В самой глубине русской культуры скрывается один особый образ, почти забытый, но при этом по-настоящему космический по своему размаху. Это Голуби́ная книга. Долгое время она существовала в рукописном виде и считалась апокрифи́ческой, а местами и вовсе языческой, из-за чего за ее чтение строго наказывали. Начиная примерно с XIII века письменные версии исчезают, но сама книга не пропадает. Она продолжает жить в устной традиции, в виде так называемого духовного стиха.
Хранителями этого знания были кали́ки перехо́жие, странствующие певцы, которые переходили из села в село, из деревни в деревню, и фактически выполняли роль живых носителей памяти и смыслов. Они пели о Голубиной книге на дорогах, на торгах, возле храмов, и именно благодаря им она дошла до нас. Единого, канонического текста у Голубиной книги никогда не было, существовали десятки вариантов, но все они строились по одной и той же схеме.
По преданию, с неба внезапно падает огромная таинственная книга, невероятных размеров, иногда до сорока сажéней в высоту. Что в ней написано, никто не знает. Вокруг нее собираются представители всех сословий, от царе́й и богатыре́й до крестьян и священников. Все пытаются понять, кто способен раскрыть ее тайну. И оказывается, что сделать это может только один человек, распрему́дрый царь Дави́д, которого в народе называли по-домашнему Давы́д Евсе́евич.
Ему задают самые главные вопросы о мире и человеке. Вопросы эти простые по форме, но предельно глубокие по смыслу. От чего произошел белый вольный свет. Откуда взялось красное солнце, светлый месяц, частые звезды. Почему есть ночь и утро, ветер и дождь, откуда у человека ум и разум, помыслы, тело, кровь и кости. И наконец, откуда на земле появились цари, князья и простой народ.
Ответы, которые дает царь Давид, поражают тем, что за внешне христианской оболочкой скрывается гораздо более древний пласт представлений. В Голубиной книге Иисус Христо́с, Богоро́дица, Иерусали́м и река Иорда́нь соседствуют с образами, уходящими в общеиндоевропе́йскую и даже доиндоевропе́йскую древность. Само название книги читается не только как «голубиная», но и как «глуби́нная», то есть древняя и мудрая.
Одним из самых загадочных образов становится Индри́к-зверь. Он описывается как существо, размером со всю Вселенную, от движения которого колеблется весь мир. Этот образ напрямую перекликается с веди́йским богом И́ндрой, владыкой мира в древнеарийской традиции. Вероятно, в памяти народа сохранилась одна из его древних ипоста́сей, царь звере́й, которому подчинено все живое.
Еще глубже уходит образ мироустройства, где весь видимый мир возникает из тела космического существа. В одном из вариантов Голубиной книги говорится, что белый свет произошел от сердца Божьего, солнце от лица, месяц от очей, звезды от речей. Это почти дословно перекликается с древним мифом о Пуру́ше, вселенском человеке, из тела которого возник космос. В христианизированных версиях добавляется, что ветры происходят от Святого Ду́ха, дождь от слез Христа́, тело человека от сырой земли, а кровь от черного моря.
Завершается Голубиная книга притчей, в которой в аллегори́ческой форме говорится о судьбе мира. Два зайца, белый и серый, сходятся в чистом поле. Белый заяц олицетворяет Пра́вду, серый Кри́вду. Кривда одолевает Правду, и Правда уходит на Небо, а Кривда остается ходить по всей земле и вселяется в людей лукавых. В этом образе соединяются сразу два древнейших мотива, вечная борьба Добра и Зла и очень арха и́чные тотемные представления наших предков.
Голубиная книга не дает простых ответов и не предлагает готовых догм. Она похожа на мост, перекинутый через тысячеле́тия, соединяющий человека современного с теми временами, когда формировались первые представления о мире, о справедливости, о порядке Вселенной. Недаром в самом тексте она названа прему́дростью всей Вселе́нной. Это не просто памятник фольклора, а живой след древнейшего знания, которое народ сумел сохранить, несмотря на запреты, гонения и забвение.
