Великолепно исполненная музыка Дмитрия Шостаковича, финальный хор каторжников и символические стропила вместо декораций произвели сильное впечатление, когда я слушала оперу «Леди Макбет Мценского уезда» в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. Премьера новой постановки состоялась в марте 2026 года и я мечтала её посмотреть, потому что слышала арию главной героини в замечательном исполнении Александры Зотовой на акции «Ночь театров» (снятый тогда ролик пользуется большой популярностью у подписчиков нашего блога). И вот моя мечта осуществилась в начале мая.
Необычно, что в спектакле нет увертюры: при первых же звуках оркестра занавес раздвинулся и купчиха Катерина Измайлова (солистка Александра Зотова) сразу начала жаловаться на скуку. Действие развивалось динамично; известный сюжет Николая Лескова был слегка сокращён и некоторые эпизоды исчезли, что не нанесло ущерба фабуле о тёмных порождениях купечества, когда нравственная духота становится источником преступлений. Драматические музыкальные темы то нарастали тромбоном, то контрастировали с английским рожком, то завершались литаврами, то прерывались ехидны гобоем– звуковая живопись Шостаковича поражала эмоциональной силой и разнообразием.
Правда, порой оркестр заглушал голоса солистов и приходилось всматриваться в монитор с титрами, чтобы понимать ход событий. Даже прекрасный тенор Николая Ерохина (он исполнял роль любовника Сергея) иногда был невнятен из-за мощного звучания оркестра. Я порадовалась, когда полицмейстер, прежде чем арестовать Катерину и Сергея, вышел со своей арией в зрительный зал и прохаживался перед первым рядом партера; слова были хорошо слышны и музыка подчеркивала их смысл, а не перекрывала.
Трагические события следовали беспрерывно, Катерина убила сначала свёкра, потом мужа, чтобы устроить счастливую жизнь с любовником, да не удалось. Вначале, пока ещё все были живы, действие происходило на фоне светлых наклонённых конструкций, которые напоминали то ли стропила под крышей амбара, то ли косые лучи солнца. Но вот произошло первое убийство, и лучи потемнели, превращаясь в нагромождение обгорелых брёвен. Ясная и упорядоченная жизнь утрачена, души обезображены. В конце концов, тайное стало явным, Катерина и Сергей были закованы в кандалы и отправлены по этапу, а те выразительные стропила-брёвна трансформировались в густой лес за спинами каторжников.
Тут-то Катерина бросилась в реку, да не одна, а прихватив с собой разлучницу-каторжанку, приглянувшуюся Сергею. Кандалы утянули женщин под воду, никто не успел их спасти. Финальный хор каторжников полон глубокой печали, «эх, вы дали необъятные, дни и ночи бесконечные, наши думы безотрадные и жандармы бессердечные». Эти слова не могут не вызывать сочувствие тяжёлой доле людей, бредущих в кандалах по этапу.
Возможно, именно из-за финальных слов опера была исключена из репертуара в 1934 году, хотя тогда она пользовалась огромным успехом у публики. Теперь первоначальный вариант оперы вернулся на сцену, где шёл много лет назад. И зрители снова благодарили артистов аплодисментами и возгласами «Браво!».