Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Истории Лары | Lara's Stories

Запасной аэродром

- Будешь рожать? - Не знаю. Работа есть, жилье тоже, но это же еще не все… Ты сама знаешь, что помощи мне ждать неоткуда. Справлюсь ли я одна? - Ты не одна! - Знаю… - А муж что? Молчит? - Молчит. Я для него, похоже, запасной аэродром. У него же есть Ирочка… Катя вздохнула и закрыла глаза, пристраивая поудобнее голову на коленях подруги. Ленка была не просто подругой. Она была и сестрой, и самым близким человеком на свете, и скалой, за которой можно было спрятаться хотя бы на минутку и перевести дух, когда штормило так, что хотелось взвыть. А штормило Катю в последнее время все чаще. И токсикоз сказывался, и нервотрепка. Станешь тут нервной, если муж тебе заявляет, что не может забыть свою первую любовь! - Права была мама… Нельзя жить без любви. Неправильно это… А он не любил меня, когда замуж звал… - Катя потеребила браслет-цепочку на руке Лены. Такой же красовался на запястье самой Кати. Это был прощальный подарок ее матери. Отца своего Катя не знала. Ее воспитывала мама. На вопросы д
иллюстрация автора
иллюстрация автора

- Будешь рожать?

- Не знаю. Работа есть, жилье тоже, но это же еще не все… Ты сама знаешь, что помощи мне ждать неоткуда. Справлюсь ли я одна?

- Ты не одна!

- Знаю…

- А муж что? Молчит?

- Молчит. Я для него, похоже, запасной аэродром. У него же есть Ирочка…

Катя вздохнула и закрыла глаза, пристраивая поудобнее голову на коленях подруги.

Ленка была не просто подругой. Она была и сестрой, и самым близким человеком на свете, и скалой, за которой можно было спрятаться хотя бы на минутку и перевести дух, когда штормило так, что хотелось взвыть.

А штормило Катю в последнее время все чаще. И токсикоз сказывался, и нервотрепка.

Станешь тут нервной, если муж тебе заявляет, что не может забыть свою первую любовь!

- Права была мама… Нельзя жить без любви. Неправильно это… А он не любил меня, когда замуж звал… - Катя потеребила браслет-цепочку на руке Лены.

Такой же красовался на запястье самой Кати. Это был прощальный подарок ее матери.

Отца своего Катя не знала. Ее воспитывала мама. На вопросы дочери, куда подевался родитель, отмалчивалась до поры до времени, а потом, когда Катя подросла, честно рассказала все, как было.

- Я его любила. Очень. Света без него не видела. Дышала им!

- А он?

- Холодный был. Как мартовский ветер. Желанный, но такой ледяной, что становилось не по себе. Позволял себя любить, а сам… Я глупая была. Думала, что если он поймет, как я его люблю, то потеплеет ко мне, потянется. А он просто воспользовался мной. И даже не мной, а связями моего отца. А потом просто отказался от меня. Но это я бы ему, наверное, простила.

- А что не смогла?

- Тебя. Когда он узнал, что я жду ребенка, то устроил мне скандал и даже руку поднял. Знал, что после того, как папы не стало, заступиться за меня некому. Мы не выносили свои проблемы из дома. Он знал, что я никому не расскажу о том, что между нами происходит.

- Чего он хотел?

- Чтобы я избавилась от ребенка. Говорил, что не готов. Что не сможет стать хорошим отцом. Что не хочет, чтобы ребенок был от меня…

- И что ты сделала?

- Выгнала его, конечно!

- Но ты же любила его?

- Да. Но тебя я уже тогда любила больше… Как можно не любить часть себя?

Катя навсегда запомнила тоску в голосе матери и ту силу, которая звенела в нем пронзительно и мощно. Эта сила была ей тогда незнакома.

Зато теперь Катя понимала свою мать.

- Как странно, да, Лен?

- Что именно? – Лена гладила подругу по голове, пытаясь хоть ненадолго прогнать грустные мысли.

- Я будто повторяю судьбу своей мамы…

- Глупости не говори!

- Почему же глупости? – Катя села и сжала руку в кулак.

- Драться будем? – Лена усмехнулась и отодвинулась подальше от подруги.

- Да ну тебя! – все-таки слабо улыбнулась в ответ Катя. – Я серьезно!

Она чуть поерзала, устраиваясь поудобнее.

- Смотри! – Катя разжала пальцы и выставила указательный, словно считая, совсем как в детстве, какому вороненку нужно дать каши, а которого обделить. – Ребенок – это лишнее для нашей, так называемой, семьи. Муж мой его не хочет. Все, как было с мамой…

- Он тебе об этом сказал?

- Нет пока. Но скажет. Это вопрос времени.

- А ты не придумываешь?

- Нисколько. Когда я объявила ему, что беременна, знаешь, как он на меня посмотрел?

- Как?

- Глазами снулой рыбы.

- О, Господи! Ну и сравнения у тебя!

- А как иначе это назвать? Когда ни мысли в этом взгляде, ни чувства, а только одно равнодушие. Что есть ты, что нет тебя… Вот так он на меня смотрел, Леночка…

- Кать…

- Нет! Погоди-ка! Я не договорила. Не перебивай, а то я с мысли собьюсь! – Катя выставила следующий палец. – Второе… Да, второе… Я мужа люблю так же, как мама любила моего отца. Почти без ответа. Просто надеюсь на что-то до сих пор. Хоть и знаю теперь, что он меня совсем не любит. А любит он свою Ирину…

- Нет, погоди! – перебила Лена. – Почему ты так говоришь? Женился-то он на тебе.

- Женился, - горько усмехнулась Катя. – Назло своей Ирочке он на мне женился! Она же его отвергла! А ему нужно было показать, что он не пропадет. И найдет себе женщину не хуже… Не хуже! Понимаешь ты, Лена?! Не хуже!

Катя сорвалась-таки и разревелась уже в голос.

Плакала она совсем некрасиво. Икала, размазывала слезы по мгновенно раскрасневшимся щекам, и терла нос, пытаясь справиться с назойливой влагой, которая никак не хотела высыхать.

Лена на это любоваться не стала. Обхватила подругу за плечи и потащила в ванную, где включила холодную воду и заставила Катю засунуть голову под кран.

- Чокнутая! Мне же холодно! – взвизгнула Екатерина, но отбиваться даже не подумала. Стояла, ловила языком капли, стекающие по волосам, и почему-то тихо смеялась.

- Катька, у тебя истерика! – резюмировала Лена и накинула на голову и плечи подруги полотенце. – Пошли! Будем тебя в норму приводить!

- А, как? Как ты приведешь меня в норму теперь, Лен?

Катя, прислонившись к стене, прижалась щекой к холодной плитке.

Плитку эту, красивую, узорчатую, она выбирала вместе с мужем. Как и обои, и мебель, и технику в новую квартиру, которая должна была стать семейным гнездом для семьи.

Их семьи. Той самой, которой не было. С самого начала не было.

Но поняла это Катя слишком поздно.

С мужем своим, Денисом, она познакомилась на переговорах в компании, где работала.

Сложные, впервые полностью доверенные ей, как молодому специалисту, они стали шансом для Кати. Покажи она себя с лучшей стороны, и вопрос о том, насколько она укрепилась в компании больше не стоял бы.

Разумеется, готовилась к переговорам Екатерина так, что по ночам спать забывала порой.

Лена посмеивалась, глядя на ее старания, и иногда подначивала подругу, предлагая отвлечься и пойти потанцевать или прогуляться.

- Ленка, ты нормальная вообще?! Ты понимаешь, что на кону моя карьера?! – возмущалась Катя.

- А жизнь мимо скачет вприпрыжку! – смеялась Лена. – Катерина, ты меня пугаешь!

- Я сама себя боюсь! – ворчала Катя, перебирая документы. – А если я не справлюсь?

- Ты-то? – Лена крутила пальцем у виска. – Кто тут из нас ненормальный еще! Катька, ты же гений! Мне, конечно, тяжело это признавать, но ты всегда была впереди меня и планеты всей. И училась лучше, и вообще…

- Ой, какие признания! – Катя невольно начинала улыбаться и напряжение чуть спадало.

- Ты этого не слышала, а я не говорила! Пойдем гулять?

- Нет! Лучше помоги мне! Юрист ты или нет?

- С утра была. Но помогать тебе не буду.

- Почему это?

- А чтобы ты потом с полной уверенностью могла сказать, что это твоя победа. И не делиться со мной славой! Ой! – Лена уворачивалась от диванной подушки, пущенной в ее сторону подругой. – Все-все! Я ушла!

- Куда это?!

- На танцы! А ты кукуй тут со своими бумажками! Может, личной жизни у тебя от них прибавится.

- Это вряд ли, - вздыхала Катя. – Моей личной жизни точно ничего не грозит от этих переговоров.

Могла ли она знать, так уверенно заявляя это, что именно на переговорах встретит того, кого посчитает своей судьбой?

Роман с Денисом был красивым. На глазах у всей фирмы он приезжал за Катей после работы. Подгадывал так, чтобы как можно больше сотрудников видели, что он оказывает знаки внимания именно ей. Неизменный букет, целомудренный поцелуй в щечку, и улыбка, от которой у Кати замирало сердце.

Тогда она еще ничего не знала ни об Ирине, ни о прошлой жизни своего кавалера, ни о том, что ей придется горько пожалеть о том, что доверилась не тому человеку.

Первый звоночек прозвучал перед свадьбой.

- Денис, а может, просто распишемся?

- Почему? Ты не хочешь пышную свадьбу?

- Нет. Мамы на ней не будет, а перед кем еще мне красоваться? Это она мечтала, что будет выдавать меня замуж в пышном красивом платье и под звон церковных колоколов. Надеялась, что я встречу того самого, единственного, с кем обвенчаюсь и буду жить долго и счастливо.

- Я против венчания. Нужно сначала проверить чувства. Это же очень серьезный шаг! – Денис хмурился, но Катя тогда неверно истолковала причину.

- Вот и я о чем! Давай, просто распишемся, и уедем куда-нибудь недели на две.

- Ну уж нет! У нас будет свадьба! – почему-то возмутился жених Кати. – Пышная, красивая, веселая. Такая, чтобы все удивились!

Кого он собирался удивлять грядущим бракосочетанием, Денис Кате пояснить отказался.

Это уже позже она узнала, что та самая Ирочка, первая любовь Дениса, которая в свое время отвергла трижды его ухаживания, была приглашена на свадьбу, и даже пришла. Поздравила сухо и коротко молодых, а потом уехала.

Катя тогда не связала внезапно испортившееся настроение жениха с этим обстоятельством. Ей показалось, что Денис расстроился из-за торта, который не доставили вовремя. Зная его любовь к порядку, тогда она даже предположить не могла, что причина в чем-то еще.

К вечеру того дня Денис напился так, что друзья просто сгрузили его на кровать в номере для новобрачных, и, не глядя на Катю, удалились.

А она стащила с Дениса ботинки и пиджак, села в кресло, стоявшее у панорамного окна с видом на Москва-реку, и разревелась.

Плакала она той ночью долго и со вкусом, а потом так и уснула в кресле, не сняв свадебного платья, а лишь вытащив из прически шпильки и отбросив в сторону фату.

Денис утром долго извинялся и клялся, что загладит свою вину. Хлопоты, связанные с медовым месяцем, на какое-то время отвлекли Катю, и она решила было, что все это просто стечение обстоятельств. Глупое и странное, о котором нужно просто забыть.

Забыть не получалось. Денис то и дело приходил домой раздраженным, нервным, срывался без повода, а потом снова извинялся. И в какой-то момент Кате это просто надоело. Она задала прямой вопрос и, не особо ожидая этого, получила прямой ответ.

- Кать, ты прости меня. Не должен был я на тебе жениться. Я, кажется, все еще люблю Ирину…

- Ирину? – растерянно переспросила тогда Катя. – А как же я? Денис, ведь я же твоя жена!

- Да. Ты моя жена. И я верен тебе. Ты не думай! У нас с Ирой ничего не было! Но думать о ней я перестать не могу, понимаешь?!

- А меня ты хоть капельку любишь? – Катя запнулась и тут же поправила себя. – Любил?

- Да… Нет… Не знаю я ничего! Чего ты хочешь от меня, Катя?! Я же с тобой! Неужели этого мало?!

Мало. Кате этого было безумно, отчаянно, безусловно мало. На тот момент она уже знала о том, что ждет ребенка, и реакция мужа на эту новость что-то уничтожила в ее душе, заставив впервые взглянуть на этот мир иначе – зло и предвзято.

Если ее не хотят – навязываться она не станет. Не так ее воспитывала мама. Она учила Катю уважать себя. А какое может быть уважение, если твой собственный муж лежит рядом и думает о другой, даже не скрывая этого?!

Но вопрос с ребенком оставался открытым. Катя, конечно, хотела малыша. Мечтала о нем, пока думала, что у нее есть семья. А теперь… Теперь она не знала, что ей делать.

Кате было страшно. И боялась она вовсе не того, что не сможет прокормить своего ребенка или воспитать его самостоятельно. Катя боялась другого.

- Ленка, а если я не смогу любить его, потому, что он от Дениса? – все-таки задала Катя вопрос, вертевшийся у нее на языке. – Что, если я возненавижу ребенка только потому, что его отец так поступил со мной?! Как тогда?!

- А никак, Кать, - спокойно пожала плечами Лена, хотя внутри у нее все сжалось. – Это твой ребенок. И какая разница, кто его отец?

Лена, сунув в руки подруге кружку с чаем, обняла Катю.

- Закрывай Денису полосу для посадки, Катерина. Нечего! Не любит? И не надо! Мы тебе другого найдем! Того, который точно будет знать, что твой аэродром для него основной, а не запасной.

- Болтушка, - всхлипнула Катя.

- А с ребенком мы как-нибудь справимся. Нянчила же меня твоя мама, работая на двух работах, когда моей не стало? Смогла. И не жаловалась. Вырастила вместо одной дочки двоих. А теперь моя очередь нянчить ее внука.

- Или внучку…

- Или внучку, - легко согласилась Лена. – Знаешь, я такую коляску недавно видела – закачаешься! Белоснежную, представляешь?! Не знаю, насколько это практично, но красиво очень. У моей крестницы будет такая!

- Или крестника…

Катя закрыла глаза, чувствуя, как теплая волна разливается внутри, даря покой.

Пусть. Пусть пропадет пропадом и Денис с его любовью, и Ирина с ее холодностью, и все сплетники мира.

У нее будет ребенок!

- Мартовский ветер… - пробормотала Катя, устраиваясь поудобнее под пледом, которым укрыла ее Лена.

- Что? Что ты там бормочешь?

- Такой же холодный и желанный… Все правильно говорила мама… – Катя положила руку на живот и вздохнула. – А тебя я люблю больше…

Катя пробормотала что-то еще, уже засыпая, но вдруг встрепенулась:

- Лен, а хорошо, что у меня есть ты…

- Это точно! Спи давай! У нас дел невпроворот. Тебе нужно набраться сил.

О том, что она больше не запасной аэродром, Катя объявит Денису уже на следующий день. Она не станет слушать протесты мужа и не поддастся на его уговоры. Развод состоится. И Катю с дочерью из роддома будет встречать Лена.

Однако, судьба, поразмыслив немного, решит, что маленькая крикливая девчонка, которой дадут такое же гордое имя, какое носила ее бабушка, вовсе не виновата в том, что взрослые не разобрались со своими чувствами тогда, когда это было нужно. Крепкий подзатыльник, отвешенный судьбой Денису, который за полгода, что пройдут после появления на свет его дочери, потеряет работу, отца, а потом и всякую надежду на воссоединение с Ириной, которая весьма удачно выйдет замуж, даст свой результат. Приоритеты будут пересмотрены, и на робкую просьбу бывшего мужа Катя, вздохнув, ответит коротким:

- Да. Ты можешь общаться с ребенком.

Так у маленькой Оли появится отец.

Любовь свою, настоящую, сильную и властную, способную изменить все и подарить новую надежду, Катя встретит через несколько лет. Именно тогда она поймет, что значит быть единственной и неповторимой. И на своей второй свадьбе, куда будет приглашен и Денис, как отец Оли, она впервые скажет бывшему мужу:

- Спасибо!

- За что, Кать?

- За то, что была нелетная погода. За то, что мартовский ветер был достаточно сильным. За то, что он вообще был. Ведь не случись его, я так никогда и не поняла бы, какой может быть настоящая весна.

Денис будет удивленно глазеть вслед Екатерине, лавирующей между гостями, а Лена, единственная, кто понял, о чем говорила подруга, от души рассмеется, целуя в пухлые щечки свою крестницу.

- Олька, кричи!

- Что кричать, тетя Лена?

- Как что?! Мы же на свадьбе! Горько!©

Автор: Людмила Лаврова

©Лаврова Л.Л. 2026

✅ Подписаться на канал в Телеграм

✅ Подписаться на канал в МАХ

Все текстовые материалы канала являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.

Поддержать автора и канал можно здесь. Спасибо!😊