Есть старая чиновничья мудрость: если не знаешь, что написать в отчёте, напиши ничего. Пустая строка не соврёт. Именно этой мудростью сейчас руководствуется Валерий Фёдоров, директор ВЦИОМ. Уже месяц главный социологический центр страны не публикует свежие данные о рейтинге президента. Страница на сайте, где обычно висят цифры, выглядит как витрина после ограбления: полки стоят, товара нет.
ВЦИОМ в тупике, из которого нет красивого выхода
ВЦИОМ — не независимая структура. Это государственный социологический институт, который десятилетиями обеспечивал Кремль нужными цифрами и придавал нужным решениям видимость народной поддержки. Когда такая организация замолкает, это не технический сбой. Это сигнал.
Фёдоров оказался в классической бюрократической ловушке. Нарисовать внезапный рост доверия невозможно: за последние недели не произошло ровно ничего, что могло бы вызвать у населения прилив оптимизма. Экономика буксует, реальные доходы падают, цены растут. Внезапный всплеск народной любви на этом фоне выглядел бы как прогноз солнечной погоды в разгар снегопада.
Показать реальные цифры значит признать обвал. Заморозить показатели значит поставить под сомнение смысл самих исследований: зачем вообще нужна социология, если она месяцами демонстрирует одну картину независимо от происходящего?
В итоге выбрали третий путь. Просто замолчали. Нет цифр — нет проблемы. Этот принцип в России работает безотказно десятилетиями.
Матрёшка цифр: каждая следующая хуже предыдущей
Но не спешите с выводами. Потому что дальше начинается настоящая история.
Последние опубликованные данные ВЦИОМ зафиксировали: уровень доверия президенту упал до исторического минимума за весь период его правления. Лишь около трети граждан заявили, что действительно доверяют Путину. Падение составило минус 24% всего за год.
Откройте следующую куклу. Речь идёт не об оппозиционных данных и не о зарубежной аналитике. Эти цифры опубликовали структуры, которые долгие годы считались максимально лояльными власти. Примерно те же показатели зафиксировал ФОМ. Это уже не статистическая погрешность. Это тенденция.
Откройте следующую. Рейтинг одобрения деятельности президента сегодня держится около 60 процентов. Цифра пока ещё выглядит солидно. Но динамика очевидна, и падение идёт синхронно по всем направлениям.
А теперь самая маленькая кукла. Та, которую Кремль предпочёл бы не открывать вовсе.
Электоральный рейтинг, то есть количество людей, готовых реально проголосовать за Путина, если бы выборы состоялись сегодня, социологи оценивают менее чем в 50 процентов. В 2018 году президент официально получил почти 77 процентов голосов. Разговор о втором туре ещё несколько лет назад воспринимался в России как политическая фантастика.
Теперь это не фантастика. Это социология.
Как рухнул «хороший царь»
Аналитик Михаил Дмитриев, изучающий российское общественное мнение более двадцати лет, ещё в 2018 году предупреждал: эффект от пенсионной реформы проявится не сразу. Людям потребуется время, чтобы по-настоящему осознать масштаб того, что произошло.
Он оказался прав.
А если сказать совсем просто: люди взяли листок бумаги, написали цифры и поняли. Государство забрало у них несколько лет жизни. Не абстрактно, а буквально — конкретных лет, конкретной жизни.
Раньше весь народный гнев традиционно уходил в адрес правительства, «Единой России» и Медведева лично. Путин при этом сохранял образ руководителя, который как будто находится над системой и не несёт прямой ответственности за непопулярные решения. Этот механизм работал почти идеально. До определённого момента.
После переизбрания президент сам разрушил эту конструкцию.
Именно он вновь назначил Медведева премьером. Именно он сохранил прежнюю экономическую команду. Именно он подписал закон о пенсионной реформе.
После этого образ «хорошего царя» треснул. Для миллионов людей власть начала восприниматься как единое целое, где ответственность больше некуда перекладывать.
Крымский эффект: триумф, за который выставили счёт
И вот тут начинается самое интересное.
В 2014 году обществу продавали ощущение исторического триумфа и возвращения статуса сверхдержавы. Поддержка достигала 85–87 процентов. На телеэкране - подъём нации. В аптеке - очередь за импортными лекарствами, которых больше нет на полках.
Санкции, стагнация экономики, технологическое отставание, рост цен - всё это давно перестало быть абстракцией из вечерних новостей. Люди сталкиваются с последствиями ежедневно. И постепенно приходит понимание: внешняя политика и внутренняя жизнь связаны напрямую. Намного теснее, чем власть пыталась представить на протяжении многих лет.
Мнимая объективность
Формально у ВЦИОМ могут быть технические причины для паузы. Пересмотр методологии, плановая остановка публикаций, внутренний аудит. Возможно. Но месяц тишины именно сейчас очень своевременное совпадение.
Что будет дальше
Сторонники президента болезненно воспринимают падение его рейтинга. Оппозиция встречает данные с воодушевлением. Обе реакции понятны. Обе - ошибочны в своей категоричности.
В нормальной политической системе снижение рейтинга лидера - рабочий процесс, а не катастрофа. Поддержка упала - общество выбирает другого. В этом и состоит суть системы со сдержками и противовесами.
Российская же конструкция выстроена вокруг одной фигуры, а реальные механизмы баланса власти фактически отсутствуют. Когда рейтинг такого лидера начинает заметно снижаться, возникает не просто политическая турбулентность, а риск вакуума. История дала России достаточно примеров того, чем заканчивается ситуация, когда система долго игнорирует накопившееся напряжение и затем рассыпается стремительно.
Рейтинг падает. Публикации останавливаются. Ответов нет.
В стране, где социология давно превратилась из инструмента измерения в инструмент управления, самым честным рейтингом оказалась пустая строка.
«Мы тут на голом энтузиазме держимся. Если вам не сложно и есть возможность поддержите. Просто ткните в «Поддержать» и киньте любую копеечку. Спасибо огромное».