я обещала.
Звонил вчера мой старшенький и сообщил, что они с невестой решили узаконить свои отношения.
Я сначала замерла. Потом переспросила. Потом рассмеялась и чуть не расплакалась одновременно.
— Серьёзно? Правда? Когда? — сыпала я вопросами, а в голове уже крутились сотни мыслей: платье, банкет, гости, цветы, кольца…
— Мам, — спокойно ответил сын, — мы не хотим торжества.
Я представила их двоих — моего взрослого сына и его избранницу — стоящих у ЗАГСа, держащихся за руки, смотрящих друг на друга так, как умеют только влюблённые. И сердце наполнилось теплом.
— Конечно, — сказала я, — всё, что вам нужно, я поддержу. Главное — будьте счастливы.
Сижу теперь, перевариваю новость, а рядом муж с ложкой мороженого, смотрит на меня внимательно:
— Что‑то случилось? Ты какая‑то странная.
— Да, — говорю, — бежать надо, а я тут расселась… У нас в семье скоро будет свадьба!
Глаза у него округлились, ложка замерла на полпути ко рту. А потом он спросил:
— А бежать‑то ты куда собралась?
— Так за приданым… Не собрала ж ещё ничего… Неожиданно так: полотенце, постельное, посуду надо…
И тут я поняла, что всё складывается именно так, как нужно. В жизни, где есть и боль, и усталость, и бесконечные уколы, и невриты, и кривые стены, которые надо ровнять, — в этой самой жизни есть место радости. Настоящей, живой, тёплой.
А ещё я вдруг осознала, что эти трудности — они не против меня. Они — для меня. Чтобы я научилась ценить каждый день, каждую улыбку сына, каждый момент, когда мы вместе что‑то создаём: будь то стена, салат или семейное счастье.
Так что да, Ксения права — пора открывать новую колонку. И даже не мне… А именно ей (верни нам ДБ🙏🙏🙏
без ДБ в Дзене и не только ,
стало мало внимания мелочам).
Потому что жизнь — это не только диагнозы,
уколы и боли. Это ещё и мороженое в формочках, и кривые стены, ставшие ровными, и маленькие руки, уверенно держащие лобзик. Это звонки от старших детей с самыми неожиданными и радостными новостями.
Это ощущение, что, несмотря ни на что, ты не один.
Что рядом — семья.
И это самое главное.
Спасибо и вам, что рядом,
что читаете, сопереживаете.
Пишите в комментариях — делитесь своими новостями!