Вы думаете, «Крёстный отец» — это просто классическая гангстерская сага с Марлоном Брандо в главной роли? А вот и нет.
Марио Пьюзо написал роман из-за огромных долгов в казино. У него было пятеро детей, лишний вес и счёт в казино, который он никак не мог закрыть. Он мечтал о славе Достоевского, а зарабатывал криминальным чтивом для мужских журналов. Для Достоевского — унижение, для нас — удача. Студия Paramount выкупила права на экранизацию за 12,5 тысяч долларов — когда книги ещё не существовало. Пьюзо, наверное, обрадовался: «Деньги сразу? Беру!»
Марлон Брандо, которого студия считала «кассовым ядом», для создания образа набил щёки ватой. Буквально: купил упаковку ваты в аптеке и пошёл покорять Голливуд. Директор Paramount клялся, что ноги актёра не будет в фильме — но после пробы сдался. А ещё в фильме использовали настоящую лошадиную голову — актёр Джон Марли не знал об этом и заорал от ужаса по-настоящему. Теперь представьте: вы ложитесь в кровать, а там... ну вы поняли.
Съёмки едва не сорвали из-за войны с реальными гангстерами. Продюсеру разбили стекло в машине, его коллеге угрожали по телефону, в офис студии сообщали о бомбах. Гангстеры, видимо, тоже хотели внести свой вклад в искусство — только методами, от которых нельзя отказаться. Потребовалось личное вмешательство, чтобы убедить их: слова «мафия» и «коза ностра» будут вырезаны из сценария. После этого враги стали друзьями. И даже помогали с массовкой — правда, своих людей проталкивали.
Давайте разбираться, как снимался главный гангстерский фильм всех времён и почему его создатели до сих пор вспоминают съёмки как «войну и мир» в одном флаконе.
Киножаба не щадит ностальгию, но признаётся в любви.
Долги, казино и одна удачная идея
История началась не в голливудских павильонах, а в нужде писателя-самоучки Марио Пьюзо. Сын неграмотных итальянских эмигрантов, он ненавидел свою жизнь в нью-йоркском районе Адская Кухня. Мечтал о славе Достоевского, но его серьёзные романы не продавались. Пришлось браться за «халтуру» — писать криминальные рассказы для мужских журналов. То есть, он был писателем, которого кормило чтиво, а душа рвалась к классике. Знакомая история, правда?
К 48 годам у Пьюзо было пятеро детей, лишний вес и огромные долги в казино. Именно нужда, а не творческий порыв, заставила его написать десятистраничный синопсис романа об итало-американской преступной семье. Нужда — мама изобретательности, а ещё мама «Крёстного отца». Права на экранизацию студия Paramount выкупила всего за 12,5 тысяч долларов — когда книга представляла собой лишь 20-страничный набросок. Писатель взял аванс и уехал в Лас-Вегас. Куда вы думаете? Правильно — продолжать играть. В казино, разумеется. Ставки на будущий «Оскар» не принимались.
Интересно, что образ Дона Корлеоне Пьюзо списал с собственной матери — властной женщины, которая сыпала крылатыми выражениями вроде:
Месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным.
Мама Пьюзо, вероятно, не подозревала, что станет прототипом самого крутого гангстера в истории кино. А знаменитую фразу про «предложение, от которого нельзя отказаться», как рассказывал сам Пьюзо, он однажды услышал от крупье в казино Лас-Вегаса, когда тот предложил игроку выбор: расплатиться или «получить пулю». Вот так: одна случайная фраза крупье — и миллионы зрителей цитируют её полвека.
Режиссёр поневоле: почему Коппола?
В конце 60-х фильмы о криминальных семьях считались в Голливуде провальными. От режиссёрского кресла «Крёстного отца» отказались почти все мастера — список кандидатов был огромен: от Элиа Казана, Артура Пенна и Ричарда Брукса до Серджо Леоне и Питера Богдановича. Короче, кто мог — отказался, кто не мог — тоже отказался. Студия решила, что картину должен снимать именно итало-американец, и их выбор пал на молодого Фрэнсиса Форда Копполу.
Сам Коппола поначалу счёл роман слишком «грязным» и аморальным. То есть, ему предложили снять фильм, который потом станет классикой, а он морщил нос. Талантливый человек, как говорится, талантлив во всём, но сначала надо разобраться. Согласиться его заставили только огромные долги его собственной студии Zoetrope (около 400 000 долларов) и совет друга — Джорджа Лукаса. Да-да, тот самый Лукас, который потом подарит миру «Звёздные войны». Друзья познаются в беде — и в долгах. Именно Коппола настоял на том, чтобы действие фильма происходило в 1940-х годах, а не в современности, что увеличило бюджет с 2 до 6 миллионов долларов. Студия за голову схватилась, но спорить не стала. И правильно сделала: современные костюмы не имели бы такого шика.
Война с реальными гангстерами: бомбы, разбитые стёкла и тайная встреча
Съёмки фильма едва не обернулись настоящей войной. Джо Коломбо, босс одной из пяти криминальных семей Нью-Йорка, и его Итало-американская лига гражданских прав начали кампанию по запрету съёмок. Гангстеры опасались, что фильм выставит итальянцев в дурном свете. Методы борьбы были выбраны соответствующие: продюсеру Альберту Радди разбили стекло в машине и подкинули записку. Записку с извинениями? Нет, с угрозами. Исполнительному продюсеру Роберту Эвансу угрожали по телефону. В офис Paramount дважды сообщали о заложенных бомбах. Со съёмочных площадок похищали дорогостоящую аппаратуру. Гангстеры, видимо, решили, что лучшая критика — это демонстрация своих профессиональных навыков.
Ситуацию спас Альберт Радди, который лично встретился с Коломбо в отеле Park Sheraton. Оказалось, что у криминальных боссов было лишь одно ключевое требование: полностью исключить из сценария слова «мафия» и «коза ностра». И всё! Никаких откатов, никаких «долей». Просто вырежьте два слова. Радди согласился — тем более, что в сценарии эти слова встречались всего один раз.
После этого вражда сменилась неожиданной дружбой. Гангстеры стали частыми гостями на площадке, помогали с массовкой и даже проталкивали своих людей на роли. Некоторые актёры, как выяснилось, имели реальное криминальное прошлое. То есть, Коппола даже не пришлось искать типажи — они сами пришли. Но об этом чуть позже.
Битва за Брандо: вата за щекой и бульдожья хватка
Руководство Paramount категорически не хотело видеть Марлона Брандо в роли Дона. Актеру было 47 лет, его считали «закатившейся звездой» с невыносимым характером. Директор студии Стэнли Джаффе заявлял: ноги Брандо не будет в этом фильме. Имел в виду, что сам актёр не придёт, а не то, что у него отрежут конечности. Коппола, однако, был упрям.
Чтобы убедить боссов, он снял видеопробы. Брандо сам сделал себе грим: набил щёки ватой, чтобы выглядеть «как бульдог», зачесал волосы назад, надел тёмный пиджак. Ватой, Карл! Не пластической хирургией, а простой медицинской ватой. Студия, увидев результат, сдалась. Для создания знаменитого челюстного контура на съёмках Брандо носил специальный стоматологический протез — «plumper», который заставлял его щёки обвисать. Этот протез сегодня хранится в Американском музее движущегося изображения. Представляете, стоит в музейной витрине вставная челюсть Брандо — и это экспонат номер один. Рядом, наверное, лежат его старые ботинки.
Манеру говорить шёпотом Брандо позаимствовал у реального гангстера Фрэнка Костелло, чьи судебные слушания он видел по телевизору. То есть, подглядел у настоящего мафиози. Итоговая работа актёра стала эталонной, хотя сам он потом отказывался от «Оскара» в знак протеста против дискриминации индейцев в Голливуде. Вместо статуэтки прислал индианку. Голливуд обалдел.
Аль Пачино: «карлик», которого хотели уволить
Аль Пачино в то время был никому не известным молодым актёром. На студии его называли «карликом» и постоянно требовали уволить. Коротышка, а туда же — в мафию. Коппола верил в него, утверждая, что у Пачино «лицо, как карта Сицилии». Карта, по которой можно читать всю историю итальянской мафии. Мнение студии изменилось только после того, как они увидели отснятую сцену в ресторане, где Майкл нейтрализует Солоццо и Маккласки. После этого Пачино перестали трогать. А потом он стал Аль Пачино — и все забыли, что называли его карликом.
Настоящие гангстеры в кадре
Некоторые актёры фильма имели реальное криминальное прошлое. Ленни Монтана (Лука Брази) был профессиональным рестлером и, как поговаривали, «собирателем долгов» для семьи Коломбо. То есть, он и в жизни был таким же, как в кадре — только без камер. Он так нервничал перед Брандо, что постоянно путал слова. Копполе это понравилось, и он оставил запинки в фильме, сделав персонажа более живым. Вот что значит органичная игра: даже ошибки на пользу. Джанни Руссо, сыгравший Карло Рицци, имел связи с преступным миром и, по некоторым данным, помогал улаживать конфликты между киностудией и гангстерами. Короче, на площадке было больше настоящих gangsters, чем в округе Чикаго.
Кошмар с лошадиной головой: актёр не знал
Сцена с лошадиной головой в кровати Джека Уолтца — одна из самых страшных в истории кино. Сначала планировали использовать муляж, но Копполе он показался неправдоподобным. Муляж, видите ли, не достаточно реалистично. Реквизиторы нашли на бойне при заводе собачьего корма голову старой лошади, которую всё равно собирались забить. Бедная лошадь, она даже не подозревала, что станет кинозвездой. Актер Джон Марли не знал, что в кровать положат настоящий реквизит. Его испуганные крики в кадре — абсолютно неподдельные. После съёмок он, говорят, долго не разговаривал с Копполой. И с лошадьми тоже.
Кот Дона Королеоне: подобрали на улице
В сценарии никакого кота не было. Коппола просто подобрал бездомную кошку на студии в Гарлеме и сунул её в руки Брандо перед началом съёмок первой сцены. Представьте: режиссёр выходит из офиса, видит кошку, думает: «О, сейчас будет клёво!». Животное так громко мурлыкало, что при монтаже пришлось переозвучивать диалоги — реплики Брандо были плохо слышны. Кошка, оказывается, была самым мощным звукооператором на площадке. Кошка, кстати, стала настоящей звездой, но в титры её не вывели. Вот вам и «классовая несправедливость» в Голливуде. Мурлыкала, мурлыкала — и никто даже спасибо не сказал.
Сцена Сонни: 100 тысяч долларов и 127 пиротехнических зарядов
Сцена, где Сонни Корлеоне встречает свой конец на контрольно-пропускном пункте, была самой дорогой в фильме — 100 тысяч долларов. Актер Джеймс Каан носил на себе 127 пиротехнических зарядов с искусственной кровью. 127 зарядов! Это вам не хлопушка под стулом. Сцену снимали несколько дублей, и Каан потом шутил, что чувствовал себя живым тараканом. Тараканом, которого взрывали, но он всё равно бегал. Два часа. Кстати, актёр был так убедителен, что многие зрители до сих пор считают эту смерть одной из самых реалистичных в кино.
Семейный ужин: метод погружения от Копполы
Коппола организовал для актёров совместный итальянский ужин, чтобы они лучше прочувствовали атмосферу семьи. За столом артисты обязаны были оставаться в своих образах, не выходить из роли. Представляете: все сидят в костюмах мафиози, пьют вино, а Роберт Дювалл вдруг начинает говорить про свою зарплату. Это помогло им органично проникнуться чувством «семьи». И, возможно, разобраться, кто кому должен отстегнуть процент. На площадке царила напряжённая, но творческая атмосфера.
Грим Дика Смита: как превратить 47-летнего красавца в дряхлого старика
Марлону Брандо на момент съёмок было всего 47 лет, а его персонаж должен был выглядеть глубоким стариком. В 47 лет сейчас многие ещё в «Мстителях» снимаются, а тут — дед. Гениальный гример Дик Смит проделал невероятную работу. Помимо зубного протеза, он использовал сложнейший грим из латекса. Преображение было настолько полным, что Брандо мог спокойно обедать в ресторанах рядом со съёмочной площадкой — и его никто не узнавал. Даже официанты не просили автограф, думая, что это какой-то пожилой итальянец.
Смит также разработал технологию «кровоточащих» ран. Под латексным накладным лбом прятался пузырь с искусственной кровью и крошечный заряд, который подрывался дистанционно, создавая эффект пулевого отверстия. Без CGI, без компьютеров — чистая механика и химия. Дик Смит, по сути, был первым мастером спецэффектов — без него мы бы не увидели ни одного выстрела на экране.
Триумф, который изменил кино
Несмотря на все трудности, «Крёстный отец» стал сенсацией. В кинотеатрах выстраивались очереди, и предприимчивые студенты продавали места в них по 5 долларов. Спекуляция билетами — это вам не лотерейные билеты, это бизнес. Фильм стал самым кассовым проектом 1972 года и на тот момент — самым прибыльным фильмом в истории. Картина получила 11 номинаций на «Оскар» и выиграла три главные статуэтки: Лучший фильм, Лучшая мужская роль (Брандо) и Лучший сценарий.
Брандо, впрочем, от награды отказался в знак протеста против дискриминации индейцев в Голливуде. Вместо него на церемонию вышла активистка Сашин Литтлфезер — и заявила, что Брандо не принимает «Оскар». Говорят, продюсеры до сих пор вздрагивают при упоминании этого вечера. И заказывают себе валидол.
Бонус: чего вы не знали о «Крёстном отце»
- Продюсер Альберт Радди настолько полюбил фильм, что украл копию, чтобы устроить эксклюзивный показ для гангстеров. Пиратство во имя искусства — это новое слово в криминале.
- После выхода ленты реальные криминальные авторитеты начали подражать героям фильма — целовать руки донам и говорить шёпотом. Искусство подражает жизни, а жизнь — искусству. Теперь уже точно.
- Студия Paramount хотела, чтобы фильм снимали в Канзас-Сити — дешевле. Коппола настоял на Нью-Йорке. И правильно сделал!
- Фрэнк Синатра очень злился на фильм, полагая, что персонаж Джонни Фонтейн списан с него. Он даже пытался помешать съёмкам. Безуспешно. Свой гнев Синатра потом выплеснул в песнях, вероятно.
- Марлон Брандо импровизировал почти все свои реплики. Сценарий для него был лишь отправной точкой. То есть, настоящий сценарий «Крёстного отца» — это набросок, а Брандо сочинял прямо на ходу. Гений.
Почему мы всё равно его помним?
«Крёстный отец» — это фильм, который держится на своих трещинах. На вате за щекой Брандо. На настоящей лошадиной голове, которая заставила актёра заорать от ужаса. На войне с гангстерами, закончившейся дружбой. На долгах Пьюзо в казино, которые подарили нам бессмертную историю.
Коппола создал не просто гангстерское кино, а метафору семьи, власти и капитализма. И спустя 50 лет мы продолжаем смотреть на экран, когда звучат первые аккорды Нино Рота. И вздрагиваем, когда видим лошадиную голову. И цитируем «предложение, от которого нельзя отказаться».
Потому что искусство, рождённое из нужды, долгов и конфликтов, часто оказывается самым живым. И самым дорогим. И самым любимым. И таким, которое не закроешь, даже когда оно тебя пугает.
А вы помните, когда впервые увидели «Крёстного отца»? Какая сцена запомнилась больше всего? Пишите в комментариях — Киножаба прочитает всё.
Понравился разбор? Ставьте лайк! 👍
Наш канал еще совсем молодой, и ваша подписка очень поможет его развитию. Здесь мы делимся только редкими фактами и тайнами создания любимых фильмов. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые публикации!
Что еще почитать на канале: