Здравствуйте, уважаемые читатели канала "ТанкоГРАД"! Сегодня поговорим о машине, имя которой у многих до сих пор вызывает вполне понятное уважение. Речь пойдёт об ИСУ-152 - тяжелой советской самоходке, которую фронтовики нередко называли «консервным ножом» для немецкой бронетехники и одновременно тараном для укреплений. Причём вокруг этой машины за годы выросло столько легенд, что иногда сложно понять, где заканчивается реальная история войны и начинается красивая фронтовая байка. А ведь судьба ИСУ-152 куда интереснее любых мифов.
В первые месяцы Великой Отечественной Красная армия вообще почти не имела полноценных самоходных артиллерийских установок. Ставка делалась на танки, которые должны были и прорывать оборону, и давить огневые точки, и поддерживать пехоту. Но война очень быстро показала неприятную вещь: танк не может одинаково хорошо выполнять вообще всё. Немцы насыщали фронт противотанковой артиллерией, укрепляли оборону, а советским войскам требовалась машина, способная вытащить на передний край по-настоящему мощное орудие.
Вот тут и начинается история советских САУ. Конструкторы пошли по максимально практичному пути. Никто не собирался с нуля проектировать отдельные шасси, когда фронту ежедневно требовались сотни единиц бронетехники. Поэтому самоходки создавались на базе уже существующих танков. Легкая СУ-76 выросла из Т-70, средние машины строились на основе Т-34, а тяжелые установки получили базы от КВ, а позже и от ИС. Такой подход серьезно упрощал производство, ремонт и снабжение запчастями. И это в условиях 1943 года было критически важно.
Первой по-настоящему тяжелой самоходкой стала СУ-152 на базе КВ-1С. Машина успела отметиться в боях 1943 года и показала себя весьма неприятным противником как для немецких укреплений, так и для бронетехники. Производство самого КВ-1С постепенно сворачивалось, потому что советская промышленность переходила на выпуск нового тяжелого танка ИС. А значит, потребовалась и новая тяжелая самоходка на его базе. Так появилась ИСУ-152.
Машина получилась внушительной даже по меркам конца войны. Масса около 46 тонн, лобовая броня до 90 мм, экипаж пять человек. По шоссе ИСУ-152 могла разгоняться примерно до 40 км/ч, хотя в реальной боевой обстановке такие скорости почти никогда не достигались. Особенно весело было на разбитых дорогах Восточной Европы, где тяжелая техника нередко ползла чуть быстрее человеческого шага. Но главным козырем самоходки была вовсе не скорость.
В рубке установили знаменитую гаубицу-пушку МЛ-20С калибра 152 мм. Орудие адаптировали специально под самоходную установку, и получилось, без преувеличения, страшное оружие. Снаряд весил почти 44 килограмма. Даже когда броня немецкого танка выдерживала попадание, экипаж внутри зачастую получал такой удар, что машина превращалась в груду металла. Башню могло сорвать, механизмы заклинить, а боекомплект внутри иногда детонировал просто от чудовищной силы удара.
Но здесь, друзья, важно не попасть в ловушку популярных мифов. ИСУ-152 никогда не создавалась как специализированный истребитель танков. Да, в лобовом столкновении она могла уничтожить и «Тигр», и «Пантеру», но "Зверобой" ИСУ-152 создавался не для борьбы с танками Германии! Скорострельность оставалась невысокой, обычно 2–3 выстрела в минуту, боекомплект был ограниченным, а раздельное заряжание требовало времени и физических усилий экипажа. Представьте себе бой в тесной городской застройке, когда заряжающий таскает тяжеленные снаряды, а противник постоянно меняет позиции. Там каждая секунда могла стать последней.
Кстати, именно поэтому фронтовые инструкции довольно жестко регламентировали применение ИСУ-152. Основная задача машины заключалась в разрушении укреплений и подавлении огневых точек. Самоходки обычно двигались позади танков примерно на 200–300 метров, работая по выявленным целям. Причём экипажи старались постоянно менять позиции, потому что немецкая артиллерия очень быстро вычисляла такие крупные и заметные цели.
А вот попытки использовать ИСУ-152 наравне с танками нередко заканчивались трагедией. Машина была менее маневренной, обладала ограниченными углами наведения орудия и представляла собой отличную цель для противотанковых расчетов. Немцы прекрасно понимали, что если подпустить такую САУ слишком близко, последствия могут быть катастрофическими. Поэтому охота за ИСУ-152 велась весьма серьезная.
Особенно тяжело приходилось в городских боях. Будапешт, Кенигсберг, Бреслау, Берлин - там самоходки работали буквально в упор, разрушая дома, превращенные немцами в укрепленные узлы обороны. Один точный выстрел 152-мм снарядом мог снести целый этаж здания вместе с пулеметными точками и засевшей внутри пехотой. Но одновременно город превращался в смертельную ловушку и для самой САУ. Из подвалов били фаустники, сверху работали расчеты гранатометов, а ограниченный обзор усложнял ситуацию ещё сильнее. Поэтому успех применения ИСУ-152 в городе напрямую зависел от взаимодействия с пехотой. Если пехотное прикрытие отставало хотя бы на несколько минут, самоходка могла быть уничтожена очень быстро.
Отдельно стоит поговорить про знаменитое прозвище «Зверобой». Многие уверены, будто ИСУ-152 массово охотилась именно на немецкие тяжелые танки. На деле всё было куда прозаичнее. Да, случаи успешного уничтожения «Тигров» и «Пантер» действительно были. Например, в апреле 1944 года юго-восточнее Станислава подразделения 1-й Гвардейской танковой армии М. Е. Катукова столкнулись с немецкой контратакой, где участвовали 14 «Пантер» и 5 «Тигров». Советские ИСУ-122 и ИСУ-152 встретили их огнем из засад, уничтожив две «Пантеры» и один «Тигр», причем без возможности восстановления. Для немцев такие потери были весьма болезненными.
Однако даже после этого советское командование делало вполне конкретные выводы. Тяжелые САУ рекомендовалось держать во второй линии обороны, за позициями пехоты и средних танков. Использовать их как неподвижные ДОТы перед передним краем прямо запрещалось. Причина проста: дорогую и мощную машину слишком легко было потерять от артиллерии или авиации.
Производство ИСУ-152 тоже оказалось делом далеко не простым. Основной выпуск шел на Челябинском Кировском заводе, знаменитом Танкограде, который в годы войны стал настоящим сердцем советского тяжелого танкостроения. Небольшое количество машин выпускал и Ленинградский Кировский завод. Формально планы выполнялись, но качество первых серий вызывало массу вопросов. Военная приемка постоянно фиксировала брак, а с фронта шли жалобы на надежность отдельных узлов. Причём проблемы сохранялись практически до конца 1944 года. Война требовала количества, а промышленность иногда банально не успевала доводить машины до идеала.
Со временем конструкцию дорабатывали. Одним из заметных изменений стало появление крупнокалиберного пулемета ДШК калибра 12,7 мм. Его начали устанавливать с конца 1944 года. Вроде мелочь, а на практике крайне полезная вещь. Пулемет позволял отбиваться от пехоты, вести огонь по верхним этажам зданий и даже работать по низколетящим самолетам. В условиях уличных боев такая защита была совсем не лишней.
Всего промышленность выпустила 2815 ИСУ-152. Это больше, чем любых других тяжелых советских САУ времен войны. Самоходки сводились в тяжелые самоходно-артиллерийские полки, где имелось четыре батареи по пять машин. Такая структура позволяла концентрировать мощный огонь на наиболее важных участках фронта.
Последней крупной кампанией для ИСУ-152 стала война против Японии в августе 1945 года. В Маньчжурии тяжелые самоходки активно использовались для разрушения японских укрепрайонов.