На днях, во время общения с журналистами, президенту России задали вопрос, остались ли в Западной Европе здравомыслящие политики, с которыми можно вести диалог. Есть ли кто-то, кого сам Путин предпочёл бы видеть в качестве переговорщика от ЕС?
Обычно президент редко «переходит на личности», и, честно, я ожидал какого-то нейтрального ответа, однако Путин умеет удивлять. Он прямо и без экивоков ответил: «Для меня лично предпочтительнее бывший канцлер Федеративной Республики Германия господин Шрёдер». Конечно, потом он уточнил, что выбор лидера, вызывающего доверие, остаётся за европейцам, но факт остаётся фактом — конкретная фамилия была названа.
Сам Шрёдер от комментариев отказался, а правительство Германии назвало предложение «не заслуживающим доверия».
Почему же Путин вспомнил экс-канцлера?
Их деловые отношения начались ещё в начале 2000-х. Не последнюю роль в этом сыграл тот факт, что президент России свободно говорит на немецком языке и нередко два лидера общались без помощи