„Дурное и хорошее — их нет. Есть то, как мы решим назвать их сами.“
Уильям Шекспир
Тучи медленно сгущались, время перевалило довольно далеко за полдень и лениво тянулось, будто издеваясь над немногочисленными прохожими. Горе тем, кто находился в городе, потому что либо ты заживо жаришься среди каменных громадин, либо простываешь от кондиционеров. Все сознательные состоятельные граждане давно уже уехали из мегаполиса и пребывали на дачах с рукотворными бассейнами. Некоторые, чьего статуса хватило лишь отпроситься с обеда, сейчас стояли в солидной пробке на выезд, сердито губя клаксонами и выскакивая покурить. Завязавшаяся было небольшая потасовка моментально стихла, стоило проехать мимо машине с проблесковыми маячками. Имперская полиция шутить не любит, будь ты хоть вульгар, хоть аристо. Впрочем, аристо в пробках обычно не стоят, предпочитая очень дорогие платные развязки.
По извилистой асфальтированной дороге мерно урчала мощным мотором черная Чайка седьмой итерации в комплектности «Император плюс», не самый топ рынка, но это если не знать, что данная машина оснащена обычной броней, силовой и двигатель усилен до семисот лихих кобыл. Несмотря на выразительные номерные знаки, автомобиль двигался, не нарушая скоростной режим. Хозяин конкретно этого авто никуда не спешил, потому что был уверен – без него не начнут. К тому же времени относительно назначенного было с преизряднейшим избытком, мужчина отвлекся от видов из окна заднего сиденья Чайки и спросил миловидную брюнетку напротив:
– Тебе прибудет смс по прибытию?
– Конечно, – спокойно ответила та, выдерживая пристальный взгляд серо-голубых холодных глаз напротив, – с минуты на минуту должно.
– Напомни мне, – нахмурился мужчина, продолжая сидеть с прямой спиной, слегка развернув мощные широкие плечи к собеседнице, – после Иванграда он куда?
– В Иванграде финальная пересадка, – кивнула женщина, сделав вид, что задумалась. – А дальше он в монастырь, с проводниками. Приземлится и пришлет смс, после телефон отберут.
– А его маграф где?
– Остался в поместье, разумеется, – недоуменно выгнула бровь жена. – А потом на личном транспорте доставлен на Южные острова, там даже отель забронирован.
– Молодец, Мария! – хлопнул несколько раз в ладоши мужчина и улыбнулся. – Как и ожидалось от жены крон-графа Кремлева.
– Это была какая-то проверка, дорогой? – вернула ему улыбку графиня, глаза её при этом оставались безразличными, свидетельствуя о том, что женщина находилась мыслями где-то далеко. И на этот разговор ей было в сущности наплевать.
– Нет, что ты! Что ты! – лениво махнул рукой граф. – Если бы у меня были хоть малейшие подозрения, то я бы тебя... Хм... Нейтрализовал.
– Каким образом? – благожелательно наклонив голову чуть вправо, спросила графиня.
– Ну... – почесал подбородок граф, его взгляд из холодного стал оценивающим. – Например, задушил бы прямо сейчас.
– Я поняла, Андрей Иванович, – женщина замолчала, что-то прикидывая. – Что на ужин изволите?
– Сам решу, – повернулся к окну крон-граф. – Мы почти приехали.
Чайка свернула с магистрали на обычную двухполоску и прибавила скорость до 150 км в час, уже немного скоростной режим нарушая, но тут камер никто не ставил и ездовая служба сроду не появлялась. Незачем им, в своё время так и объяснил один из главных чинов их министерства. Двадцать километров проехали за минут за десять, обогнав процессию из пяти микроавтобусов-рефрижераторов марки «Консул-с», которые все без затей звали косулями. Огромные ворота в высокой стене довольно внушительного поселения отворились заранее, охранники в стильном камуфляже, с магическими стеклами в одном глазу, были экипированы по последнему слову техники. Машина проехала внутрь и остановилась спустя пару минут перед большим сферической формы зданием.
– Извольте сюда! – статный мужчина в камуфляже с посеребренными сединой висками услужливо, но без подобострастия отворил перед ним дверь, обозначив ритуальный поклон.
– Благодарю, – ровно ответил крон-граф, пропуская вперед жену. На его лице не дрогнул ни один мускул, однако внутренне он поморщился: мол, слуги тут совсем распоясались. Целый крон-граф, а он и спину согнуть не соизволил, кивнул как равному или как сюзерену. Впрочем, его местные порядки не касались, да и чинопочитания ему дома хватает. Даже чересчур! Вся многочисленная родня, что бесцельно у него гостит неделями в надежде заполучить его внимание и пристроить своих детишек, племяшек и прочих крестников на хлебные должности при дворе. Вся эта кодла не понимала очень простой истины: никакой личной протекции крон-граф бездарности не окажет, просто сделает так, чтобы талантливого человека заметили. А там уже не его беда, министерства кадрами не разбрасывались, даже у вульгара был шанс.
Чета вошла в богато украшенный вестибюль и остановилась перед огромной стеклянной дверью, за которой множество людей в халатах занималось... Непонятно чем оно там занималось среди этой кучи приборов и склянок, но было видно, что приди сюда даже император, то никто бы головы не повернул. Такие вещи обычно раздражали крон-графа: без соблюдения иерархии наступит хаос, но сегодня его мысли витали в предстоящем событии. Осталось последнее дело, и он выиграет эту партию. Инициация сына прошла в минувшую пятницу, послезавтра надо бы огласить результаты. Как сказал кто-то из древних – информация правит миром. И Кремлев это понимал как никто. О том, что сын получил источник Рода, высшее проявление ледяного урагана, никто не знал; он будет и дальше поддерживать слух о том, что Кремлевы вырождаются. Это и спровоцирует всяких шакалов на опрометчивые действия, а уж он своего не упустит. Император мудро не вмешается, а вот когда всё будет ясно, то поможет добить проигравшего. Такие правила игры.
– Добрый день, пресветлейший кронфист! Была ли легка ваша дорога? Благоволила ли птица Гамаюн? – раздалось сзади. Подошедший к ним седовласый доктор был уже очень стар, но магия и технологии в своем торжественном симбиозе помогали мужчине сохранять почти юношескую прыть.
– Оставим формальности, барон! Можете называть меня просто граф, – легким кивком поприветствовал крон-граф этого влиятельного человека. Многие аристо обломали свои зубы об «Адского доктора» Игоря Швельникова, в прошлом личного врача императора и не последнюю фигуру при дворе, когда-то служившего под началом самого Варлаама Смертоносного и бывшего не последним из лучших. Не уровень крон-графа по силе, далеко нет. Но чистая сила не всё решает в бою.
– Что ж, воля ваша, граф! – пожал плечами доктор Швельников, сохраняя благожелательное выражение лица. – Желаете сразу его посмотреть?
– Не откажусь... – согласился Кремлев и под руку с супругой проследовали за доктором в довольно просторный зал с мягкими креслами.
Это помещение напоминало полицейскую комнату, которая обычно соседствовала с допросной: добрую половину стены занимало огромное стекло, которое с той стороны было зеркалом. В абсолютно белой комнате со скрещенными ногами сидел... Арнольд Кремлев собственной персоной. Напротив него стоял стол и стулья, такие же белые, как и окружающее пространство. Но мальчик по каким-то причинам предпочитал пол. Граф пригляделся. Те же темные волосы, фамильный красивый прямой нос, телосложение такое же худощавое. Все детали были воспроизведены с изумительной точностью, хотя крон-граф и предпочел бы, чтобы сын был более мускулистым в семнадцать лет. Но увы, младший пренебрегал физическими упражнениями, ограничиваясь только лишь фехтованием легкой рапирой и искренне считал рукопашный бой уделом вульгаров и слуг. Ну хоть в рапире был неплох. Доктор подал стул графине, а вот муж её остался стоять, не сводя взгляда с точной копии его сына. Он силился найти хоть какие-то внешние отличия, внутренне страшась той мысли, что где-то ходят подмененные копии людей. Возможно, при дворе императора, а может, и в его охране... Прервал его доктор, словно прочитавший его мысли:
– Это первый успешный образец. Мы пробовали и раньше, но ничего не получилось. Да и после, если честно, пробовали. Тоже ничего. Тело отторгает сознание и без него быстро увядает. Это удача, божественное вмешательство.
– Странно... – медленно промолвил граф и спросил: – А в чем проблема? И почему получилось сейчас?
– Да мы сами толком не понимаем, – развел руками доктор. – Мы провели ритуал призыва души, как с артефактом. Мы и раньше так делали. Не получалось, а тут почему-то вышло.
– То есть у вас есть все данные по шагам, как вы это делали, и вы не можете повторить? – уточнил граф, внутренне усмехнувшись.
– Точно так, – удрученно сказал доктор. – Все документы передали в министерство тайных дел, разумеется, убрав все данные о личности созданного.
– Хорошо. Может, с ним кто-то поговорит? Я хочу услышать голос.
– Извольте! – доктор Швельников сделал знак сотруднику лаборатории, довольно молодому парню в очках, и тот вышел.
Спустя минуту человек в халате вошел к мальчишке, который уже открыл глаза и внимательно следил за открывшим дверь. Тот прошел мимо, сел за стол и достал блокнот с ручкой.
– Здравствуй! – обратился к мальчишке парень в очках.
– Добрый день, – лицо мальчика ничего не выражало, особенно желание продолжать коммуникацию. Он просто смотрел на сотрудника серо-голубыми глазами, точь-в-точь такими же, какими мог похвастаться крон-граф.
– Как тебя зовут? – поглядел сотрудник лаборатории на мальчишку поверх очков, делая пометки в блокноте.
– Арнольд, – ответил мальчишка.
– Полное имя, пожалуйста!
– Арнольд Андреевич Кремлев! – послушно ответил подросток.
– Как зовут твоего отца и какой у него титул, должность? Кратко расскажи несколько фактов, – парень продолжал что-то писать в блокноте. – Какие сам сочтешь нужным.
– Андрей Иванович Кремлев. Полный титул – пресветлейший кронфист, железный кулак короны, второй заместитель эрц-герцога Лайского. Имеет две официальные жены и четыре наложницы.
– Достаточно! – ещё одна запись в блокноте. – Про Род несколько фактов, пожалуйста.
– Кремлевы. История насчитывает 800 лет. На данный момент обладают двумя третями владений от пиковых значений. Стихии: вода и её производная – лёд. В данный момент находится в союзе с Давыдовыми и Бельскими, пакт о ненападении с Кронбергами и вражда с Мустафиными и Куракиными.
– Хорошо... – человек в очках вопросительно посмотрел на зеркало: мол, ещё что-то?
По ту сторону стекла граф Кремлев Андрей Иванович удовлетворенно хмыкнул. По условиям контракта они должны были научить это существо, магического гомункула, базовой информации о мире, о семье, манерам и так далее. Его устроило то, что он увидел. Доктор молча протянул ему результаты расшифровки генома. Граф взглянул: совпадение с его сыном было 99,998 % – достаточно, чтобы пройти любую проверку, в том числе и магией крови. А большего ему и не нужно. Этот экземпляр – человеком его язык не поворачивался назвать – послужит великому делу. План был довольно прост: если в семье рождался неодаренный, то по эдикту аристо могли отказаться от него, но это не освобождало ребенка от обязанности обучаться в военной академии. Они ставились на государственное довольствие, но государство никому не помогает просто так. Отказники должны были отработать в казенных структурах положенный срок, оставаясь там, пока не обрастут нужными связями. Если преодолевали психологический слом – высшее общество отвергало их: без магии – считай, что инвалид, вырожденец. Другое дело, что и магия была иногда бесполезной или слабой. Открытой вражды не было, но на светских приемах их не жаловали и обсуждали за спиной, если кто-то выбивался в люди (последнее бывало крайне редко). Ну а вульгары... вульгары считали их аристо и некоторые отыгрывались на них за унижения от власть имущих. Или пытались. Всё-таки совсем без защиты Род мало кого оставлял. Надо уж совсем отличиться, впрочем, и такие случаи бывали.
– Ну что ж... – доктор протёр не нужные ему очки, которые носил просто для солидности. – Остался последний документ, и можете уезжать.
– Да, не буду больше Вас задерживать, – не глядя в его сторону, ответил крон-граф, мысленно уже разыгрывая только что приобретенную карту в бесконечных дворцовых интригах. – В машину его отведите!
Доктор Швельников смотрел, как уезжает машина крон-графа и увозит очень удачного гомункула. Сколько он их сделал для различных целей? Сотни? Но почти все они не могли пережить и первую неделю – впрочем, больше обычно и не требовалось. Этот был по всем показателям человек, и хотя никакой запретной магией в лаборатории не пользовались, но интуиция бывшего инквизитора буквально кричала, что дело тут не чисто. Лже-Арнольд был первый удачный эксперимент, и не видать бы Андрейке его как своих ушей, но верховный сюзерен решил иначе. Этот надутый индюк, крон-граф, занят своими мелкими интрижками, которые император, долгих ему лет, видит насквозь. Но его, доктора, дело маленькое – сделал тело и доложил куда следует, дальше не его забота. На карманный магический интеллектограф по закрытому каналу связи пришло сообщение с одним единственным словом: «Забудь». Швельников выдохнул, убрал маграф, достал трубку и выкинул крон-графа с поддельным сыном из головы. Дел ещё куча, ну а пока можно отдать должное хорошему табаку.
Всю дорогу обратно крон-граф через свой дорогущий маграф отдавал указания, не обращая никакого внимания на лже-Арнольда с женой. Мария украдкой смотрела на подростка, но не решалась заговорить – у неё ещё будет время. Было сложно принять, что сидящая рядом точная копия её сына – это не он, а искусственно созданное существо. Арнольд никаких эмоций и желания начать коммуникацию тоже не проявлял, предпочитая смотреть в окно. Но красивые виды природы, а потом и мегаполиса, казалось, совсем не тронули шедевр генной инженерии. Крон-граф приказал остановиться около внушительного здания «Исконного камня» – корпорации, которую он возглавлял, – и, бросив короткое «Буду вечером», вылез из машины.
– Что ж, мы приехали, – произнесла Мария спустя ещё полчаса быстрой езды по городу и после короткой паузы добавила: – Арнольд, можешь выходить.
– Хорошо, – равнодушно отозвался парень, вылезая из машины и осматриваясь.
Усадьба Кремлевых была добротным трехэтажным зданием в неоготическом стиле, но в этом квартале не выделялась ничем особенным – сплошь дома аристо. Участок был относительно небольшой, однако этот район считался элитным, и любой уважающий себя человек высшего света стремился купить тут жильё. Вдали от шумных автострад и ветки метро, весь в зелени – не всякая машина могла сюда заехать, КПП через каждые добрые триста метров. Надо ли говорить, что стоило это баснословно дорого, даже по сравнению с центром столицы, который был сплошь усеян историческими административными зданиями.
– Пошли, Арнольд! – требовательно произнесла графиня и, развернувшись, поцокала каблучками по мраморной плитке ко входу в сам дом.
Парень покорно брел за женщиной, вроде бы смотря в одну точку, но тщательно сканируя пространство боковым зрением. Поднявшись по шикарной лестнице, которая стоила как бюджет годовой какого-нибудь поселка, они пошли по второму этажу. По пути им не встретилось ни одного человека: слуг заблаговременно распустили по домам – ни к чему им знать хозяйские тайны. От барельефа воина в древнеславянской броне отделилась прозрачная фигура и преградила им путь.
– Спокойно! – Мария подняла руку с перстнем. – Все свои!
Дух-хранитель подлетел к Арнольду, сделал пару кругов. Даже не обладая магической эмпатией, можно было догадаться, что тот обескуражен. Обладая зачатками сознания, этот рукотворный реликт магического зодчества Ушедших также имел высокую чувствительность и наверняка понимал, что перед ним не совсем сын графа. Если бы точно знал, то напал бы немедля – в список лиц-исключений Лже-Арнольда не включали.
– Не двигайся, – прошептала Мария, слегка придержав Арнольда за рукав. – Ярополк не нападет без приказа. Но лучше тебе одному тут не шастать.
Дух сделал несколько кругов вокруг парня и растворился. Мария облегченно вздохнула, оглянулась на Арнольда и потянула его за собой. Идти было недолго. Вскоре они остановились перед обычной дверью, за которой скрывалась комнатка, видимо, для слуг. По сравнению с остальным домом там было очень скудное убранство: обычная кровать, стол, стул и холодильник. Не маговизора с доступом в инфосеть, даже обычной музыкальной шкатулки не было – это всё излишества для тех, кто тут только ночует.
– Заходи! – Мария пропустила Арнольда вперед и остановилась в дверях. – Сиди тут до приезда графа. Ты всё узнаешь позже. Я позову тебя.
Арнольд молча сел на безупречно заправленную кровать и уставился на Марию глазами её сына. Та слегка вздрогнула, прогоняя наваждение: всё-таки это существо создавало эффект зловещей долины. Никаких эмоций она от псевдосына за всё время, что они провели рядом, так и не увидела. Одним словом – голем или гомункул, чёрт его разберёт, что там сотворил этот спятивший на почве магической генетики Швельников. Мария хотела было предложить ему поесть, но разозлилась на себя за секундную слабость и стремительно вышла из комнаты. Если бы она обернулась, то наверняка увидела бы, как на мгновение губы существа, так сильно похожего на её сына, тронула лёгкая полуулыбка.
Графиня не могла понять своё состояние. Её почему-то дико пугал этот... монстр. От того, что он был как две капли воды похож на Арни, было вдвойне страшно. Она бы никогда не перепутала своего мальчика с этим дубликатом, ей было сначала жаль его: весь день не ел – всё-таки ребенок. Нет! Одернула она себя. Не ребенок, а созданное существо. К тому же род Кремлевых следовал древним обычаям. Завтра ритуал магии крови сделает его «возвратившимся родичем», он будет публично объявлен пустышкой и через минуту изгнан из Рода как Арнольд Кремлев. Их с Андреем сын уже далеко, враги Рода немного успокоятся, зато через лет пять их ждет весьма неприятный сюрприз. Урожденная Вельская, графиня не хотела сначала выходить замуж за Кремлева, но её желание – ничто перед желанием Рода. Вельские снова на плаву благодаря инвестиционным контрактам от «Исконного камня». Её отец, долгих лет жизни, переписал на неё усадьбу в Малом Суздальце аккурат под их с Андреем медовый месяц. Само поместье ей было не так чтобы и нужно, а вот выражение лица старшей сестры до сих пор грело сердце. Эта змея планировала заселиться туда со своим муженьком, купцом Барышниковым, но кто он и кто Кремлев? От приятных мыслей её отвлек звонок мужа. Тот поинтересовался судьбой Лже-Арнольда и сообщил, что привезет волхва уже к вечеру. Мария выдохнула: не очень хотелось находиться ей тут вместе с гомункулом ещё лишний день, а ночевать вне дома порядочная дама позволить себе не могла. Это муж имел право хоть в баню с куртизанками, хоть на охоту с другими графьями, обществом такое не то чтобы сильно осуждалось. Главное – без огласки.
По камерам было видно, что парень никуда из комнаты даже не пытался выйти, всё время сидел, скрестив ноги, как и в их первую встречу. Да он кто угодно, но точно не человек! – думалось Марии. Не может человек сидеть и в стену смотреть несколько часов. Она уже приняла ванну, поела, немного поспала с дороги и сделала заказ ужина в любимом ресторане мужа, а этот недо-Арнольд всё сидит и пялится на одноцветные обои. Муж приехал как и обещал, ровно в восемь вечера, и не один. С ним, как и планировалось, был Волхв – степенный седовласый крепкий пожилой мужчина в серой хламиде. Мария хлопнула в ладоши, перед ней возник дух-хранитель дома, отдала приказ заполнить пентаграмму в подвале магией для ритуала, открыть дверь и включить свет на террасе. Сама же подошла к шкафу и выбрала себе простое черное платье, без вульгарных декольте и прочей плебейской атрибутки – не пристало графине зажигать желание в посторонних мужчинах намеренно. Но она вызывала его и в простом наряде и прекрасно это понимала. Сочетание красоты и интеллекта позволило Марии отправить первую жену, Александру, в почти бесконечный отпуск вместе с её непутевой дочерью. А всего лишь надо было зарубить её поступление в столичную Академию и подсуетиться, чтобы взяли в Йольбурге. Эта дура её ещё благодарила. Андрей не вмешивался – дочери надо было ещё доказать, что она достойна внимания главы Рода. Вот и получилось, что Екатерина уехала вместе с матерью жить в уральское имение, оттуда до Йольбурга – полчаса на скоростном поезде. Марию даже расстроило немного, что не было никакой борьбы. Она даже заметила облегчение на лице первой жены во время их отъезда – даже фамильные украшения взяла только те, которые были в приданом.
В прихожей раздались голоса: мужчины о чем-то переговаривались. Мария стояла в коридоре около лестницы и спустилась ровно в тот момент, когда дух ей сообщил, что пентаграмма заполнилась.
– Добрый вечер, Радомир! – кивнула женщина волхву. – Муж мой!
– Мария, – степенным басом ответил Волхв. – Лёгких лет!
– Всё готово? – не стал утруждать себя этикетом крон-граф.
– Да, пентаграмма заполнена, – благожелательным тоном, каким и пристало разговаривать жене аристо, сказала Мария. – Я скажу Арнольду, чтобы спускался?
– Будь добра, – крон-граф повернулся к Волхву. – В процедуре будет один нюанс. Был бы признателен, если бы это не ушло дальше этой комнаты.
– Сварог свидетель! – пробасил Волхв. – Мы в долгу перед Вашим дедом.
Ритуальная комната располагалась в подвале поместья и представляла собой круглое помещение с высотой потолка примерно метров пять. Места тут бы хватило, чтобы провести думский совет на сто соборных бояр. В центре начерчена искусными умельцами пентаграмма с рунными письменами. Рисунок светился от наполняющей его силы и немного гудел – любой одаренный в этом месте чувствовал бы себя весьма неуютно. Мария проводила мужчин до входа и пошла обратно – не пристало женщине там находиться в такие моменты. Спустя несколько минут в Ритуальную комнату вошел Арнольд и молча прошел в центр пентаграммы. Волхв, нахмурив кустистые брови, смотрел на подростка, недоумевая, почему Арнольд не поздоровался: ведь они с Радомиром были прекрасно знакомы. Крон-граф шепнул ему что-то на ухо, и Волхв задумался ещё сильнее.
– Начнем! – крон-граф поднял руку с фамильным перстнем. Камень в нем засветился от магической силы, послушная воле хозяина дома пентаграмма начала отдавать накопленную силу. Магия коконом окружила подростка. Появились духи крови и рванули к Арнольду, но барьер пентаграммы не давал им приблизиться. Духи были голодны и опасны: на людей, находящихся под защитой дома, они не реагировали, а вот подросток был лакомой добычей.
Волхв взмахнул посохом, и духи замерли, дрожа и мерцая. Раздался утробный недовольный вой, от которого холодело где-то внизу живота. Арнольд выглядел как будто ничего не происходило, чем немало удивил мужчин.
– Заклинаю вас силой Сварога! Космосом и Мораной! – произнес громко Волхв, перекрывая вой духов. – Служите Роду! Проверьте его на кровь! – и обратился уже к подростку: – Ты согласен стать частью целого, отрок?
– Да, – кивнул спокойно Арнольд, будто соглашаясь на товары по акции в супермаркете.
– Да будет так! – заключил Волхв и ударил посохом о каменный пол Ритуальной комнаты.
Сразу произошли две вещи: упал магический барьер вокруг подростка, и духи крови снова получили свободу. Самая сложная часть: если расчеты крон-графа неверны, или Швельников указал неверный процент соответствия, или какой-то неучтенный фактор – духи крови просто разорвут неодаренного в клочья. Но, слава Перуну, обошлось. Волхв и крон-граф выдохнули: духи не тронули парня, лишь немного покружившись рядом. Один, правда, всё-таки слегка царапнул щеку, обозначив, что не до конца поверил в то, что этот человек – часть Рода.
– Всё... – устало произнёс Волхв и развеял духов крови. – Он теперь ваш, родной.
– Замечательно! – весело ответил крон-граф. – Ты можешь идти, Радомир. Теперь я и без тебя справлюсь.
– Господа! – раздалось со стороны входа в ритуальную комнату, и вошел богато одетый человек в черном костюме с вензелем на груди, говорившим о том, что данный субъект является ни кем иным, как имперским нотариусом.
– Андрей... – начал Волхв, так как понимал, что нотариус нужен только в одном случае – засвидетельствовать документально изгнание из Рода.
– Потом, Радомир! – крон-граф уже не смотрел на жреца Сварога. – Джулиус, вы готовы?
– Разумеется! – покопавшись немного в сумке, нотариус достал пергамент и императорскую печать. – Начнем!
– Грех это... – пробурчал Волхв, виновато взглянул на Арнольда и пошел к выходу.
– Именем Рода! – поднял крон-граф перстень. – Бездарность не может быть частью! Изгоняю тебя! Арнольд Кремлев!
Пентаграмма яростно взвыла от двойной нагрузки. Через магические возмущения на мгновение проступило грозное лицо далекого предка – он явно не одобрял происходящего. Но какое дело крон-графу до каких-то теней прошлого? Его время давно прошло, а историю творят живые! Над Арнольдом появилась пока ещё нестабильная линия энергии, уходящая в астральные сферы и соединяющая с единым целым. Крон-граф взмахнул перстнем и словно невидимым мечом перерубил едва оформившуюся связь. Адская боль пронзила подростка, и он упал на одно колено.
– Ну вот и всё! – Крон-граф удовлетворенно кивнул нотариусу. – Всё удалось?
– Естественно! – Джулиус продемонстрировал пергамент с печатью, который в магическом зрении светился неприятным красным цветом. – Этот документ сегодня же будет отправлен в главную канцелярию.
– Огромное спасибо, что уделили время, – коротким кивком поблагодарил крон-граф нотариуса. – Я провожу. – Потом обернулся к Арнольду: – А ты жди в прихожей. Скоро вернусь.
Полчаса парень сидел на великолепном диване (судя по окрасу, его вставки были выполнены из настоящей кости какого-то редкого животного). Мария расположилась, читая «Имперские ведомости» в кресле напротив, делая вид, что полностью игнорирует парня. Однако тот изредка ловил на себе внимательный взгляд, но вида не подавал и разговоры начинать не спешил. Наконец вернулся крон-граф и тоже сел в кресло. Скрестив пальцы, пристально посмотрел на лже-сына и неожиданно спросил:
– А теперь скажи, кто ты?