Мы продолжаем наш цикл материалов о современной пластической хирургии и косметологии. Во втором выпуске поговорили с Давидом Рубеновичем Гришкяном — доктором медицинских наук, автором собственных методик омоложения лица и век и одним из главных специалистов по липофилингу в России с 25-летней практикой.
Обсудили, как меняется пластическая хирургия сегодня, почему пациенты все чаще выбирают естественный результат, где проходит граница между косметологией и хирургией и почему липофилинг сейчас называют одним из самых перспективных направлений регенеративной медицины.
Какие главные тенденции вы сейчас видите в пластической хирургии? Что действительно меняется в запросах пациентов и подходах врачей?
Главный тренд сегодня — запрос на естественность. Постепенно уходит эпоха “сделанных” лиц. Пациенты больше не хотят выглядеть на 20 лет в 50, они хотят выглядеть хорошо и гармонично для своего возраста.
Меняется и подход врачей. Мы все чаще уходим от агрессивных вмешательств в сторону более деликатных методик: сохранения тканей, липофилинга и малотравматичных операций, которые позволяют аккуратно восстановить черты лица, не нарушая мимику и анатомию.
Как изменился портрет пациента за последние годы? С какими запросами чаще всего приходят сейчас?
Пациент стал моложе умом и старше телом (улыбается). Если раньше многие приходили с фотографиями знаменитостей и просьбой “сделать как у Ким”, то сейчас все чаще хотят просто вернуть свежий и молодой вид лицу.
Среди самых частых запросов — нависающие веки, потеря объема лица, носослезные борозды, второй подбородок и признаки общей усталости лица. Мужчин среди пациентов тоже стало заметно больше.
В каком возрасте, на ваш взгляд, действительно стоит задумываться о пластической хирургии?
Универсального возраста нет. Все зависит от индивидуальных особенностей и запроса человека.
Например, блефаропластика редко нужна в молодом возрасте, а вот вопросы потери объема, кругов под глазами или носослезных борозд могут появляться раньше и хорошо корректируются липофилингом.
Возрастные изменения чаще всего становятся заметны после 40-45 лет, когда снижается выработка коллагена. Но, например, ринопластику делают и в 18, и в 60. Главное — не спешить. Сначала косметология и образ жизни, потом — скальпель.
Где сегодня проходит граница между косметологией и хирургией?
Во многом граница определяется степенью птоза (опущения) тканей. Косметология хорошо работает с качеством кожи, мелкими морщинами и объемом. Но когда ткани начинают заметно опускаться, инъекции уже не всегда дают нужный результат и иногда даже могут утяжелять лицо.
Если нужно скорректировать зону, где требуется более 3 мл филлера, или заполнить глубокие впадины (слезная борозда, западение щек, височные зоны) — филлеры неэффективны или экономически невыгодны. Кроме того, жир — не гидрофильный филлер, он не притягивает воду, и в зоне коррекции не возникает отеков. А когда есть избыток кожи и птоз — нужна полноценная операция (SMAS, блефаропластика), которую липофилинг лишь дополняет.
Если говорить простыми словами, хирургия нужна там, где требуется перемещение тканей, а не только работа с поверхностью или объемом.
Продолжение статьи уже ждет вас на нашем сайте