- Григорий, вы понимаете, что с вашей внешностью в нашем театре вы сможете играть только Отелло? Вы готовы к тому, что главных ролей в классическом русском репертуаре вам не видать? - члены приемной комиссии в «Щуке» смотрели на темнокожего абитуриента с нескрываемым сомнением.
В ту минуту в коридорах театрального училища мало кто верил, что этот «иностранец» с абсолютно русским сердцем и сибирской закалкой станет одним из самых востребованных артистов страны.
Григорий Сиятвинда - человек, который своим талантом взломал все стереотипы отечественного кино.
Он заставил зрителей полюбить своего Михаила Джековича в «Кухне» не за экзотический вид, а за безупречное достоинство и тонкий юмор.
Но почему «главный управляющий» страны до 36 лет панически боялся серьезных отношений? Какую тайну скрывает его мать о побеге из Африки, который больше напоминал шпионский детектив?
И как сегодня живет 56-летний актер, который на вопросы о детях с грустной улыбкой отвечает: «Зато у нас есть фикус»?
Об этом ниже
Возвращение
История Григория началась в 1970 году в Тюмени. Его мама, Тамара, простая русская девушка, во время учебы в Харькове влюбилась в студента из Замбии по имени Дэвид.
Это был классический «фестивальный» роман, закончившийся свадьбой и рождением ребенка. Когда маленькому Грише исполнилось два года, семья уехала на родину отца - в далекую и жаркую Африку.
Там мальчик провел три года. Он вовсю болтал на английском, привыкал к экзотическим фруктам и палящему зною. Но сказка о межнациональной любви разбилась о суровую реальность.
Тамара так и не смогла стать своей среди чужих. Конфликты, разница менталитетов и тоска по дому сделали свое дело. Мать приняла волевое решение: возвращаться в Союз.
Но тут возникла преграда, достойная триллера. По законам Замбии того времени, ребенок после развода родителей должен был остаться с отцом. Тамаре фактически пришлось похитить собственного сына.
Она никогда не рассказывала подробностей, но Григорий знает: это был побег на грани фола.
Пятилетнего ребенка втайне вывезли из страны, и через месяц в заснеженной Тюмени он начисто забыл английский язык, словно пытаясь стереть из памяти африканское прошлое.
Школа выживания
Тюмень конца 70-х - это не Москва и не Ленинград. Появление на улицах темнокожего мальчика вызывало у местных жителей шок. Одноклассники дразнили, взрослые оборачивались и тыкали пальцем.
- Я привык жить под микроскопом. Каждый мой выход из дома был вызовом, - вспоминает актер.
Гриша рос невысоким, но невероятно ершистым. Он не плакал в подушку, а лез в драку, если слышал оскорбления. Характер ковался в постоянном противостоянии.
Он хотел быть как все, даже всерьез задумывался сменить экзотическую фамилию на мамину - Горбатов. Хотел раствориться, стать невидимым. Но сцена спасла его.
В театральном кружке он вдруг понял: его инакость - это не проклятие, а дар. Там, где другие тратили годы на создание образа, Григорию достаточно было просто выйти под свет софитов, чтобы приковать к себе внимание.
***
Дорога к славе была извилистой. После школы Григорий, словно пытаясь доказать, что он свой, - поступил в индустриальный институт на факультет кибернетики.
Программист с африканскими корнями - это звучало надежно. Но после первого курса его призвали в армию.
Два года в танковых войсках окончательно расставили всё по местам. Сидя в железной утробе танка, Григорий понял, что не хочет всю жизнь писать коды. Он грезил шпагами, плащами и мушкетерами.
Вернувшись со службы, он забрал документы из вуза и рванул в Москву.
Штурм театральных училищ был дерзким. В «Щуке» он сразу обозначил свои амбиции: играть Ганнибала и Пушкина. Его приняли. Оказалось, что в этом парне живет невероятная пластика и тот самый «внутренний аристократизм», который позже станет его визитной карточкой.
После выпуска он попал в «Сатирикон» к Константину Райкину, который стал для него вторым отцом и главным учителем.
Солярий от Балабанова
Кино долго не знало, что делать с таким типажом. В 90-е ему предлагали лишь роли бандитов или аферистов. Настоящий прорыв случился в «Жмурках» Алексея Балабанова. Роль Баклажана принесла ему узнаваемость, но мало кто знает, какую цену он за это заплатил.
Балабанову казалось, что Григорий... недостаточно черный для образа африканского наемника в России.
Актера заставляли часами сидеть в солярии, пока его кожа не приобрела нужный режиссеру «угольный» оттенок. Сиятвинда терпел. Он вообще умеет ждать и терпеть, это его главная черта.
Потом был «Отель Элеон», где его герой Михаил Джекович стал национальным любимцем. Зрители увидели не «экзота», а тонкого драматического артиста с безупречными манерами.
Почему боялся женщин
В личной жизни Григорий долгое время оставался «вещью в себе». До 36 лет он жил один. Снимая углы и комнаты в общежитиях. Сиятвинда привык к своему одиночеству.
И панически боялся, что кто-то вторгнется в его мир и разрушит его хрупкое равновесие.
«Я не был ловеласом. Наоборот, я очень трудно шел на контакт. Мне казалось, что семья - это какая-то непостижимая наука, к которой я не готов», - признавался артист.
Коллеги считали его убежденным холостяком, пока в его жизни не появилась Татьяна.
Любовь со второго взгляда
Их встреча была случайной - на съемках фильма «Кинофестиваль». Татьяна, профессиональный хореограф и балетмейстер, ставила танцы, Григорий должен был их исполнять. В первый раз искра не проскочила. Они просто поработали и разошлись.
Судьба дала им второй шанс через полгода. Они снова пересеклись на площадке, и вот тут Григорий «пропал». Он, который на сцене мог быть кем угодно, в жизни оказался робким подростком.
Он долго не решался попросить номер телефона, а когда наконец созрел для предложения, не мог вымолвить ни слова от волнения.
Они поженились в 2006 году. Татьяна оказалась тем самым идеальным пазлом.
Она тоже ценила личное пространство, не устраивала сцен ревности и понимала специфику актерской работы. Она стала его первой и единственной женщиной, с которой он решился делить не только быт, но и жизнь.
«Философский» фикус
Сегодня Григорию Сиятвинде 56 лет. Он в отличной форме, много работает, озвучивает мультфильмы (его Мауи в «Моане» - шедевр), играет в театре. Его брак с Татьяной длится уже почти двадцать лет, и в актерской среде этот союз называют образцовым.
Единственный вопрос, который по-прежнему терзает журналистов и поклонников: почему в семье нет детей? Григорий отвечает на это без агрессии, но с легкой грустью.
- От нас это никак не зависит. Это божественный сценарий. Видимо, наши дети еще просто до нас не дошли, застряли где-то в пути, - говорит он.
Они не делают из этого трагедии, не бегают по клиникам и не выставляют личную жизнь на ток-шоу. В их доме живет любовь и... фикус, который они в шутку называют своим главным наследником.
Григорий нашел свой мир, свою тихую гавань в Москве, о которой когда-то мечтал в далекой Тюмени.
История Григория Сиятвинды - это рассказ о том, как важно оставаться собой в мире, который постоянно пытается наклеить на тебя ярлык. Он прошел путь от затравленного «иноземного мальчика» до мэтра сцены, сохранив при этом удивительную чистоту души и верность своим принципам.
Глядя на его счастливую улыбку рядом с Татьяной, понимаешь: он всё-таки дождался своей главной роли. И в этой роли нет ни грамма фальши
Нравится актер? Пишите свое мнение в комментариях, обсудим
Спасибо за лайки! Хорошего настроения. Не забудьте подписаться на канал, обсуждаем новые темы каждый день
Популярные статьи: