Жанна сидела на чемодане в чужом подъезде, в чужом городе, на чужой улице. Снаружи холодно, чтобы топтаться там в ожидании чуда – его не будут! Его не случилось с приездом мамы. Мама с сестрой не отвечали на звонки, ехать некуда, надо просто сидеть и ждать. Выглядеть полной дурой в глазах незнакомых людей, бомжихой или цыганкой, которую безжалостно выгнали из дома побираться. Только из-за живота её не прогоняли на улицу. На неё обращали внимания, с жалостливым презрением отворачивались, проходя мимо бродяжки. Она совсем не похожа на бродяжку: прилично одета, волосы собраны, чистая обувь. Ах, как налились и распухли у неё ноги, как хотелось снять свои тугие сапожки… Батарея на дешёвеньком телефоне вот-вот разрядится, но её родные по-прежнему не отвечают. На последнем делении батареи ей перезвонил незнакомый номер.
- Жанна? Привет, сестрёнка! – смеющимся, счастливым голоском поздоровалась с ней младшая. – Как меня слышно, а? Звук хороший? Не прерывается?
- Где вы есть?! Я звонила сто раз маме!
- Надо было мне, колючка! – в трубку лился звонкий, как весенний ручей смех.
- Полина!
- Чего орёшь?! – изменилась в голосе младшая.
- Ты мелкая… (Жанна обзывала сестру). Я сижу на твоих вещах!
- Как так?
- Точно так же, как ты оказалась в чужой постели с чужим мужчиной.
- Твоя подруга идиотка! Всё не так поняла. Мама, - другим голосом, немного далёким (Поля обращалась к маме, отведя руку с телефоном в сторону), - Жанна сидит на моих чемоданах в чужом подъезде.
Наталья быстро и взволнованно проговорила что-то младшей дочери, Жанна поняла, что телефон она не слышала. Они едут.
- Никуда не уходи, - издеваясь и смеясь, сказала Поля и положила трубку.
Через полчаса они приехали за Жанной на такси. Полина, пьяненькая от покупок, буквально пританцовывает, видок сестрицы на чемодане, её бледное и злое лицо, а также то, что она сама теперь бездомная, её не смущали.
- Поехали! Мама у машины ждёт, - сказала Полина, - мама решит всё!
- Полина…- придавленной змеёй шипела на сестру Жанна, выходя за ней на улицу. Влажный, колючий от наступающего вечернего мороза воздух щипал обеих за щёки и носы. Полина не пряталась от ветерка, она несла свои пожитки, как королевскую мантию, но кинула в багажник, как мусор в контейнер за гаражами.
- Скорее Жанна! – просила мама, стоя у машины, придерживая дверь. Старшая дочь посмотрела на неё, как будто приморозила. – Садись! Потом объяснишь. Ну и подруги у тебя, - цокнула Наталья, садясь на своё место рядом с водителем.
Дочери сели сзади как можно дальше друг от друга, насколько это возможно в салоне автомобиля. Поля, не переставая улыбаться, смотрела в окно, пускала на стекло пар изо рта, рисовала детские рисуночки. Ей это надоело занятие, ещё больше скуксившееся лицо старшей сестры, Поля достала новенький мобильник из кармана, наклонилась к сестре, протягивая.
- Классный?
Жанна посмотрела в спину водителю и отвернулась с тупым выражением лица, уставилась в окно. Поля с раздражением выпрямилась, села как прежде.
- Куда мы едем? – спросила Жанна у мамы.
- В гостиницу для начала, - возбуждённо ответила она, не оборачиваясь на дочерей. – Ну и подружки у тебя! – ачала Наталья головой. – Одним днём взять и выставить человека! Подскажите средний такой мотель, - Наталья обратилась к водителю, он кивнул.
Жанна гневно смотрела на младшую сестру. Поля продолжала дурачиться, водя пальцем по стеклу.
В гостинице сёстры сцепились! У Натальи глаза лезли на лоб видя, как они машут руками друг на друга, толкаются, орут. Мама разняла их, встала так, чтобы ни та ни другая, не могли нанести увечья себе. Больше всего мама, конечно, волновалась о старшей дочери, такой срок уже! Но слыша, что несёт она о Полине, выходила из себя.
- Как же я устала от вас! – потеряв последнее терпение, Жанна осела на кровать в тесном номере и расплакалась.
- От нас? – возмутилась мама. Полина стояла у окна, скрестив руки под высокую грудью. Ей не стыдно, ей не больно, она ни о чем не сожалеет, плакать она точно не будет, хотя сестра успела влепить ей добрую затрещину. – От нас, значит?
Жанна сидела, склонив голову, растирая быстрыми рывками лоб.
- Лучше успокойся! Тебе нельзя нервничать. Чужому человеку ты готова верить, а родной сестре - нет?
Жанна повернула голову на Полю, она продолжала невозмутимо смотреть в окно расправив плечи, мир должен пасть ниц перед ней, настолько свысока она смотрела туда, где ещё недавно и не знали об этой девчонке из провинции.
- Мы – твои самые близкие люди, - мама присела к дочери, обняла за плечи. Жанна повела ими чуть-чуть, насколько хватило сил, а потом снова опустила. Она не такой боец, как Поля. – Ты такого наговорила сестре, но чем ты лучше?
Жанна отодвинулась от мамы, Наталья без обиняков снова к ней подвинулась и снова обняла за плечи на этот раз покрепче.
- Плохо вам было без меня, плохо. Но вы у меня такие умницы, такие красавицы, - улыбаясь, Наталья наклонилась к лицу Жанны. – Такими взрослыми стали… Сестру надо защищать. Всегда! Даже если не знаешь, права она или нет. Поверь, Жан, подруг много будет, а сестра – одна. Свои дети появятся, а у тебя вот-вот родится первый малыш, сама поймёшь. Ты не дала слова сказать Полине.
- Я три часа просидела в чужом подъезде на чемодане у всех на виду…
- Ну прости, - мама растирала ей руки, чтобы внимание её немного переключилось, — Жанне надо успокоиться, иначе доведёт себя до больницы. – Мы так увлеклись, гуляя по торговому центру, перекусили, потом зашли в салон телефонов, не думала, что у вас уже такой выбор. Там долго выбирали. Я не слышала, как ты звонила.
Полина оставила пустое созерцание на мир, упала на вторую постель, задрав ноги прямо в обуви на покрывало. Жанна снова посмотрела на неё, Поля уткнулась в мобильник. Ей некому звонить, до этого у неё не было телефона (сестра экономила на ней, - считала младшенькая и первым делом сказала об этом маме при встрече). Для Полины мама - богатая заграничная дама, а не простая сиделка и приживалка в семьях зажиточных итальянских пенсионеров.
- Не надо на Полю так смотреть, ты такая же! Тебе не быть другой, вы сёстры. Давайте подумаем, что дальше делать, - предложила Наталья. Полина, насупив брови, повернулась к ним спиной. Жанна оставила свой лоб и волосы в покое, высвободилась от мамы, пошла умываться.
В номере ненадолго воцарилась тишина, только кнопки на телефоне Полины щёлкали.
- Полина! – строго обратилась к ней мама. Она нехотя повернула к ней голову, глядя через плечо. – Брось ерундой заниматься, скажи, в каких районах надо искать жильё? Как тут "у вас"… где объявления находят? - Наталья торопилась. Вот это всё не входило в её планы, когда она возвращалась на Родину. Надо быстро что-то решать.
- В газете «Из рук в руки» и других.
- Я тогда спущусь за газетой, оставаться на несколько дней в гостинице – дорогостоящее удовольствие, я тебе скажу, - Наталья поднялась и стала поправляться перед зеркалом на стене, напротив двери в ванную. – А вы тут поговорите. Только нормально! Не распуская руки, - мама в зеркало уставилась на Полину, - и язык!
- Она первая начала. СиРожа сам ко мне лез.
- Жанна ждёт ребёнка, у неё гормоны, эмоции, с ней нельзя так.
- Я сама схожу, - поднялась с постели Полина. Ей долго собираться не надо, она и так красива, всегда собрана и подтянута. Она выставила ладонь перед мамой, требуя денег на газету. Попить чего-нибудь хотелось (в номере только вода и та из-под крана). Наталья дала дочери деньги, останавливать не стала, пусть идёт. Жанну за это время совсем отпустит.
Наталья осталась одна в номере, дочь долго не выходила из ванной. Это напомнило Наталье, как она ждала Демиса в захудалой гостинице на Кипре. Они заработали прилично денег, Наталья работала горничной в отелях, он… Она толком не знала, чем он занимался, но деньжата у него водились. Два года они жили вместе в небольшой квартирке, ну как жили, Демис постоянно отлучался по ночам, мог вообще не прийти. Наталье говорил, у него дела, у неё проблемы. Он был свой «там», знал их язык, она – никто. Он решал всех их проблемы с визами, договаривался о её работе и оплате. Он, в конце концов, и предложил это сомнительное предприятие, ещё когда они встречались в посёлке. Оба понимали: рано или поздно их связь откроется, его жена разнесёт двухэтажку по соседству по кирпичику, а мужа разорвёт на кусочки и безжалостно выбросит за ворота.
Наталья задумчиво вспоминала.
В следующий раз Демис предложил «двигаться дальше». Вернувшись к Наталье жаркой ночью, примерно в такой номер, настолько маленькая у неё была квартирка. Жадно набросившись на неё, как юный влюблённый. Именно в такие моменты он делал Наталье разного рода сомнительные предложения. Один раз она согласилась, а потом не могла отказать. Было страшно, долго мучила совесть, скучала по детям, страдала, что не может писать им, Демис запрещал.
- Агата узнает, где мы. Сюда приедет! Сотрёт остров с карты мира, а нас с лица земли.
Однажды он сказал, что Наталья едет в Италию, а ему надо "по делам" домой. Туда и обратно, - он обещал. Наталья передала через него деньги девочкам. Как не хватает тех денег сейчас, как не хватает...
Сколько же времени пролетело с тех пор?
Вдруг, как вспышка в голове: сколько времени сейчас?
- Жанна? Жан, – стучалась мама в ванную комнату. – Жан, что ты так долго?
В ответ – тишина, даже вода не журчит, Наталья сильно прижалась ухом к двери.
- Жан, ты уснула? Жанна! – Наталья постучалась громче, дёрнула со всей силы за ручку, но дверь была не заперта сразу поддалась ей.
Наталья ахнула! Жанна лежала на полу без сознания.
Хлопнула и входная дверь, Полина вернулась.
- Полина! – кричала Наталья из ванной, - Поля!
Младшая заглянула к ним. Мама сидела на полу рядом с Жанной, придерживая ей голову, щупая пульс у неё на руке.
- Что с ней? – удивилась Поля.
- Не видишь, она без сознания! Звони в скорую! Вызови врача.
- Но я не знаю как… куда? Какой тут адрес? – тормозила Поля, напуганная до смерти.
- Звони!
- Куда?!
- На ресепшен! Администратору…
- Но не умею… - Полина остро ощутила себя деревенской недотёпой, которая ничего не умеет, ничего не знает в городе.
Мать и дочь заметались по номеру. Наталья звонила куда-то, Поля побежала вниз в вестибюль, туда, где их оформляли в номер.
- Помогите! – кричала она. – Помогите! Моей сестре плохо! Она упала в обморок, она беременна.
Сотрудницы бросили свои дела, побежали за Полиной. Быстро и скорая приехала. И уже доктор мерил давление, считал пульс Жанны, она потихоньку приходила в себя. Живот не болел, крови не было. Головокружение, боль в голове – самое неприятное, что чувствовала Жанна, глядя на врача, маму и сестру рядом. Вот она её мечта – все рядом, семья в сборе. Она улыбнулась, в голове как будто тысячи пчёл зароились.
- Ничего страшного я не вижу, - отчитывался доктор перед матерью больной. Наталья, придерживая подбородок двумя пальцами, не выпускала его из номера, встав у него на пути. – Переутомление, стресс и давление упало. Гинекологу показаться обязательно! Лучше сейчас, - мужчина указал на дверь, ему на следующий вызов надо ехать.
- Я стою на учёте, - вяло произнесла Жанна. – Приеду, схожу.
- Нет, надо как можно скорее. Срок у вас немаленький.
- Я болела недавно – простуда, а тут перенервничала, - держась за затылок, Жанна попыталась оторвать голову от подушки. – Сегодня поеду домой, завтра буду у врача.
- Ей лучше не оставаться одной, - снова к матери пострадавшей.
Полина подскочила с места, подошла к ним.
- Мам? Мы домой едем? – она заглядывала Наталье в самые глаза. Недовольная, глазища огромные. – А моя квартира? Мне на пары завтра.
Фельдшер всё-таки их обошёл, передал рекомендации маме и исчез за дверью гостиничного номера.
- Ты специально это устроила?! – повернулась к сестре Поля. – Решила проучить? Наказать меня? Домой вернуть?
Жанна повернула голову набок, не желая слушать никого.
- Мам, – чуть не плакала Поля, показывая на больную пальцем, - мам… Она специально! Я не хочу домой, - разревелась Полина, - я не хочу в деревню.
- Полина, сестре плохо.
- Здесь больниц нет? Зачем домой? – слёзы так и катились по щекам такой, казалось бы, гордой и холодной девчонки. – У меня универ! Пары!
- Ты и так отправилась бы домой, - тихо сказала сестра, - за свои поступки.
- Нет! Я не вернусь. Мам, пусть едет здесь в больницу.
У Натальи рвалось сердце, она столько наобещала младшей дочери, пока гуляли по магазинам, но Жанне надо к врачу. А если она и вправду симулировала обморок, - на секунду задумалась мать, глядя на дочерей. Одна ревела, навзрыд уткнувшись в подушку на постели. Другая, прикрыв веки, накрыла лицо рукою. Наталья вздохнула:
- Надо было раньше приехать! Хотя бы на год раньше, - мысленно ругая себя, - сколько всего удалось бы избежать! И не страдали бы сейчас мои девочки.
Присоединяйтесь к моему МаХ с рассказами.
У Жанны зазвонил телефон в сумке на вешалке для верхней одежды у двери. Она открыла глаза, посмотрела на маму, та уставилась на неё. Поля оторвалась от подушки, повернулась к ним, перестала реветь и замерла почти в планке на кровати.
- Мам, подай сумку, - попросила Жанна. Наталья принесла дочери сумку. Номер чужой снова незнакомый. Жанна успела ответить в последний момент, - алло...
- Привет, - живительным бальзамом разошёлся по телу ЕГО голос. Он как чувствовал: ей плохо, он ей нужен сейчас, - умоляю, не клади трубку.
Полина, сузив глазки смотрела на сестру, прислушиваясь к любому волнению воздуха в номере. Мужской голос. Она узнала его!
- Жан, ты здесь? Не молчи. Я знаю, ты слышишь меня.
Наталья, сведя брови, уставилась на Полину, она кивнула на больную до этого Жанну.
- Это он! - шёпотом ответила маме Полина.
Наталья хотела выхватить трубку у старшей дочери, Поля не позволила.
- Вот пусть приезжает и забирает! Она его ребёнка носит под сердцем.
Наталья медленно опустила руку. Обе встали, вышли в коридор, чтобы Жанна могла поговорить по телефону, а то молчит, как прибитая, жмурится, кривится. И они обсудят без неё, что дальше делать, кому звонить и куда ехать. Полина очень наделась, что уже без Жанны. Пусть возвращается, делает что хочет со своими проблемами, Полина остаётся тут!
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
продолжение следует________