Есть кадры, которые полюбил когда-то навсегда. Тося в платочке, варежки, мороз, и Илья смотрит так, что зрителю в зале становится теплее, чем героям на экране.
Картину «Девчата» сняли в 1961 году, режиссёр Юрий Чулюков, по одноимённой повести Бориса Бедного. И вот тут начинается самое интересное: то, что мы видим как историю любви, на площадке выглядело совсем иначе.
«Девчата» - один из тех случаев, когда экранная химия и закадровая правда расходятся почти зеркально.
Как они вообще оказались в одной картине
На роль Тоси Кислицыной пробовались многие. По воспоминаниям самой Надежды Румянцевой, опубликованным позже в её интервью, она пришла на пробы уже состоявшейся актрисой. За плечами - «Неподдающиеся», известность, любовь зрителя. Ей было под тридцать, а играть нужно было девчонку, почти подростка, только что из детдома, с косичками и характером.
Николай Рыбников в это время был уже звездой первого ряда. «Весна на Заречной улице», «Высота», лицо рабочего парня, в которого влюблена половина страны. И вот тут возникает первая закадровая тонкость, о которой не любили говорить вслух.
Рыбников Тосю в исполнении Румянцевой принимать не хотел.
Почему он был против
По воспоминаниям коллег по съёмочной группе, которые публиковались в сборниках о Чулюкове и в журнале «Советский экран» более поздних лет, Николай Николаевич видел в этой роли свою жену. Аллу Ларионову. Красивую, статную, с другой фактурой. Он искренне считал, что Тося должна быть иной.
А Румянцева пришла на площадку, зная об этом.
Вот тут стоит остановиться. Представьте: мороз, северная натура, многочасовые смены. И партнёр, который в принципе не хотел, чтобы вы тут были. Не из-за вас лично. Из-за обстоятельств. Но легче от этого не становится никому.
Холод не только за окном
Первые недели на площадке были, по воспоминаниям участников, напряжёнными. Рыбников держался профессионально. Никаких сцен, никаких заявлений. Но та самая «искра», которую мы видим в кадре, рождалась трудно.
Снимали натуру под Оленегорском, в Мурманской области, и в подмосковном павильоне. Мороз доходил до сорока градусов. Актрисы отогревались в кунге, грим тёк, варежки примерзали к рукавам ватников. Румянцева в одном из поздних интервью вспоминала, что плакать в кадре было легко - лицо и так сводило от холода.
И вот именно в этих условиях рождалась сцена, которую потом будут пересматривать поколениями.
Сцена с поцелуем, которую переснимали
Тот самый момент, когда Илья наконец признаётся. По воспоминаниям ассистентов режиссёра, эпизод переснимали много раз. Не потому что актёры не справлялись. А потому что Чулюкову нужна была не страсть, а узнавание. Тот тихий миг, когда два человека вдруг понимают, что больше не могут друг без друга.
Румянцева рассказывала, что первый дубль был «деревянный». Рыбников играл вежливо. Корректно. И этого было мало. Режиссёр останавливал, объяснял, снова запускал камеру.
Говорят, что перелом случился, когда Чулюков сказал Николаю Николаевичу примерно следующее: забудьте, кто перед вами. Смотрите на девочку, которая в кадре одна на весь свет. Жалейте её. Не как актрису. Как человека.
И дубль пошёл.
Что увидел зритель и чего он не знал
Премьера состоялась в марте 1962 года. По данным журнала «Советский экран», за первый год фильм посмотрели более тридцати миллионов зрителей в советском прокате. Цифру повторяли в разных публикациях, и она держалась годами. Картина стала народной.
Люди писали письма. Девушки хотели быть как Тося. Парни - как Илья. Никто из зрителей не знал, что между двумя главными героями за кадром было ровно столько же расстояния, сколько между бараком и столовой в кино.
И это, если задуматься, отдельное мастерство. Сыграть любовь, которой за пределами площадки не было. Сыграть так, чтобы поверили миллионы.
А что было после съёмок
После «Девчат» Рыбников и Румянцева в одном кадре больше не встречались. Это факт, который легко проверить по фильмографиям обоих. Никаких громких ссор, никаких интервью «о наболевшем». Просто разошлись профессиональные пути.
Румянцева в шестидесятые много снималась, потом надолго уехала с мужем-дипломатом за границу. Вернулась в кино уже в другом качестве, в другие годы. Рыбников оставался звездой ещё какое-то время, потом ролей стало меньше. Время в советском кино шло быстро, и герои рабочих окраин сменились другими типажами.
Но «Девчата» остались.
Почему фильм любят до сих пор
Что в нём такого, что мы пересматриваем его на праздники, и зимой, и просто когда грустно? Ведь сюжет, если коротко, простой. Девчонка приехала в леспромхоз. Влюбилась. Поссорилась. Помирилась.
Главное здесь, как мне кажется, в том, что за каждой репликой стоит труд. Не только актёрский. Бытовой, человеческий. Эти ватники не реквизит, в них действительно жили смены напролёт. Эта столовая, эта общага, эти разговоры за чаем - всё узнаваемо для поколения, которое строило, ехало по распределению, селилось в бараках на Севере.
И вот что важно: Тося не выдумана. Борис Бедный, автор повести, сам работал на Севере, видел этих девчонок, разговаривал с ними. У героини есть прототипы. Не один человек, а собирательный образ из реальных судеб.
Маленькая деталь, которая меня цепляет
Когда я в очередной раз смотрела «Девчат», поймала себя на одной мысли. Тося ведь почти всё время в кадре что-то делает. Чистит картошку, режет хлеб, разливает суп, моет посуду. Это не фон. Это её способ быть в мире. Через дело.
И когда Илья наконец её замечает по-настоящему, он замечает именно это. Не косички, не голос. А то, как человек живёт. Как держит ложку, как наливает чай, как смеётся над собственной обидой.
Такому в учебниках актёрского мастерства не учат. Это либо есть в человеке, либо нет. У Румянцевой было.
И о Рыбникове честно
Его потом часто спрашивали про «Девчат». Он отвечал сдержанно. Признавал, что фильм хороший. Что Надежда Васильевна - большая актриса. Подробностей съёмок старался не касаться.
Я думаю, тут не было никакой драмы. Была работа. Был профессионал, который пришёл на площадку с одним представлением, а ушёл с другим. И который, может быть, не сразу, но понял, что Тося могла быть только такой. Маленькой, упрямой, с детдомовской прямотой. Никакой другой.
Фильм живёт много лет
Остаётся ощущение, что в шестьдесят первом году, в мороз под сорок, в павильоне и на натуре, два очень разных человека сделали то, что пережило их обоих.
Румянцевой не стало в 2008 году. Рыбникова - в 1990-м. А Тося с Ильёй каждый Новый год возвращаются на экран и говорят между собой ровно то же, что и шестьдесят лет назад.
Может быть, как раз потому фильм и держится, что любовь там пришлось сыграть. По-настоящему сыграть, а не показать. Когда между актёрами всё легко, на экране иногда получается пустовато. А когда трудно - рождается то, что зрителю нравится.
А вы как пересматриваете «Девчат» - целиком или урывками, когда наткнётесь по телевизору? И какая сцена для вас самая «своя»?
Вам может быть интересна эта статья: