Праздники закончились, попаданцы нет.
Константин Градов
АННОТАЦИЯ. 28 июня 1941 года. Горящий Ил-2 падает над Березиной. В кабине умирает молодой лейтенант Алексей Соколов — и приходит в себя Сергей Наумов, пилот из XXI века с восемью тысячами часов налёта и чужими руками на штурвале.
Он не знает этого тела, не помнит однополчан, не умеет жить в сорок первом и не собирается никому объяснять невозможное. Впереди — допрос особиста, сырой штурмовик без стрелка, первые вылеты, немецкие колонны на дорогах, горящие аэродромы и Смоленское лето, где советская авиация учится воевать ценой жизней.
Он знает только одно: СССР победит.
Но до Победы — почти четыре года. А до следующего вылета — несколько дней.
ПРИМЕЧАНИЕ. Признаться, отдельные проблески здравого смысла и даже мастерства прорываются сквозь плотную завесу жанровых штампов, словно луч прожектора сквозь туман. Понравилась детализация полётов и машины: хотя иногда и кажется, что автор прямо-таки тянет из читателя восхищение своими знаниями авиации, сами описания ощущений в кабине, нюансов пилотирования Ил-2, работы с триммерами и щитками – сделаны добротно. Чувствуется, что автор погрузился в наставления для пилотов.
Второстепенные герои фактурно выписаны (механик Прокопенко и др.), атмосфера войны тоже передана качественно.
Но есть один существенный минус - стерильность эмоций. Несмотря на трагизм войны, текст остаётся сухим, почти клиническим. Даже описание беженцев ("Женщина шла с узлом на плече... мальчик лет семи... корова шла упёрто") подано с отстранённостью, как с высоты птичьего полёта, а не с сопереживанием.
Да, настоящих эмоций главного героя явно не хватает. Но может автор еще допилит, креста не ставим, читаем.
PS Уже после того, как была написана рецензия, у первого тома появилась плашка Создано ИИ. Автор закрыл комментарии. Вот так и живем…
Марк Грант
АННОТАЦИЯ. Октябрь 1993 года. Андрей Коршунов приходит в себя в обшарпанной хрущевке. По документам он 24-летний лейтенант ФСК, молодой аналитик с туманными перспективами. Но в его голове память и опыт человека из 2020-х годов. Он точно знает, кто из коллег продаст секретные разработки братве, кто из уличных рэкетиров станет олигархом, и как именно будут разграблены стратегические заводы.
ПРИМЕЧАНИЕ. Боже, как же это надоело… Тут у нас опять не герой, а а ходячая энциклопедия "Как Стать Всемогущим В Девяностые. Инструкция От 2020 Года". ГГ знает всё. Он умеет всё. Ему не страшно. Он не ошибается. Он мгновенно анализирует, вербует, обезвреживает и планирует. Откуда такая самоуверенность и непогрешимость? "Академия", – отмахивается он. "В академии так не учат!" – справедливо возмущается один из второстепенных героев. И мы с ним согласны! Диалоги, в которых Андрей постоянно подчеркивает свою уникальную "скорость мышления" и "чтение книг" как источник невероятных способностей, выглядят, мягко говоря, неубедительно.
Стиль изложения... прямолинеен, функционален, но не более того. Предложения короткие, рубленые, информативные. Эмоционального подтекста, игры слов, метафор или хоть какой-то попытки художественности здесь не найти. Зачастую это выглядит как расшифровка протокола или аналитической справки, а не художественная проза.
Интересных сюжетных поворотов не обнаружено, герои картонные, в топку.
Алекс Купин, Владислав Степанович
АННОТАЦИЯ. Что делать молодому сисадмину попав в тело советского сантехника? Конечно же отправиться изгонять нечисть! И не забыть зайти в гастроном, купить молока для Горыныча.
ПРИМЕЧАНИЕ. Итак, перед нами разворачивается история Павла Сергеевича Морозова, 28-летнего системного администратора – оплота стабильности в мире «физики, математики, ну и химии». Но, как известно, «судьба, эта коварнейшая из всех женщин», решает по-своему, и вместо рутинной отладки серверов наш герой получает не то молнией по башке, не то блок питания взрывается, и вот он уже – «с легким паром!» – оказывается в 1985 году, в теле 43-летнего советского сантехника Николая Ивановича Громова.
И не простого сантехника, а, простите за тавтологию, «сантехника-охотника на нечисть». Ибо в этой удивительной версии СССР ЖЭКи имеют «особые отделы», участковые разбираются не только в кражах, но и в «баньши», а вантуз – это, оказывается, «первое орудие против нечисти водяной». Павлу, теперь уже Николаю, предстоит постичь сию дивную «магию намерения», сразиться с «букарицей» в подвале, спасти детей (что характерно, не своих) и наладить контакт с говорящим трёхголовым мини-змеем Горынычем по имени Кузя, который, к слову, обитает прямо у него под диваном и требует мяса.
Концепт, надо признать, обладает некой… абсурдистской прелестью. Идея «особых отделов» в ЖЭКах и аварийных службах для борьбы с нечистью – это, безусловно, заявка на премию имени «Самого неожиданного слияния жанров». Кажется, авторы решили: «Гулять так гулять, пусть будет всё!» И это «всё» получилось… колоритным.
Увы, есть подозрения, что книга была написана ИИ - чрезмерная детальность в ненужных местах и скупость в важных, шаблонность персонажей и диалогов, повторяемость фраз и конструкций: Постоянное «сказал я», «сказал он», «сказала она» с минимумом синонимов или более разнообразных глаголов действия, а также однотипные описания эмоций (нахмурился, вздохнул).
Хорошо бы текст прогнать через детектор, чтобы понимать - нужна тут маркировка или нет.
Андрей Корнеев
АННОТАЦИЯ. Правоверный американец попаданец в СССР 1961-го года. Он ненавидит красную угрозу. Проработал 40 лет на кондитерской фабрике, вместо достойной пенсии трейлерный парк и единственный выход самоубийство. Из трейлера в советскую коммуналку. В тело паренька, что был сиротой и мечтал наесться конфет, потому пошел на кондитерскую фабрику после дембеля.
ПРИМЕЧАНИЕ. Давайте отдадим должное автору за… упорство. То, с какой завидной (или ужасающей?) последовательностью главный герой отказывается видеть очевидное, – это, без сомнения, «клиника». Если целью было выбить читателя из колеи, заставить его постоянно содрогаться от ментальных кульбитов героя, то это достигнуто блестяще. Каждый абзац – это маленькая, но гордая победа абсурда над логикой, что, безусловно, требует определенного таланта. Особенно комично выглядят его «открытия» о том, что в СССР есть горячая вода, вкусный борщ и что люди могут быть добрыми.
В целом же попытка смешать сатиру, альтернативную историю и культурный шок выглядит как винегрет, в который вместо свеклы нарезали гвозди. Информации о быте СССР много, но она подается через такую искаженную призму, что теряет свою ценность. Каждый культурный феномен – от очереди в трамвай до пирожков бабы Дуси – тут же интерпретируется как очередной признак «дикости совка» или коварного заговора КГБ. Если вы не ищете литературного эквивалента просмотра третьесортного документального фильма о "красной угрозе", снятого в жанре "откровенно предвзятое шоу одного актера", то проходите мимо.