«Мы должны были доказать, что не ограничиваемся одним хитом» — о создании песни Feel Like Makin’ Love группы Bad Company. Массовый хит супергруппы, записанный в замке с привидениями...
Когда в 1974 году группа Led Zeppelin и их менеджер Питер Грант основали лейбл Swan Song, они и представить себе не могли, какой успех ждет их дебютный релиз. Альбом Bad Company, первый альбом одноименной супергруппы, занял первое место в чартах Америки и третье место в Великобритании благодаря мощи и песням бывших участников Free — Пола Роджерса и Саймона Кирка, гитариста Mott The Hoople Мика Ральфса и басиста King Crimson Боза Баррелла.
«Питер Грант и Zeppelin, я думаю, были в тихом восторге, — говорит Саймон Кирк, вспоминая их мгновенный успех. — Их первый контракт стал платиновым. Между нами росло взаимное уважение. Может, мы и были новичками на лейбле, но мы оправдывали все ожидания благодаря уверенному исполнению и очень хорошим песням».
Несмотря на непростую задачу, связанную с продвижением альбома и его ключевых треков «Can’t Get Enough» и «Bad Company», квартет и менеджер Грант быстро отправились в причудливый замок Клируэлл в Форест-оф-Дин, где, по слухам, обитали привидения, чтобы записать свой второй альбом Straight Shooter. Выпущенный весной 1975 года, он включал в себя еще несколько хитов, в том числе заразительную «Feel Like Makin’ Love», которую Пол Роджерс написал в глуши северной Калифорнии.
«Трудно сесть и написать песню специально для исполнения на больших стадионах, — объясняет Роджерс. — Иногда это просто происходит само собой»
ПОЛ РОДЖЕРС:
Настроение было хорошее. Мы были полны энтузиазма и хотели развить успех первого альбома. Питер Грант только что вручил нам наши золотые диски, так что «эйфория» — это еще мягко сказано.
САЙМОН КИРК:
Все элементы складывались в единое целое. Но нам также нужно было доказать, что мы не просто группа, сделавшая один хит, и что продолжение альбома Bad Company будет достойно само по себе. Так что мы немного волновались.
МИК РАЛЬФС:
Питер Грант не делал никаких предложений — он был очень тактичен и говорил: «Ты занимайся музыкой, а я займусь всем остальным». Он был лучшим менеджером, какого мы только могли найти в то время, и он был великолепен.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Грант и ребята из Led Zep оказывали нам огромную поддержку в музыкальном плане, а также в вопросах бухгалтерии, юриспруденции и организации в целом, и сейчас я понимаю это даже лучше, чем тогда. Тогда это казалось само собой разумеющимся. Ах, наивность юности! Они были и остаются потрясающими.
МИК РАЛЬФС:
Мы были очень демократичными. Изначально мы с Полом собирались записать совместный альбом с песнями, которые были у меня и у него. Потом нам пришла в голову идея создать настоящую группу. В 1973 году, когда мы работали над песнями, Саймон пришел к Полу домой — он только что вернулся из Бразилии — он сел за барабаны. В общем, мы подумали, что теперь нам нужен только басист, и группа готова! На поиски Боза ушло несколько месяцев, мы перепробовали много разных басистов, но в итоге остановились на Бозе. Он идеально вписался в коллектив. Мы вместе писали песни, работали над аранжировками. Это было очень продуктивное время. Мы с Полом часто использовали акустические гитары, чтобы записывать идеи во время работы над текстами. У нас появлялась идея для песни, мы показывали ее группе, и она становилась такой, какой должна была стать, — с электрогитарой или акустической, не важно
ПОЛ РОДЖЕРС:
Я начал писать эту песню, когда в 1968 году гастролировал с группой Free в Сан-Франциско. Вдохновением послужила одна моя знакомая. Жизненный опыт. Я автостопом добрался до Рио-Нидо и разбил лагерь в лесу с людьми, которых там встретил. Меня не было несколько дней. Это был чудесный опыт — быть молодым и свободным в Америке 1960-х.
МИК РАЛЬФС:
В песне Feel Like Makin’ Love слова были написаны Полом под акустическую гитару. Он всегда брал с собой акустику, наигрывал песни, а мы садились и работали над ними вместе. В то время у нас было много идей, потому что мы только начинали свой путь. Да, это была скорее баллада, чем многие другие наши песни. Изначально это была кантри-песня с нежным текстом.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Я сыграл эту песню Мику, и она ему понравилась. Потом он придумал мощные аккорды для припева. Эта песня стала одной из самых популярных среди фанатов и на радио.
МИК РАЛЬФС:
Я придумал рифф и предложил соединить их вместе, чтобы получилась песня. Думаю, в этом и заключается ее суть: куплеты очень нравятся девушкам, возможно, даже больше, чем парням, а потом вступает рифф, в котором столько мачизма. Припев получился очень удачным.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Наш тур-менеджер Клайв Коулсон нашел замок Клируэлл. Мы подумали, что это будет шаг в правильном направлении — от особняков с привидениями к замкам с привидениями. В Хедли-Грейндж [где записывалась группа Bad Company] тоже были привидения — у нас двери открывались сами по себе, хотя ветра не было, и происходило много других необъяснимых странностей.
МИК РАЛЬФС:
Мы знали, что в Клируэлле водятся привидения, но я не заметил ничего жуткого. Хотя атмосфера там была соответствующая.
САЙМОН КИРК:
В замке Клируэлл только начали принимать группы для записи. По-моему, Питер Фрэмптон положил начало этой традиции. Не знаю, правда ли, что там водятся привидения, хотя я бы не удивился. Это было очень старое здание, настоящий замок с башенками и подземельями, и, чтобы удержаться на плаву, они устраивали баронские ужины, на которые люди наряжались в средневековом стиле.
МИК РАЛЬФС:
Когда мы там были, там одновременно устраивали несколько банкетов, и это было довольно забавно. Мы бродили среди всех этих людей в костюмах эпохи Тюдоров и веселились вместе со всеми.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Как-то нам подали жареную свинину и медовуху, а люди были одеты в старинные костюмы. Все это происходило в другой части замка и скорее отвлекало, чем помогало, но мы были так сосредоточены на своей музыке, что это не имело значения.
МИК РАЛЬФС:
Мы записали много песен в Клируэлле, это было потрясающе. Думаю, мы пробыли там пару месяцев — чуть дольше, чем на записи первого альбома, который мы сделали за две недели! Но все равно это был быстрый процесс. Мы старались не накладывать много дополнительных партий, разве что иногда добавляли гармонии с гитарными проигрышами. Нам нравилось, чтобы все было просто.
САЙМОН КИРК:
Работа в мобильной студии очень способствовала нашей трудовой этике. Мы могли начать в любой момент, когда нам этого хотелось, без ограничений, присущих обычной студии. Это был мой любимый способ записи.
МИК РАЛЬФС:
Не знаю, записывались ли мы в подвале — это был нижний этаж, который нам выделили для записи, потому что у нас был передвижной грузовик для записи, припаркованный снаружи. Полагаю, это был подвал, но там было много разных комнат.
ПОЛ РОДЖЕРС:
В мобильной студии мы работали и над первым альбомом, и мы хотели воссоздать ту органичную атмосферу, которую создали в Хедли-Грейндж.
МИК РАЛЬФС:
Мы оказались в Хедли-Грейндж случайно: Питер Грант договорился о записи Led Zeppelin, но они отменили сессию в последнюю минуту, и нас спросили, не хотим ли мы прийти и что-нибудь записать, потому что это было бесплатно. Мы уже пользовались мобильной студией Ронни Лейна и решили снова воспользоваться ею с Роном Невисоном за пультом. Рон был очень хорош, он работал с нами над первыми тремя альбомами и был отличным звукорежиссером. Мы с ним отлично ладили, но я не видел его уже много лет.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Невисон записал несколько треков для Zep, так что мы "унаследовали" его, и он отлично справился.
МИК РАЛЬФС:
Мобильная студия была 16-дорожечной. Все оборудование размещалось в автофургоне Airstream, ну, знаете, такие изогнутые, похожие на космические корабли фургоны! Общаться между фургоном и замком было непросто, но мы расставили повсюду микрофоны, чтобы можно было разговаривать друг с другом. Это был новый способ записи, и он был довольно интересным, но, полагаю, у него есть свои недостатки. Однако. нам нравилась идея полной свободы и возможности записываться тогда, когда нам хотелось. Думаю, Deep Purple приехали туда после нас. Мы могли пользоваться студией 24 часа в сутки 7 дней в неделю, в этом и была ее прелесть — мы могли приходить в любое время.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Мы записывали минусовки вживую, на голом полу, в отдельных кабинках. Часто важен зрительный контакт, поэтому, когда мы получили трек с нужным настроением, пришло время для наложений, гитарных соло и гармоний.
МИК РАЛЬФС:
Мы записывали Пола вживую, потому что нам так больше нравилось. Мы часто оставляли оригинальный вокал, но если было время, мы записывали другой, но мне нравилась идея оставить оригинал, и Пол был с этим согласен, так что в итоге мы так и сделали. Мы начинали работать в полдень и заканчивали ближе к ночи. Это было здорово, нам не нужно было беспокоиться о парковке и прочих ограничениях, как если бы мы записывались в студиях Лондона. Для этого трека я использовал Gibson Les Paul. А вот соло я сыграл на Fender Esquire — это что-то вроде Telecaster, только с одним звукоснимателем. Это было что-то вроде соло в стиле кантри, которое я сыграл в трехголосной гармонии. Я придумал ее в студии. Не хотелось добавлять туда резкую гитарную партию, поэтому я сочинил что-то нежное, и это подошло.
САЙМОН КИРК:
Песня всегда хорошо воспринималась публикой, потому что два ее элемента — нежный куплет и энергичный припев — прекрасно дополняли друг друга.
МИК РАЛЬФС:
В те времена было сложно исполнять эту песню вживую, потому что у нас не было таких технологий, особенно для акустических гитар, но сейчас все намного проще. Она быстро стала хитом на концертах. Особенно в Штатах. Сейчас она звучит почти так же, как и тогда. Гармоничное соло? Я могу сыграть его одной рукой! Мне удалось разучить все три партии. Пол постоянно составляет наши сет-листы и вносит в них изменения, так что мы никогда не знаем, что нас ждет, до самого концерта — приходится держать всех в напряжении. «Feel Like Makin’ Love» обычно идет в конце. Эта песня нравится публике.
ПОЛ РОДЖЕРС:
Эта песня, кажется, росла с годами: из небольшой акустической идеи она превратилась в композицию, которую я и сейчас могу исполнять на стадионах и получать мощный отклик. Ее простота, похоже, находит отклик у самых разных людей. Очень часто, когда я встречаюсь с людьми, они говорят: «Bad Company!» — и поют: «Что ж, мне хочется заняться любовью!» Может быть, эта песня станет нашей визитной карточкой… А может быть, «Shooting Star», или «Rock’n’Roll Fantasy», или «Seagull», или «Bad Company». Пусть решают фанаты.
================
Авторы: Пол Роджерс, Мик Ральфс
Записано в: замке Клируэлл, Глостершир
Продюсеры: Bad Company
В записи приняли участие: Пол Роджерс (вокал, акустическая гитара), Мик Ральфс (электрогитара), Саймон Кирк (ударные), Боз Баррелл (бас)
Выпущено: апрель 1975 года
Позиция в чартах Великобритании и США: 3/1
========
Этому интервью уже десять лет. И эти воспоминания известных музыкантов очень интересны. Тем более, что у Пола Роджерса есть проблемы со здоровьем, и мы вряд ли уже увидим его на сцене или в студии, работающим над новым материалом. Он даже не смог принять участие в номинации группы в Зале славы. К тому же из оригинального состава группы в живых остались только двое - Боз Баррелл скончался в 2006 году, а Мик Ральфс в прошлом. Поэтому в статье отсутствуют комментарии Боза Баррела.
=============
И на этом пока все. Разрешите откланяться. Как всегда спасибо вам за ваше внимание. Подписывайтесь, присоединяйтесь к нашему сообществу - впереди еще много разных статей о нашей музыке