Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Квартира, которая помнит всё. Глава 36

Мирон смотрел в окно и чувствовал умиротворение. Он шёл к этому долгие годы. Пока в детстве все мечтали стать пожарными, милиционерами и космонавтами, он мечтал о власти и деньгах. О том, чтобы его боялись. Начало здесь. Предыдущая часть 👇 Будучи болезненным, слабым ребёнком, он часто оказывался на задворках любой компании. А то и грушей для битья у более сильных мальчишек. Над ним посмеивались, девочки не обращали на него внимания. А мама, работавшая уборщицей, глядя на очередные синяки, только вздыхала и говорила: - Сила не в кулаках, а в слове, уме. Учись хорошо! А на них не обращай внимания. Папа Мирона умер, когда ему было пять. Работал на стройке, и там, к сожалению, бывают несчастные случаи. Он плохо его запомнил, но зато на всю жизнь он запомнил другое. Они с мамой ходили в строительное управление после трагической гибели отца, и пока та бегала по кабинетам, то попросила его посидеть в коридоре на стульчике. Мирону стало скучно, и он, ослушавшись маму, пошёл по коридору, загля

Мирон смотрел в окно и чувствовал умиротворение. Он шёл к этому долгие годы. Пока в детстве все мечтали стать пожарными, милиционерами и космонавтами, он мечтал о власти и деньгах. О том, чтобы его боялись.

Начало здесь. Предыдущая часть 👇

Будучи болезненным, слабым ребёнком, он часто оказывался на задворках любой компании. А то и грушей для битья у более сильных мальчишек. Над ним посмеивались, девочки не обращали на него внимания. А мама, работавшая уборщицей, глядя на очередные синяки, только вздыхала и говорила:

- Сила не в кулаках, а в слове, уме. Учись хорошо! А на них не обращай внимания.

Папа Мирона умер, когда ему было пять. Работал на стройке, и там, к сожалению, бывают несчастные случаи. Он плохо его запомнил, но зато на всю жизнь он запомнил другое.

Они с мамой ходили в строительное управление после трагической гибели отца, и пока та бегала по кабинетам, то попросила его посидеть в коридоре на стульчике. Мирону стало скучно, и он, ослушавшись маму, пошёл по коридору, заглядывая в приоткрытые двери. Жара стояла, видимо, так создавали сквозняк в кабинетах, чтобы было прохладнее. Никто на него не обращал внимания. Возле одного кабинета он остановился, услышав имя отца.

- Лёнька Васильев доставит нам ещё хлопот! – воскликнул тучный мужчина.

- А кто его туда отправил? А? – спросил второй мужчина. Мирону он не понравился. Так и веяло от него чем-то таким… нехорошим. И говорил он таким тоном, будто разговор для него невероятно скучный.

- Да он не впервой… кто ж знал, что сорвётся!

- «Не впервой!» – передразнил Неприятный Тучного. – В общем, напишем, что сам нарушил технику безопасности, на этом и закроем дело. Я всё улажу. Неприятностей не будет. Некогда расследование проводить. Дом должен быть готов раньше срока! Партия сказала, – закончил он с усмешкой.

Мирону было всего пять, но он тогда чётко понял: отца обвинили в его собственной смерти, хотя он не виноват. А мама, когда он пытался ей рассказать, только вздохнула:

- Фантазёр…

В школе он терпел тумаки молча. Мама тоже ничего не делала, а защитить его было некому. Друзей у Мирона просто не было. Союзников тоже. Мальчик жил, копя внутри себя злобу на обидчиков. Он чувствовал, что обязательно всем отомстит.

Первый перелом случился, когда Мирон перешёл в восьмой класс. Они с мамой жили в семейном общежитии, и в соседнюю комнату заселили молодого человека. Студента. Как он оказался здесь, а не в студенческом общежитии, да ещё и один в комнате, никто не спрашивал.

Мирон с ним познакомился. Тот угощал его иностранными сигаретами*, что тогда было страшной редкостью, жвачкой, какими-то незнакомыми конфетами. Ему казалось, что Федя с ним хочет подружиться, но только позже он понял, что расчёт у парня был другим.

- Подзаработать хочешь? – спросил он как-то, лениво катая во рту жвачку. Они сидели на подоконнике между четвёртым и пятым этажом, и, пока никто не видит, курили*.

*курение вредит вашему здоровью!

- Хочу, – тут же ответил Мирон. – А что делать надо?

Нужно было торговать. Фарцевать, если уж быть до конца откровенным. На дворе стояли семидесятые, до перестройки оставалось не так уж много лет, но дело было подсудное, хоть и прибыльное. Школьники ничего особо дорогого купить не могли, но жвачку, иностранные сигареты, иногда по запросу джинсы. Мирон начал всё это поставлять, реализуя товар через школьные туалеты.

Вот теперь он дорвался до власти. Некоторые, помня, что перед ними слабый, затюканный мальчик, брали товар «в долг», вот только возвращать его не спешили. Тогда к делу подключился Федя и быстро объяснил должникам, что к чему. Его боялись, а следом за ним стали бояться и Мирона.

Очень быстро он стал ставить «на счётчик» тех, кто долго не возвращал обещанное. А к концу восьмого класса его знала вся школа. Вокруг него теперь крутились вчерашние обидчики, надеясь, что им тоже перепадёт непыльная работка. И даже появились первые девушки, которые, наконец, обратили внимание на неказистого паренька. Подумаешь, не красавец! Зато при деньгах и способный достать дефицитные вещи почти что угодно. Самое интересное, что его услугами пользовались даже некоторые учителя, закрывая глаза на деятельность слабого мальчика из бедной семьи.

А то, что он работает на Федю, который пару раз появлялся в их школе, все как-то быстро позабыли. Да и Мирон не спешил об этом всем рассказывать. Учиться дальше он не захотел, а потому после 8 класса ушёл учиться на автомеханика, но бросать фарцовку в школе он не стал.

Федя к тому времени уже сел. Решил доллары продавать и очень быстро на этом попался. А Мирон вышел напрямую на людей, которые обеспечивали его товаром. Без посредничества старшего товарища, денег сразу стало больше. Он нанял двух школьников, создав первую небольшую «торговую» сеть, и получил постоянный источник дохода.

Вот только года через два один из школьников попался и тут же слил Мирона. К нему пришла милиция, но он был готов к тому повороту событий.

- Я? – удивился он, оглядывая комнату, в которую пришли сотрудники, и заглядывая им в глаза. – Думаете, у нас с мамой есть деньги? А кто на меня указал? Гриша? Знаю его. Он живёт в соседнем доме. Вчера предлагал мне купить у него джинсы, а я пообещал на него донести. Но это так было, чисто угроза. Хотел припугнуть пацанёнка, чтобы за ум взялся. А он вон как всё вывернул! Видимо, он мне так отомстил.

Провели обыск, всё осмотрели… Мирон выглядел спокойно, а характеристики из училища оказались хорошими. Лучший студент на всём потоке, активист. Все каникулы подрабатывает. Никаких признаков связи с фарцовкой не обнаружили, а Мирон выдохнул.

Тогда ему было страшно. И это был последний страх в его жизни.

Он учился на опыте Феди. Того взяли, провели обыск в квартире и много чего нашли. Мирон ничего не держал в их с мамой комнате. Он нашёл надёжное место, но после того случая, опасаясь быть выслеженным, молодой человек стал менять места тайников.

В семнадцать (вот же нонсенс!) он… женился. Избранницей стала дочь партийного чиновника. Брак был фиктивным, и он даже не рассказал о нём матери. Той нужно было съездить в Лондон, но, несмотря на высокое положение отца, двадцатилетней девушке не давали визу. Вопрос был решён с помощью брака. Галя съездила, вернулась довольная и оформила развод. А Мирон от этого брака получил полезные связи на самой верхушке.

Через год он женился ещё раз, на девушке, которую любил. И уже подумывал о собственной квартире (им дали только комнату), как та изменила ему с соседом.

- Ну а что ты хотел? – цинично заметила она, когда рогатый молодой муж поймал её прямо «на горячем». – Я-то думала, у тебя денег – куры не клюют, а ты… Строишь из себя только крутого.

Мирон не стал оправдываться. Денег у него было много, но и тратить их нужно было с умом. Времена были не те. Он бы вмиг привлёк к себе внимание. Оля же хотела всё и сразу. Причём здесь деньги и её измена, он так и не понял.

Скандала не было. Был тихий развод, после которого Мирон полностью погрузился в свою «работу». От идеи оказаться на отдельной жилплощади он, впрочем, не отказался. Тем более у него был ключ к решению большинства проблем: деньги.

Он спокойно ходил по кабинетам, раздавая конверты, и, наконец, добился, чтобы им с мамой «выделили» квартиру. Позже он с усмешкой думал, что квартиру он, по сути, купил. К сожалению, мама порадоваться новой жилплощади не успела: она умерла в тот день, когда сын сообщил ей радостную новость. И в тот же день Мирон узнал, что она скрывала от него своё больное сердце.

Он переехал один. В новую квартиру и новую жизнь. Переехал в ПГТ из города, решив, что не стоит ему светиться лишний раз там, где он зарабатывает на жизнь.

Скоро 90% всех нелегальных товаров в их городе, да и в посёлке, проходили через него. Мирон тоже подключился к купле-продаже валюты, но, в отличие от Феди, был более осторожен. И больше в поле зрение правоохранительных органов не попадал. Так было до конца восьмидесятых.

Перестройка, развал Советского Союза и бардак в стране, открыли для Мирона новые перспективные направления. Он знакомился с нужными людьми, находил себе среди них лица, которые хотят и могут на него работать, а когда те становились слишком самонадеянными и пытались вырваться из-под его контроля, он избавлялся от них, помня, как легко «шестёрки» могут предать своего хозяина.

Именно так он себя и ощущал: хозяин чёрного рынка. Да и «белый» рынок в девяностые был под полным его контролем. Вот только круг лиц, знавших, кто на самом деле всем управляет, всегда был маленьким.

Сам он работал официально, жил, как все, откладывая на разные счета огромные суммы.

Мирон не стремился роскошно жить. Он и так периодически сбегал подальше от всех глаз и жил так, как ему хочется. Ему важнее было быть главным. Управлять людьми. Решать за них так же, как когда-то они решали за него. Клеймить так же, как его клеймили в детстве.

И всё было под контролем, пока в банду к Тигру не попали соседские мальчишки. Уж слишком близко они к нему жили. Мирон был недоволен.

- Они на принеси-подай, – лениво заметил Тигр. – Мне как раз такие нужны. Всё под контролем, старик, не переживай!

Но Мирона почему-то всё же настораживало. Он привык к соседке Фёкле и не хотел её расстраивать. А расстроить придётся однажды. Тогда никто не знал, как долго будет длиться безнаказанность и беззаконие, но Мирон был неглуп и понимал, что однажды капкан захлопнется, а внутри его окажутся те, кто совсем не думал о будущем. И ему нужно будет почистить ряды, набрать себе новых ребят.

Но всё пошло не так. Сначала он избавился от Тигра и стал наблюдать, как поведут себя остальные члены банды. Постепенно он убрал всех, кто рвался к власти, но Илья и Миша вели себя спокойно. Особенно после того, как их дружок сел. Даже занялись нормальным делом.

Мирон выдохнул. Ровно до того момента, как они нашли его оборудование в подвале. Если честно, он о нём даже успел забыть, только вот Илья и Миша спокойно жить явно не умели. А значит, оба – мина замедленного действия. С Ильёй он справился руками Фёклы, оставив себе Мишу в услужении.

И вот однажды…

- Говорю тебе, Анька это! – кипела от негодования Фёкла.

- Она, – кивнул Мирон, спокойно попивая чай. – Я всё узнал.

- Так быстро? Ещё вчера ты мне не верил! И ты так спокойно мне об этом говоришь? Да… что… ты… – она захрипела и закашлялась. Когда приступ слегка отпустил, пожилая женщина с трудом подняла свои глаза на соседа, продолжающего пить чай всё так же спокойно. Фёкла тяжело дышала, но всё нашла в себе силы выговорить:

- Что… ты… мне… подсыпал…

- О! Это очень редкий и очень занятный препарат. На чёрном рынке за ним стоит очередь. Действует медленно, вскрытие его не обнаружит. Скажут, умерла от пневмонии. Или от сердечной недостаточности. Интересный эффект, да? Благодаря тебе, я могу наблюдать его действие. Не было, знаешь ли, случая, чтобы его проверить.

Но Фёкла ничего ему не ответила. Дышать становилось всё тяжелее. Будто лёгкие внутри съёживаются. Она сползла со стула на пол, но не смогла даже сесть, а сразу растеклась, чувствуя, как задыхается. И даже на помощь позвать сил нет.

- Ты же хотела, чтобы я тебя освободил, – заметил Мирон. Он легко устроился на полу рядом с её головой и теперь поглаживал её по волосам. – Там не будет больше страданий! Кто знает, может, ты окажешься на море. Думала, я к тебе привязался? Я ни к кому не привязываюсь, ясно? Иначе был бы таким же неудачником, как большинство. А с Анькой я разберусь. Обещаю. Выберу момент, подброшу улики… Я что, зря их столько лет хранил? Потом придумаю способ, чтобы тело нашли. На нём тоже её волосы. Надеюсь, их обнаружат. Я, видишь ли, не предполагал, что столько лет пройдёт! Думал уже всё, останется твой сын под окнами. А чего? Тоже неплохо.

Мирон тихо засмеялся. Фёкла издавала сипы, посинела, а он довольно улыбнулся.

- Всё подчищу и на пенсию. Хватит. Денег достаточно! Поеду к океану и там закончу свой век. Никто никогда меня не найдёт.

Фёкла перестала сипеть. Её глаза безжизненно замерли, а на одной щеке остановилась, не закончив свой путь, слеза. Мирон её небрежно смахнул, встал, посмотрел в зеркало. В свои шестьдесят пять он чувствовал себя гораздо моложе! Скоро можно будет не притворяться. Он славно правил в этом городе почти всю свою жизнь! Пора уступить дорогу молодым.

Он взял трость, сгорбился, сморщился и снова превратился в дряхлого, немощного старика. В таком виде он прошмыгнул в свою квартиру.

И никто его не заметил.

Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, личный блог в Мах, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.

Продолжение 👇