Светлана работала поварихой в сельском детском садике, и каждое утро приходила на кухню ещё до рассвета, чтобы успеть поставить тесто для булочек к полднику, сварить детям кашу к завтраку, нарезать батон к чаю и так далее. Дети обожали её стряпню и всегда с удовольствием уплетали всё, что она готовила, ведь Света была поварихой «от-Бога» и умела превратить обычный обед в праздник, то блинчики в форме зверушек пекла, то бывало в супчик добавит зелёного горошка, и он становится похожим на лужок в летнюю пору.
- У нашей Светланы ручки золотые, а душа – добрая, чистая, – часто говорили ей воспитатели.
Она и впрямь была очень приятным человеком, но сама так не считала из-за весьма сниженной самооценки и кучи комплексов по поводу своей внешности.
После школы Света приехала в город на учёбу из посёлка, где родилась и провела всё детство. С малых лет, будучи ещё совсем ребёнком, она мечтала стать поваром, так что вопроса, на кого пойти учиться перед ней не возникало: конечно на кулинара. Работать в садик она попала случайно, до этого пробовала печь хлеб на местном хлебокомбинате, и в рестораны готовить еду устраивалась, всё ей было никак не прижиться, то что-то не нравилось, то слишком далеко от квартиры, которую снимала, то директор слишком строгий, а тут вдруг понравилось, что все её хвалят, взрослые и дети, и она наяривала на кухне, включая фантазию на полную катушку.
Жила Светлана одиноко, без мужчины, видимо, потому что сильно комплексовала из-за своей полноты, ведь она была полненькой женщиной с мягкими плечами, круглым лицом и ямочками на щеках, когда улыбалась.
- Эх, Светка, ты бы похудела немного, тогда бы и женихи появились сразу, – качала головой её мать, не понимая, что этим словами, как молотком, вбивает в голову дочери вечные комплексы по поводу своего внешнего вида.
Так и случилось, и эти слова действительно засели в голове Светланы, как заноза, поэтому она давно решила, что любовь – это не для неё. «Кому нужна такая неуклюжая толстуха, как я?» – думала она, пряча глаза, когда кто-то из мужчин с ней заговаривал о личной жизни, хотя на самом деле полнота её ничуть не портила, и даже наоборот, делала похожей на добрую сказочную фею, от которой веет теплом и уютом.
В садике был женский коллектив, если не считать Николая, который работал здесь водителем, развозил на Газели продукты не только в этот садик, но и в городские школы, дома культуры и в другие муниципальные учреждения. Несколько лет назад Коля развёлся с женой, которая ушла от него к какому-то инженеру, и Николай больше не верил женщинам, и даже про себя поклялся, что больше никаких свадеб у него в жизни не будет, что одной ошибки с него достаточно, из-за чего превратился в замкнутого, угрюмого бирюка, а на все разговоры о женщинах односложно заявлял:
- Мне и без женщин нормально.
Раз Николай регулярно привозил в этот садик продукты, то был, конечно, знаком со Светланой, всегда вежливо здоровался с ней, помогал разгружать ящики, проверял накладную и уезжал. Она же, встречая его, всегда краснела и, разгрузив машину, торопливо убегала на кухню, чтобы не стоять на виду, сказав ему лишь:
- Спасибо, Николай Иванович.
Шло время, и, всем окружающим казалось, что эта парочка буквально создана друг для друга, но Светлана и Николай не собирались сходиться и, возможно, и не сошлись бы никогда, если бы однажды в детском садике не случился небольшой переполох, когда там внезапно прорвало трубу в подвале, и вода хлынула прямо к складу с продуктами. Воспитатели заметались, дети заволновались, заведующая позвонила в ЖКХ, а бледная и расстроенная Светлана стояла в дверях склада и думала, что теперь все запасы пропадут, и её, чего доброго, заставят ещё платить за испорченную продукцию.
Именно в этот момент подъехал Николай с новой партией продуктов и, увидев всю эту суету, быстро оценил ситуацию, снял куртку и сказал:
– Так, Светлана, не паникуем. Где вёдра? Надо откачать воду, пока здесь всё не намокло.
Пока директриса соображала, что делать, названивала в МЧС, ЖКХ, чёрт-знает-куда, Коля организовал ребят из соседнего гаража, нашёл насос, сам спустился в подвал, взялся руководить спасательными работами, а Светлана, вместо того чтобы прятаться, вдруг взяла себя в руки и тоже стала помогать мужчинам, а потом, когда с потопом было покончено, организовала горячий чай для рабочих, нашла тряпки, помогла перенести мешки с крупой на верхние полки, в общем, проявила себя и потрудилась на славу.
Когда проблема с потопом была локализована, Николай вытер лоб и посмотрел на неё:
– Ну, повариха, ты сегодня молодец, не растерялась.
– Да я… просто… – она запнулась, потом вдруг рассмеялась, – Я наоборот подумала, что всё пропало, а Вы вот так взяли и спасли положение.
- Мы спасли, – поправил он, – Вместе же спасали коробки и мешки.
- Ну, да… - протянула она, смущённо покраснев, и Николай, глядя на неё, вдруг неожиданно для себя засмеялся, приобнял её и ощутил такой прилив энергии, что просто ого-го.
С того дня он стал заезжать в садик не только по работе, то привезёт ящик яблок «для детей и взрослых» из своего яблоневого сада, то заглянет спросить, как дела с ремонтом в подвале, то просто остановится поговорить, в общем, искал любой предлог, лишь бы побыть рядом со Светой, которая вдруг обнаружила, что с ним легко и приятно, хоть он и не делал комплиментов ради вежливости, не пытался казаться лучше, чем есть, но смотрел так, будто видел её настоящую, добрую, умелую, сильную, рукастую женщину с большим потенциалом.
Однажды, когда они разгружали мешки с картошкой, Николай сказал:
- Какая же ты трудолюбивая девчонка, я просто восхищён.
- Знаешь, я всегда думала, что никому не… не нравлюсь из-за того, что толстая, а ты меня всегда хвалишь, – проговорила она и опять покраснела.
Николай аккуратно поставил мешок с картошкой на землю, посмотрел ей в глаза и пылко признался:
– Света, ты самая тёплая женщина из всех, кого я знаю, от тебя идёт какой-то лучезарный свет, что я даже никогда не замечал, что ты полненькая, ты всегда казалась мне просто красивой женщиной с хорошей фигурой.
Она покраснела ещё сильнее, но на этот раз не опустила взгляд, а улыбнулась:
– Спасибо за комплимент.
Постепенно их дружба переросла в нечто большее, и Николай понял, что не хочет больше жить без улыбок Светланы, без запаха ванильных булочек, испечённых её руками, без её голоса, который успокаивает лучше любой музыки, послал к чертям все свои прошлые клятвы никогда не жениться, решил сделать ей предложение и как‑то вечером приехал к её дому с пышным букетом цветов, коробкой конфет и сказал:
– Свет, я из-за тебя нарушил свою клятву не жениться. Сохну по тебе, как молодой пацан, не могу без тебя жить. Давай поженимся?
Она посмотрела на него, на цветы, потом снова на него, и впервые в жизни почувствовала себя по‑настоящему красивой и желанной женщиной, ну и на радостях ответила ему согласием.
– Выйду, – тихо сказала она, – Если ты правда этого хочешь.
– Правда-правда, я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, – улыбнулся он, и, видя, что она ничего не имеет против, прижал её к себе покрепче и начал целовать в покрасневшие щёки, в глаза, полные слёз радости, а потом уже добрался до её пухленьких губ, и тут уж окончательно почувствовал себя счастливым мужчиной.
Они поженились через два месяца, свадьбу устроили в родной деревне Светы, и там среди гостей было много детей из её детского садика, и они все бегали вокруг, угощались пирогами, испечёнными Светланой и кричали:
- Тётя Света, мы хотим ещё булочек!
Николай стоял рядом, держал её за руку и думал: «Какой же я был дурак, что боялся любить, тем более, такую сладкую женщину».
Соседи сначала удивлялись:
- Николай‑то, который клялся никогда не жениться, вдруг свадьбу сыграл и на Светке-поварихе женился!
Мама Светланы ходила по деревне гордая, считая, что удачно пристроила дочку к очень выгодному жениху, не понимая, что молодые женятся не из корысти и расчёта, а по любви. Вскоре вредные соседи привыкли к этой новости и даже стали радоваться тому, что Коля наконец‑то обрёл своё счастье, поэтому практически прекратили сплетничать по этому поводу.
Через год после свадьбы Светлана родила сына. Роды прошли хорошо, малыш появился на свет крепким и здоровым, с такими же милыми ямочками на щеках, как у мамы. До родов все знакомые предупреждали Светлану:
- После родов ты ещё больше поправишься, вот увидишь.
Как ни странно, прогнозы их не сбылись, а вышло всё наоборот, и, родив сына, Светлана не только не располнела, а даже немного похудела, потому что много двигалась, ухаживая за малышом, правильно питалась и чувствовала себя энергичной и лёгкой, благодаря неиссякаемой любви своего мужа.
Николай, сразу же заметив перемены с её фигурой, лишь улыбнулся и сказал:
– Ты и раньше была прекрасна, и теперь прекрасна и всегда будешь для меня прекраснее всех женщин мира… Но знаешь что? Даже если бы ты осталась такой, как прежде, или стала ещё круглее, я бы не перестал тебя любить, так что, кушай всё подряд и толстей, сколько хочешь, я всё равно буду с тобой хоть целую вечность, потому что люблю не твою фигуру, а всю тебя целиком.
Светлана прижалась к нему, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы счастья:
– Спасибо, что ты такой добрый и милый.
Когда сын подрос, то Светлана отдала его в детский садик, а сама вышла работу, и тогда каждое утро Николай опять привозил ей на склад продукты, и она встречала его с улыбкой, и иногда он задерживается на кухне, чтобы попить чайку с её фирменными пирожками или блинчиками и послушать, как она рассказывает про детсадовских детей и про их сынишку, который так быстро рос, что Николай диву давался, и Светлана больше не думала, что любовь не для неё, потому что поняла, что любовь – для тех, кто умеет видеть сердцем.
*******
Автор рассказа: Яна Куница