"Мама, мы все тяжело больны...
Мама, я знаю, мы все сошли с ума..." (Виктор Цой)
В последнее время автор этих незамысловатых строк стал замечать, что изрядно прибавилось в его окружении тех, кого в честном народе принято называть конспирологами: то бишь тех, кого хлебом (а кого и минтаем), не корми, а дай порассуждать о всемирном заговоре, о тайном мировом правительстве, о сговоре фармакологов и традиционных медиков, продвигающих корыстные интересы ненасытных Ротшильдов в ущерб "настоящей" нетрадиционной медицине, о происхождении жизни на Земле - как эксперимента Разработчика, да и еще много о чем, не вписывающемся в официальную картину миропорядка.
Кто-то из этих адептов заговорщицких теорий, как, например, Соломон, нашему постоянному читателю хорошо знаком, кто-то - не очень.
Сам я к категории этих вечно подозрительных людей (и хвостатых нелюдей) не только не отношусь, но и регулярно пытаюсь, хотя, признаться, и без особых успехов, наставить их на путь истинный, разумный, то есть.
Однако, сделанное мною на днях открытие, о котором и пойдёт дальнейший сказ, льет, вынужден признать, щедрой струёй воду на мельницу моих иррациональных оппонентов.
Речь пойдет об одном весьма странном исчезновении, очень уж похожем на заметание следов преступником, которое автор этих строк совершенно случайно обнаружил, когда готовил статью на одну, давным-давно созревшую тему.
Тема эта частенько всплывает в комментариях к нашим с Соломоном зарисовкам о жизни в Гексагоне (так, по названию геометрической фигуры, сходной по форме с метропольной Францией, называют французы свою страну). И касается она сомнений читателей в психическом здоровье западного обывателя, да и общества в целом.
"Но это же клиника! Как можно в подобную ахинею верить? У них совсем промытые мозги? Они что, там все на голову больные? Это верх безумия! Это что клуб самоубийц?" - регулярно вопрошают удивленные комментаторы, до которых мы с соавтором доносим лишь малую толику того бреда, что приходится нам выслушивать да вычитывать, блуждая по просторам французского информпространства.
"Бред сумасшедшего!" - возмущаетесь вы происходящим во Франции? Но, на самом деле, не такая уж это и фигура речи.
Еще в конце 19 века психиатры (французские, кстати) Э. Ш. Ласег и Ж.-П. Фальре описали одно любопытное болезненное состояние, которое впоследствии получило официальное название: "Индуцированное бредовое расстройство или совместно (общее) бредовое расстройство".
Согласно "Международной классификации болезней" десятого пересмотра (МКБ10), в редакции 2019 года, разработанной Всемирной Организацией Здравоохранения (ВОЗ), индуцированное бредовое расстройство или совместное (общее) бредовое расстройство является психическим заболеванием, ему присвоен код F24 и относится оно к разделу «Шизофрения, шизотипические и бредовые расстройства».
Любопытное, я вам скажу, заболевание, которое не так часто встречается в медицинской практике. Ежели кого интересует, то рекомендую почитать работу (а это почти 600 страниц прелюбопытнейшего текста) психиатра В.С. Ефремова "Индуцированные бредовые расстройства и смежные с ним феномены. Историко-культурный подход".
Самая главная особенность этого недуга в том, что вопреки распространенному мнению о незаразности психических заболеваний, эта болезнь передается-таки от одного человека другому. Только "заражение" происходит весьма оригинальным путем: информационным.
В психиатрии этот способ называется "взаимной индукцией". Это когда бредовые идеи и другие психические расстройства передаются от одного психически больного человека ("индуктора состояния") другому ("реципиенту") или группе реципиентов через тесное вербальное общение.
То есть речь идет о том, что у совершенно здорового человека при определенных условиях, под влиянием психически больного человека (источника бреда), может развиться психическое заболевание - бредовое расстройство (больной принимает индуцированные ему идеи преследования, приближения угрозы, близость конца света).
Обязательное условие передачи заболевания - нахождение реципиента в тесной эмоциональной связи, психологической или социальной зависимости от индуктора (носителя болезни). Очень помогает его развитию - совместное, желательно, изолированное проживание с индуктором бреда, в отсутствии влияния других людей и их мнений.
Чем меньше влияния извне, тем сильнее внушаются патологические идеи индуктора. Идеи эти должны быть правдоподобными, эмоционально заряженными, а состояние реципиента - уязвимым, он либо должен быть легко внушаемым, либо находиться в состоянии постоянного стресса, а лучше - и то, и другое.
Вот как описывает развитие заболевания Ханова О.А., клинический психолог: "Предшественником индуцированного бредового расстройства является специфическое состояние, в котором преобладают ощущение надвигающейся угрозы, чувство безысходности, высокая тревожность, настороженность в отношении происходящего.
Принятие патологической концепции реципиентом дает некоторое чувство облегчения, так как устраняет необходимость самостоятельного поиска логики и познания ситуации. Создается понятная картина происходящего, которая принимается как истинная. Кроме этого, индуцированные бредовые идеи объясняют человеку его тревогу, эмоциональную напряженность, усталость (которые в действительности имеют другие причины). В определенный момент патологические идеи начинают оцениваться реципиентом как истинные, соответствующие реальности. Он принимает доказательства индуктора и псевдологические связи, озвученные им".
Понятное дело, ничто не мешает не больному, а вполне здоровому человеку (или группе людей) стать индуктором "бредового расстройства" у другого человека или у группы людей, или даже у целого общества, достаточно просто соблюсти условия передачи "болезни" (бредовых идей, страхов).
Германия конца 30-х годов прошлого столетия - ярчайший тому пример. Один экзальтированный "индуктор" смог, воссоздав условия индуцирования (уязвимость униженного поражением в войне общества и оголтелую пропаганду своих параноидальных идей), заразить своими примитивными, но эмоционально заряженными идеями общество, превратив нацию, давшую миру созвездие величайших философов, блестящих ученых и деятелей искусств, в творящую невообразимые в своей чудовищности зверства безумную толпу.
Не скажу про всё западное общество, но в более близкой нам с Соломоном Франции "индуцирование безумия" реципиенту (французскому обществу) происходит классическим, описанным психиатрами, способом.
Обеспечена (насколько это возможно в современных условиях) информационная изолированность общества: запрет альтернативных СМИ и монополия доминирующей в обществе идеологии на правду. И это касается не только запрета Russia Today и всех других пророссийских СМИ, но и "отмену" местных вменяемых СМИ, например, тех, что входят в медийную империю миллиардера Боллоре.
"Отменяются" (лишаются доступа к СМИ, навешиваются ярлыки - "черные метки") и свободомыслящие политики, журналисты, специалисты в экономике и геополитике, ставящие под сомнение индуцируемые обществу идеи: "зеленой трансформации", "счастливого глобализма", "безальтернативности европейского пути", "нормальности ЛГБТ повестки", "коммунитаризма", то есть счастливого и взаимообогащающего сожительства коренного французского населения и прибывающих в страну иммигрантов разных культур и вероисповедания, "Новой посткатолической Франции", "неизбежной и скорой конфронтации с Россией" и т.д.
Смею уверить уважаемого читателя: индуцирование населению "антироссийского, русофобского" бреда - это лишь мизерная (пусть и очень важная для нас с вами) часть колоссального по своим размахам процесса по навязыванию обществу бредовых идей, от которых плавится мозг у немногих "незараженных", способных критически оценивать ситуацию, французов.
Кстати, возвращаясь к медицинскому аспекту проблемы, психиатры отмечают, что наиболее часто "реципиентами", то есть жертвами "индуцированного безумия" становятся женщины, которые впоследствии сами становятся носителями (индукторами) и ярыми пропагандистами индуцированных им бредовых идей.
Для иллюстрации происходящего процесса индуцирования бреда приведу несколько безумных заявлений, активно обсуждаемых (то есть распространяемых) на этой неделе местными СМИ и политиками.
Одна из лидеров французских "зеленых", а по совместительству воинствующая вегатарианка Сандрин Руссо, ещё пару лет назад объявила крестовый поход против животноводства, угрожающего, по ее мнению, миру "навозным" глобальным потеплением.
На днях же она разродилась еще одним перлом. Руссо предложила переименовать столь любимое французами кулинарное блюдо "стейк". И называть его, по мнению экологистки, следует "кусочек трупа животного".
"Будет правильно, если в меню ресторанов вместо блюда "антрекот", будет указано - "жареный кусок трупа коровы"", - забавляется в эфире France TV Сандрин Руссо.
В своей ненависти к животноводству и к плотоядным согражданам Сандрин Руссо не одинока. Ее шеф - лидер партии "зеленых" Марин Тонделье тоже любит при каждом удобном случае сообщить о своем веганстве. Ярая противница атомных станций и фанатка ветряков и солнечных панелей, по ее собственному признанию, не ест мяса с 2009 года, и считает, что французы потребляют слишком много красного мяса, что вредит не только, собственно, пожирателям плоти, но и всей планете, так как 20 % всех поступающих в природу парниковых газов в той или иной мере связаны, убеждена Тонделье, с животноводством.
Должен признаться, что и обликом, и своими находящимися за гранью реальности щебетаниями в эфире Марин Тонделье все более похожа на "щелкающую" на инопланетном языке главную героиню трейлера к фильму "День разоблачения".
Пугающее, скажу вам, сходство.
Но не только экологисты-инопланетяне индуцировали свои бредовые идеи французам на этой недели. От "зеленых человечков" не отставали "ядрено-красные" представительницы главной революционной партии "Непокоренная Франция".
"Белой, христианской Франции никогда не существовало!" - ничтоже сумняшеся заявляет лидер фракции этой партии в Национальном Собрании Матильд Пано. Ее партия активно продвигает (индуцирует) свою бредовую идею "Новой (иммигрантской, мусульманской) Франции" с заместившими коренное французское население выходцами из Африки и Ближнего Востока
Ранее второе лицо "Непокоренной Франции" заявило, что при любом раскладе ее партия не признает победу в президентских выборах 2027 кандидата от "Национального объединения", будь то Жордан Барделла или Марин Ле Пен.
И что это значит? Бунт? Революция? Гражданская война? Не ясно, как хотите, так и понимайте, уважаемые сограждане, этот пассаж.
В это же самое время депутат Национального Собрания от всё той же партии "Непокоренная Франция" Сара Легрен в эфире местных телеканалов расчищала место для "Новой небелой Франции" от французских традиций, ценностей, песен.
Сара Легрен: "Праздники французской культуры и национальной кухни, проводимые обществом "Французский канон", должны быть запрещены - они расстилают красную ковровую дорожку фашизму во Франции, они сеют террор в нашей стране!"
Ранее Сара Легрен предлагала запретить (только вдумайтесь) несуществующую в законодательных актах обязанность супругов разделять супружеское ложе. В предложенном Легрен законопроекте предлагалось внести поправки в Гражданский кодекс, уточнив, что "совместная жизнь не может быть истолкована как обязательство вступать в сексуальные отношения".
"Где вы живете? В какой реальности вы живете? В какой Вселенной вы живете? Это же просто безумие? Для вас, все, что французское - это фашизм? Французское - сеет террор внутри страны? Я вам вот что скажу. Да, фашизм вернулся во Францию, но только он прячется под маской антифашизма, рядится в его одежды, стремится запретить все исконно французское! Если что-то и надо в нашей стране запретить, то это запретить запрещать. Надо положить конец террору в нашей стране! Надо покончить с самым страшным террором - террором нашего мозга, наших нейронов", - кричит в эфире SudRadio Андре Беркофф, возмущенный безумием местных политиков.
Не уверен, что Андре Беркофф знает о заболевании под кодовым номером F 24, но его слова - это интуитивный диагноз гдубоко больному французскому обществу
И вот теперь мой самый пытливый читатель наверняка спросит: "А при чем тут конспирология? Теория заговора-то причем?"
А дело в том, что из новой "Международной классификации болезней" одиннадцатого пересмотра" ("МКБ 11") от 2022 года, в отличие от упомянутого выше "МКБ 10", психическое заболевание под названием "индуцированное бредовое расстройство или совместное (общее) бредовое расстройство" исчезло. Его больше нет в списке болезней.
Кто-то скажет: "Рутина, обычная медицинская бюрократическая практика".
Мои же оппоненты-конспирологи (и на этот раз я склонен с Соломоном согласиться) увидят в произошедшем заметание следов преступником, уничтожение улик таинственным Индуктором общественного бредового расстройства:
«Мне нравится, что Вы больны не мной, мне нравится, что я больна не Вами…».
Поддержать наш творческий коллектив можно переводом на карту Сбербанка № 2202 2037 2264 9466 (получатель Дмитрий Владимирович В.)
Наш канал в МАКСе "Франция Баска и Миры Соломона"