Пенсия для диссидента
После неудачных действий по пленению Наполеона у реки Березина командующий 3-й армией адмирал Павел Чичагов впал в немилость и уехал за границу. Там он взял за правило крайне негативно отзываться о России. К нему был послан дипломат П.И. Полетика. На встрече в Париже, выслушав осуждения адмирала всего, что делается у нас в стране, Полетика дипломатично сказал:
– Признайтесь, однако-ж, есть в России одна вещь, которая так же хороша, как и в других государствах.
– А что, например? – удивился Чичагов.
– Да хоть бы пенсия, которую вы получаете из России!
Адмирал всё понял правильно и более о России дурно не отзывался.
Трудный выбор
В разговоре с любовником своей жены, графом де Себуром, господин д’Аржансон, будучи военным министром при Людовике XV, высказался следующим образом:
– У меня есть для вас два подходящих места: должность коменданта или Бастилии, или Дома инвалидов. Если дать вам Бастилию, то все решат, что туда вас упрятал я; если дать вам Дом Инвалидов, все подумают, что туда вас упрятала моя жена.
Как вы думаете, куда спрятался граф де Себур!?
Из кучеров в послы
Однажды, когда прусский король Фридрих II беседовал с французским учёным-энциклопедистом Жаном Даламбером, в комнату вошёл один из слуг короля, очень красивый молодой человек. Даламбер обратил на него внимание, и Фридрих II сказал:
– Это первый красавец в моих владениях. Одно время он состоял при мне кучером, но я подумывал, не назначить ли его послом в Россию.
Король намекал на фаворитов императриц Елизаветы и Екатерины II.
Из рук императрицы
Бедного и усердного чиновника из украинских казаков, Дмитрия Трощинского, Екатерина Великая наградила за труды хутором, а потом прибавила ещё 300 душ крепостных. Испуганный Трощинский, опасаясь мести фаворита Екатерины – Платона Зубова, вломился к царице без доклада:
– Это чересчур много, что скажет Зубов?
– Мой друг, его награждает женщина, а тебя – императрица!
Теперь я всем нужен!
Светлейший князь Варшавский Иван Фёдорович Паскевич однажды сказал маркизе де Виллеро:
– Теперь, когда я фельдмаршал и наместник Царства Польского, оказывается, что каждый был знаком со мною в молодости и даже дружен, а ведь когда я был ещё в чёрных генералах (служил в пехоте, в 26-й дивизии), меня никто и знать не хотел!
Москва-великомученица
Весной 1850 года император Николай Iпосетил Москву. Однажды он пустился в рассуждения о храмах и древностях Москвы и завершил свою тираду так:
– Русские справедливо считают Москву святою.
Находившийся тут же князь Александр Меншиков заметил:
– Москва, действительно, святая. А ещё с тех пор, как ею управляет граф Закревский, она ещё и великомученица.