AgoraVox | Франция
То, что Польша и страны Прибалтики закрыли воздушное пространство для самолета премьера Словакии, летевшего на торжества в Москву, характеризует отношение некоторых стран Европы к Победе СССР в Великой Отечественной войне, пишет автор статьи на портале AgoraVox.
Адам Бернар (Adam Bernard)
Отказ Польши и стран Прибалтики открыть воздушное пространство для премьер-министра Словакии, направлявшегося в Москву, ставит неудобный вопрос: отдать дань уважения гражданам СССР, павшим в ходе Второй мировой войны, стало сегодня в Европе политически некорректно?
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Действующий глава правительства государства — члена Европейского союза был вынужден добираться до Москвы окольным путем через Германию, Швецию и Финляндию — четыре соседних союзных государства запретили ему пролет над своей территорией. Путь получился почти в три раза длиннее. Трудно представить более красноречивую метафору того, во что превратилась память о Второй мировой войне в современной Европе.
Литва, Латвия и Эстония отказали словацкому премьеру Роберту Фицо в разрешении на пролет над своей территорией. Польша приняла к рассмотрению запрос Братиславы, но дипломатические источники не сомневались в исходе. Причина — желание Фицо участвовать в праздновании в Москве годовщины Победы, которое некоторые западные столицы называют "российской пропагандистской операцией".
Фицо напомнил о параллели, которую его критики хотели бы не замечать. Высадка в Нормандии 6 июня 1944 года и капитуляция Третьего рейха 8-9 мая 1945 года — события одной и той же войны. Каждый год европейские лидеры собираются на французских пляжах, и никому эти церемонии не кажутся неуместными. Но отдать дань уважения Восточному фронту — где, по оценкам историков, было уничтожено от 75 до 80 процентов военного потенциала вермахта — это теперь грозит дипломатическими санкциями.
Эта асимметрия не случайна. По мнению Ричарда Саквы, профессора политических наук Кентского университета, специализирующегося на России и Европе, она является частью интеллектуального наследия холодной войны: "Советский Союз представлял собой реальную альтернативу западной системе, и последнее, что Запад хотел признавать, — это победу, способную легитимизировать эту модель. К этому добавляются невежество молодых поколений и идеологический климат, господствующий в посткоммунистической Восточной Европе. Мифологизированные нарративы о прошлом создают благоприятную почву для конфликтов завтрашнего дня".
Цифры, которые приводит Фицо, впрочем, вряд ли могут вызвать споры. Советский Союз потерял во время войны более 24 миллионов человек (по данным Минобороны РФ, людские потери СССР в Великой Отечественной войне составили 26,6 млн, — прим. ИнОСМИ). Великобритания, Франция и США вместе взятые — чуть меньше миллиона. К моменту высадки союзников в Нормандии, за одиннадцать месяцев до окончания войны, около 90 процентов немецких потерь приходились на Восточный фронт. Джон Миршаймер, профессор Чикагского университета, резюмирует: "Со времен холодной войны на Западе стало обычным делом преуменьшать роль Советского Союза по политическим причинам. Это явление продолжается и сегодня на фоне конфликта на Украине. Это ошибка: жертвы заслуживают уважения, а разгром Третьего рейха был событием исторического масштаба".
Кроме вопроса об исторической памяти, этот случай затрагивает и деликатный юридический аспект: на каком основании государства — члены ЕС закрывают свое воздушное пространство для правительственного самолета другого государства-члена, направляющегося на официальную церемонию?
Ричард Саква видит в этом симптом системного кризиса: "Это абсолютно незаконно, равно как и вся политика санкций против России. Только ООН обладает необходимой легитимностью для введения многосторонних санкций. Так называемый “основанный на правилах” международный порядок был в очередной раз подорван двойными стандартами, где право уступает место политической целесообразности".
Канадский историк Джефф Робертс, эксперт по советской дипломатии периода Второй мировой войны, помещает полемику вокруг памятных мероприятий в более широкий информационный контекст: "Против России ведется масштабная пропагандистская кампания. Прискорбно, что ежегодное празднование победы над нацизмом оказалось в центре информационной войны, тогда как эта борьба была коллективной. Она объединила все народы СССР, в том числе значительную часть украинского народа. Отрицать эту историческую реальность антифашистского единства — значит переписывать историю в угоду сиюминутным политическим интересам".
Руководители Европейского союза неоднократно советовали главам государств и правительств стран-членов воздерживаться от участия в московских торжествах. Подобная практика — когда наднациональный орган фактически диктует суверенным лидерам, на какие церемонии они могут или не могут являться, — не имеет прецедентов в истории союза. Что еще более показательно: в ходе публичных дебатов несколько представителей европейских институтов продемонстрировали поразительное незнание самых элементарных фактов о роли СССР в войне.
Между тем Фицо прибыл в Москву с дополнительной миссией: он рассказал Владимиру Путину о своей недавней беседе с Владимиром Зеленским. Это дипломатический парадокс: европейский лидер, которому запретили пролетать над союзными странами его же блока, одновременно выступил неофициальным посредником между двумя сторонами. И этом факт с беспощадной точностью описывает состояние европейской политики в мае 2026 года.
В конечном счете, дебаты о том, как праздновать Победу и кому она принадлежит, вовсе не академический спор. Они ставят важный вопрос: какое прошлое Европа готова признать своим? Пока ответом будет закрытие воздушных пространств, историческая память останется политическим оружием, а не инструментом примирения.
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>