Зачем организации подменяют понятия — вопрос совсем не философский, а психологический. Используя в работе старые добрые русские слова со времён Кирилла и Мефодия, слова, которые мы слышали с самого нашего детства, мы звучим… обыденно?
Тебя, как специалиста спрашивают на работе: “Когда ты разберёшься с таким-то делом?”. Если ты ответишь: “Я посмотрю, что можно сделать на следующей неделе”, — ты звучишь в ушах прогрессивных специалистов как размазня. Но стоит ответить: “Я посмотрю, что можно сделать в следующем спринте”, — и вот ты уже профессионал, который понимает, как планировать спринты и вообще сечёт в гибких подходах.
Если серьёзно, то, конечно, недели стали спринтами, во-первых, не внезапно и, во-вторых, из-за не завершившегося agile-переворота в организациях.
Руководство поддавшись стремительно распространяющемуся “Scrum-у головного мозга” распорядилось внедрить Scrum или какую-то другую предписательную методику производства на нём основанную. Далее, большая часть компаний, делая это без экспертных подрядчиков, начинает непрофессионально внедрять что-то по материалам, не всегда даже соответствующим полноценной всеобъемлющей документации по внедрению. Это не преувеличение. Посмотрите на Scrum. Что можно осознать из тринадцати страниц официального руководства? Как это внедрять и зачем каждый из его элементов? Непонятно. Чтобы понять, придётся ознакомиться как минимум ещё со всеми материалами из "The Scrum Papers" Сазерленда. Но это и неважно и не нужно потому, что нет времени объяснять. Руководство срочно хочет гибкости, сейчас это модно, а Scrum - единственный фреймворк, который в явном виде говорит “неважно, что у вас в компании сейчас, просто возьмите и всё разрушьте, поверх в чистом поле поставьте наш фреймворк”.
Но так не работает и, надо отдать должное, руководители среднего и низшего звеньев это понимали. Никто ничего не рушил, вместо этого ёж натягивался на глобус, но с условием, что глобус должен продолжать функционировать, а ёж нужен для галочки и, если повезёт, он выживет и добавит немного ценности. Так внедрив итеративность, если её не было, итерации стали спринтами. Если были, то их просто переименовали.
Как вы знаете из официального гайда или из моей статьи — спринт это не просто слово, под ним скрываются обязательные свойства итерации в рамках фреймворка Scrum. Искренне попытавшись соблюдать все предписанные свойства поначалу, множество команд по мере осознавания степени целесообразности применения начало от них отказываться. Где-то предметная область требовала противоречащих мероприятий и элементов; где-то команды начали понимать что на самом деле добавляет стоимости, а что нет; где-то само руководство организации было не согласным меняться и организовывать предписанные фреймворком предварительные условия; где-то попросту из-за разгильдяйства и нежелания удержать достигнутых изменений, хотя они действительно добавляли стоимость.
В итоге: задачи переходят из спринта в спринт, как раньше из обычной недели в неделю; у спринтов нет никакой цели, как не было её у недели; а процесс оценки и первичной декомпозиции требований на задачи происходит на постоянной основе или в самом начале перед фактическим производством, вместо того, чтобы быть осуществлённым на планировании спринта и откорректированным на ретро.
Что же теперь, отчитываться перед руководством о неуспехе инициативы? Конечно нет. Вся новая терминология насильственным образом культивируется в работе несчастных членов команды. Это как когда в московской области губернатор приезжает в какой-то город, а здания покрашены и приведены в порядок с одной стороны — той, с которой он их увидит, проезжая мимо. “Красивый город”, — думает губернатор, все здания как новые! Не зря деньги выделяем”.
Не отматывать же терминологию назад.
А, вообще-то, стоило бы.