Программа «Фонари» продолжает эфир «Первого Тульского». Накануне летнего туристического сезона будем говорить о том, что нам может принести загар и солнце, кроме красивого бронзового цвета. Обратная сторона загара будет являться основным предметом рассмотрения в ближайшем эфире. У нас в гостях Наталья Руднева, главный врач Тульского областного клинического специализированного центра дерматовенерологии и косметологии – именно так он теперь называется, кандидат медицинских наук и заслуженный врач Российской Федерации.
-Давайте с поздравлений начнем, потому что буквально несколько дней прошло с того момента, как вы получили звание заслуженного врача Российской Федерации. Примите от нас поздравления, пожалуйста.
-Благодарю.
-Для вас это звание что значит? Для вас и для врача вообще, как для медика?
-Это самая высшая, пожалуй, награда для врача. Это признание его заслуг перед сообществом пациентским, перед сообществом медицинским. И это, конечно, очень большая честь для меня. Но я хочу сказать, что это еще и признание заслуг не только меня как врача, а я до сих пор являюсь практикующим врачом, несмотря на то, что я являюсь руководителем, я каждый день веду прием пациентов. Но и также это признание работы всего нашего центра дерматовенерологии в Тульской области. Потому что если мы оказываем качественную помощь нашим людям, то, конечно, это не остается без внимания. И наша хорошая репутация является подтверждением вот этого высокого звания. Но я хочу сказать, что у нас три специалиста дерматовенеролога в Тульской области, все они сотрудники диспансера. Это признание заслуги и службы дерматовенерологической. Наша служба действительно является одной из лучших служб в Российской Федерации. Я могу сказать об этом с гордостью, потому что мы очень много делаем для лечения наших пациентов. И, пожалуй, на том уровне, на котором оказывается помощь у нас в регионе, мало где эта помощь осуществляется в Российской Федерации.
-Многие обратили внимание, что и название поменялось не так давно. Теперь диспансер, как он назывался раньше, называется областным специализированным центром. Замена названия, что значит, что влечёт за собой?
-Диспансер когда-то был организован уже более 100 лет назад, в 23 году, как учреждение по борьбе с инфекциями, передаваемыми половым путем. И, собственно говоря, сам принцип диспансеризации был направлен именно на это. Это был 23 год, в стране бушевал сифилис, было очень много заболевших. В свое время, готовясь к нашему юбилею, я смотрела архивы, и мы обнаружили, что на тот момент 700 человек на 100 тысяч болели. То есть это колоссальное количество. Сейчас этот показатель у нас в области составляет менее 20 на 100 тысяч. И поэтому диспансер был призван бороться с этим заболеванием, выявлять таких пациентов и своевременно оказывать им помощь, чтобы они не распространяли инфекцию. Эти времена давно миновали, и теперь дерматовенерологическая служба – это не только венерология, и не столько венерология. Венерология – это ее неотъемлемая часть, но не очень большая. Это косметология, это хронические тяжелые кожные заболевания, совсем на другом уровне, лечащиеся в настоящий момент. И, конечно, не секрет ни для кого, что слово кожвендиспансер было немножко страшным, наверное, все боялись. А поскольку мы все-таки помощь оказываем населению нашего региона, и, кстати, не только, к нам приезжают из соседних регионов, то центр более отвечает этим запросам, и, конечно, пациенту приятнее прийти в центр дерматовенерологии. Тем более, что и наши головные учреждения, они давно уже являются уентрами дерматовенерологии. Например, Государственный научный центр дерматовенерологии и косметологии в Москве, и Московский, кстати, диспансер давным-давно такое название получил. Но сейчас это стало возможным, благодаря новым нормативным документам.
-То есть вот это сидящее в голове с советских времён, пойдешь к врачу, поставят тебя там на учет, поэтому вот страх, такой в кавычках страх, он сохранялся. Меняется ведь это отношение?
-Конечно. Теперь пациенты не боятся к нам приходить, и, в общем-то, никакой проблемы нет с получением помощи. Они не стараются где-то получить ее вне стен нашего учреждения.
-Но мы теперь к нашей теме. Начнем, как всегда, с вопроса, на который нет ответа. Солнце наш друг или наш враг, особенно летом, чего больше? В каких случаях, как оно себя проявляет?
-Солнце, конечно же, наш друг, если мы правильно используем эту дружбу. Солнце является источником для нас выработки необходимых витаминов и гормонов. Однако, если мы злоупотребляем солнцем и не проводим необходимые меры для того, чтобы защитить себя от солнца, то солнце становится врагом из друга и вызывает солнечные ожоги. И мы с вами все это знаем очень хорошо. Если немножко полежать подольше на солнышке, то, конечно, обгораем. Особенно мы, белокожие люди, не чернокожие. И солнечные ожоги приводят в дальнейшем к злокачественным образованиям кожи. Самое минимальное – это усиливается старение, ускоряется старение. А самое неприятное – это формирование базально-клеточного рака и меланцитарного рака.
-В 20-30 лет об этом не думают и удовольствие, получаемое от отдыха на солнце, выше, чем опасение за то, что будет там, а может быть, и не будет в будущем. Или это отношение к своему здоровью тоже постепенно изменений претерпевает?
Конечно, вы совершенно правы. Молодое поколение более тщательно следит за своим здоровьем, не старается получить бронзовый загар, понимает, что это не нужно. И сейчас легче объяснять людям, как нужно за собой ухаживать, как предотвращать такого рода события. И, соответственно, они этим пользуются, они более привержены к советам.
-Тем не менее, аристократическая бледность, такая белизна, свойственная дамам 19 века, все еще массовую популярность не приобрела. Правда ли, что одна поездка на море без должной защиты может запустить процесс, который не то что проявится через несколько лет, а проявится достаточно скоро и будет длиться годами?
-Ну, не только одна поездка на море. Мы с вами находимся в средней полосе. У нас достаточно активное солнце, сейчас середина мая, а температура плюс 20 градусов и совсем недавно до 30 доходила.
-Иногда солнце более ядовитое, чем на юге, оно так воспринимается.
-Это дело даже не в ядовитости, а в том, что оно действительно тоже обладает своими повреждающими характеристиками, и ультрафиолетовые лучи и А, и В облучают нашу кожу, и даже здесь можем получить солнечный ожог. И, конечно, это скажется неблагоприятно не только через 20 лет. Солнечный ожог приведет, как правило, особенно если это такой хороший солнечный ожог, второй степени, с пузырями, приведет обязательно к пигментации. Это очень хорошо видно, когда приходят, например, девушки, загоравшие на юге или не на юге, неважно, очень активно в открытых купальниках, и вся спина, как правило, покрыта мелкими пигментными пятнами коричневыми. Потом они хотят от этого, конечно, избавиться.
-А реально ли это?
-Реально, но трудоемко.
-Но лучше, чтобы их не было, конечно.
-Лучше сразу защищаться, потому что сейчас это пигментные пятна, потом это себорейный кератоз, актинический кератоз и, в конце концов, все-таки базально-клеточный рак.
Ну, давайте сначала не с таких серьезных последствий начнем, а поговорим про веснушки. Потому что, да, издавна и в художественных фильмах там смешные сюжеты «крем от веснушек», «крем для веснушек» и так далее, и так далее. Многие переживали. Сейчас многие это воспринимают как часть имиджа, яркую часть имиджа. Тем не менее, кому-то нравится, кому-то нет. Что это, точнее, веснушки – симптом чего? Потому что то их больше, то их меньше. О чем они говорят? Стоит ли обращать на это внимание?
-Ну, если мы говорим действительно о веснушках, о врожденной пигментации кожи, которая наступает с первыми солнечными активными лучами, они называются эфелиды, то на них особо внимания обращать не стоит. Они не являются никаким симптомом. Это просто признак первого или второго фототипа кожи. И они являются действительно признаком, особенностью данного человека.
-Декоративный элемент такой, скажем.
-Да. И надо сказать, что сейчас практически нет обращения от молодых людей, избавиться от веснушек, совсем нет. Я уже давно не встречаю таких запросов. Есть другая тема. Если, как я уже говорила, мы не защищаем свою кожу от чрезмерного солнечного облучения, то появляется солнечная лентига. Они похожи на веснушки, но в осенне-зимний период они не исчезают, а остаются на коже. И это один из признаков фотостарения. И один из симптомов неухоженной старой кожи. И вот здесь, конечно, часто обращаются пациенты для того, чтобы от этих элементов избавиться. Это возможно. Есть определенные и косметические уходовые средства, содержащие арбутин, например, витамин С, тимидол, азолоиновую кислоту, коевую кислоту, которая входит в состав разных препаратов, неоцинамид. Но нужно помнить, что это всегда длительное событие. То есть нужно применять долго эти препараты. И обязательно использовать солнцезащиту в утренние часы перед выходом на улицу, а на вечерние часы наносить вот такие препараты. Ну и есть аппаратная косметология, которая тоже позволяет решить эту проблему.
-Мы всегда обращаем внимание, что любая медицинская манипуляция, медикаменты имеют те или иные побочные эффекты. В том числе и это лечение тоже наверняка. Как правильно принять решение? Оставить всё как есть? Или то, о чём вы сказали, это действительно надо лечить и пройти вот этот курс? Если это эстетически не беспокоит человека по тем или иным причинам, не стоит трогать? Как вот это решение принять?
-Если эстетически это не беспокоит, то можно, конечно, ничего не делать с этим, Единственное, всё равно с солнечным лентиго необходимо раз в год показываться. Потому что опасность того, что это потом превратится в актинический кератоз и будет предраком, достаточно велика. То есть если человек подвергался хорошей такой солнечной инсоляции, особенно если это многократно происходило, не один год, то в дальнейшем возрасте уже старше 40 лет, как правило, это всё-таки злокачественное образование. Это очень хорошо видно на наших взрослых пациентах, потому что когда они приходят, видно вот такая пигментация лентиго, пятна на открытых участках. И обычно я спрашиваю, у вас дача есть? Или говорят, да, есть, или говорят, да, была когда-то. То есть на даче люди работали. Сами знаете, я думаю, что у вас, наверное, тоже есть дача.
-Рубашечка с длинным рукавом – неотъемлемая часть работы на даче.
-А женщины обычно работали на даче без шляпы, раздетые. И вот на этих участках, конечно, на фото повреждений потом формируется базально-клеточный рак.
-А почему раньше этому меньше внимания уделялось? Уровень развития медицины другой? Или степень внимания, или острота? На первый план выходили другие проблемы? Об этом было известно? Или вот то, о чём вы нам сейчас рассказываете, это вот такое устоявшееся медицинское мнение последних 20-30 лет?
-Ну, всё развивается. Люди живут дольше. Качество жизни их улучшается. И, конечно, наблюдения позволяют оценить, что с человеком происходило, ретроспективные наблюдения, что с ним происходило раньше, как он сейчас себя чувствует, что с ним сейчас происходит. И эта проблема… На самом деле новообразования кожи злокачественные достаточно значимую долю занимают в структуре онкологических заболеваний.
-Даже где-то в пятёрке, наверное, да?
-Да, да, да. Обычно даже вторые по частоте после репродуктивной сферы у женщины, после рака лёгкого у мужчин. То есть они достаточно часто встречаются. Но если своевременно получить помощь, если своевременно обратить внимание и получить помощь, надо сказать, что, например, тот же базально-клеточный рак, он быстро не развивается. Он развивается годами. То пациент от этого заболевания не умрёт. Потому что это хорошо лечится и без всяких последствий лечится. Так же, как и меланцитарные опухоли. Если своевременно диагностировать меланцитарную опухоль, то тоже пациент выживает и не погибает от меланомы. С ним всё в порядке становится.
-Если мы от прямых солнечных лучей закрыты, вот это уже вредного воздействия не оказывает? Потому что, знаю, кто в горы ездит, там 2-3 тысячи высота, есть солнечная погода, белый снег, там жуткое излучение, там 70-100 крем мажется. Такой опыт был, в 3 слоя всем намазался, так я сгорел вот здесь, отражённый от снега. Потом уже понимаешь, насколько серьёзно такая вещь. То излучение высотное, оно опаснее?
-Конечно, потому что не только ультрафиолетовые лучи B, но и ультрафиолетовые лучи A подвергают наш организм воздействию, фактически ионизирующее излучение получается. И это не только для кожи будет неблагоприятно, например, для клеток крови могут быть проблемы с этим тоже. Поэтому, конечно, защита. И сейчас, кстати, промышленность выпускает одежду, на которой даже пишутся хорошие, скажем, марки, которые делают для туристов одежду, туристические экипировки, они пишут, что защищают от, например, лучей A, защита, протекция идёт. И если вы идёте в такие походы, в горы, то просто надо подобрать такую одежду и, соответственно, защитить кожу максимально.
-Поездки на юг, ну, такой дальний юг, там, Египет и ещё что-то, кто-то занимается снорклингом, там, дайвингом, плавают часами, уже знают, что вот такая майка с длинным рукавом, там, излучения нет, ничего. А там, где есть вот этот крем, это достаточная защита? Вот мы говорим, не надо на солнце находиться. А если ты весь оделся и намазался, можно находиться на солнце?
-Ну, если теплового удара не боитесь, да, можно, конечно, можно. Есть, на самом деле, хорошие SPF-кремы. У меня такой тоже опыт в своё время был, когда моя подруга своего четырёхлетнего ребёнка повезла в Египет в августе месяце. Ну, это были совсем давние времена, это их первая поездка была. А ребёнок прям белокожий, прям практически между вторым и первым фототипом, ну, совсем белый. И я её ругала, говорила, что ты делаешь, ты сейчас её сожгёшь, вот тогда возьми, раз уж вы едете всё равно, возьми вот такой крем и наноси. Они даже не загорели, приехали. У них даже загара не было.
-Давайте вернёмся к последствиям. Про пигментацию мы заговорили. Какой механизм того, что цвет кожи у человека частично меняется? Что происходит с кожей?
-В коже есть меланоциты. Они находятся на уровне самого первого слоя эпидермиса, это верхний покровный слой кожи. И это такие отростчатые клеточки, которые своими отростками дальше проникают. В меланоцитах синтезируется подвоздействием фермента тирозеназа меланин. И этот меланин попадает в велоносомы такие, гранулы, и распределяется равномерно по коже. Цвет кожи зависит от того, какой меланин преобладает. Есть эомеланин, это тёмные оттенки. Есть феломеланин, это розовые, красные оттенки. Есть эомеланины. И, соответственно, если эомеланина много, то кожа становится тёмной. И, собственно, солнце как раз и активизирует фермент тирозеназу и даёт возможность выработки активного эомеланина, который распределяется по коже, защищая кожу человека от чрезмерного воздействия. Собственно, поэтому жители африканских стран у нас темнокожие. Чем ближе к экватору, тем более тёмная кожа. Но белая кожа нужна для другого. Она синтезирует витамин D. Африканцы и так витамин D получают. А белокожий – как раз это один из этапов эволюции, который привёл к уменьшению меланина и потере, собственно, меланина, потому что люди из Африки переселились в северные территории, конечно. Им нужно было этот витамин D вырабатывать, и поэтому кожа потеряла свою тёмную окраску. И сейчас, кстати, есть большая проблема, потому что те африканцы, которые живут не в своих широтах, они страдают от большого дефицита витамина D. Их не вырабатывает.
-Не хватает. Недовырабатывается.
-Да, им приходится его компенсировать.
-Как современная медицина помогает эти проблемы исправлять? Можем ли мы это проблемами назвать?
-Проблемы пигментации?
-Да.
-Пигменты на самом деле поражения кожи бывают разные. Бывают врождённые, например, недержание пигмента, когда кожа становится мраморная, и это с рождения проявляется. Бывает появление пигмента поствоспалительное, когда был какой-то элемент, и он заживает, и на этом месте формируется воспалительная пигментация. Бывают нарушения гормонального фона, например, во время беременности очень часто возникает активация тирозиназа, и вырабатывается меланин. Знаете, наверное, когда в центре центрофоциально, то есть щёки, лоб покрываются коричневыми пятнами. Также появление пигмента лишнего на лице может быть признаком проблем с щитовидной железой. Гипертиреоз может тоже такое давать. Это более часто, реже кожа может приобретать бронзовый оттенок. Это болезнь Дессона. Это проблемы с надпочечниками. Выработка кортизола в достаточно большом количестве. Соответственно, необходимо, конечно, если что-то такое появляется, обратиться сначала к дерматовенирологу, чтобы определиться, какой механизм вызвал такое поражение кожи. Если специалист понимает, что там не системный процесс, не гипертиреоз, не болезнь Дессона, которая требует лечения эндокринолога и консультации серьезных препаратов, то можно поработать наружными средствами, аппаратными методиками и эту проблему достаточно качественно решить.
-Какие это средства? Лазер?
-Если мы говорим об аппаратах, это импульсный поляризованный свет, так называемый АПЛ. Если это хороший аппарат, сертифицированный с регистрационным удостоверением, потому что, к сожалению, у нас на рынке косметологических услуг часто бывают неликвидные аппараты. Государственные клиники не могут себе таких вещей позволять. Поэтому у нас зарегистрировано оборудование хорошего качества, хороших производителей и определенные длины волн с помощью фототермолиза разрушают меланин и высветляют кожу. Есть более активные лазеры, которые с помощью фотоакустики уже разрушают пигментацию, дают разрыв этих меланосом и пигмент теряется. Есть микроигольчатый РФ, который тоже стабилизирует, высветляет кожу. Ну и плюс препараты, которые действуют как блокаторы, помогают осветлить кожу.
-Это временное решение или навсегда? Поправили и всё?
-Это зависит от пациента, от того, как он соблюдает дальнейшие рекомендации. Если соблюдает, то можно совсем поправить.
-Теперь обратная ситуация. Этого пигмента нет, кожа высветляется, иногда это происходит достаточно резко, постепенно, у кого-то там врождённое. Витилиго это называется, не ошибаюсь? Кожа теряет цвет… Это можно вылечить? Потому что многие говорят, что… Не то, что не оращают внимание, считают это индивидуальной особенностью, кто-то кремом закрашивает. Что бы Вы порекомендовали? Что значит этот процесс?
-Витилиго – это тоже один из аутоиммунных кожных процессов. К счастью, чаще всего, не поражаются никакие внутренние органы системы, поражается только кожа. И развивается этот процесс, потому что иммунитет считает, что меланоцит – это чужеродные клетки. И такие клетки, как клетки лангергаса – это наши клетки-убийцы, которые убивают всё чужое, что попадает на кожу. Они эти меланоциты убивают и не дают им попасть в очаг, который формируется, чтобы закрыть его. Потому что в нормы, ну вы там поранили коленку, была корочка, корочка сошла и там, как правило, остаётся белое пятно. И потом это пятно само по себе закрывается. Почему? Потому что меланоциты из ближайших тканей из волосяных фолликулов поступают туда и коронируют этот участок. Так вот клетки-киллеры, клетки-убийцы не дают меланоцитам в этот отчат проникнуть. И соответственно, необходимо сделать так, чтобы эта активность была минимальной. На сегодня есть способы полечить витилиго, но это, правда, тоже достаточно длительный процесс, но при соблюдении рекомендаций врача, достаточно успешный. Спустя несколько, как правило, лет удается закрыть очаги и даже обширные очаги. В данном случае важно начать лечение рано. Чем раньше мы его начинаем, тем лучше будет результат.
-Часто ли Вы сталкиваетесь с последствиями таких народных, в кавычках, способов? Там или отбелить кожу, или чистотел, лук… Какие самые ужасные способы были, чего мы совершенно не советуем, чего стоит избегать?
-Надо сказать, что мы живем с вами в эру информационных технологий.
-Это ничего не значит совершенно.
-На самом деле, надо сказать, что несмотря ни на что, все-таки искусственный интеллект помогает людям чаще, чем мешает. Потому что реже обращаются люди, которые пытались что-то с собой самостоятельно сделать.
-Одно дело бесполезно, ничего страшного. Главное, вред не нанести.
Как правило, контактные дерматиты, ожоги бывают. Но сейчас, к счастью, это редко бывает.
-Тула, Вы уже сказали, что у нас достаточно серьезное солнечное излучение может быть, тем не менее, если мы говорим о ежедневной бытовой жизни, то есть мы не идем на пляж, а кто-то идет на работу пешком 20 минут, или гуляет вечером, или на дачу выезжает. Крем какого уровня защиты стоит использовать? Детей стоит ли мазать кремом? И вообще, насколько серьезно к этому стоит относится?
-Если вы идете утром, после восьми утра на работу, то лучше использовать где-то 30+. Когда будет пожарче, ближе к 30 приблизится – 50+. Вечером, если вы идете уже ближе к закату солнца, можно не наносить крем, потому что там будет инфракрасное излучение.
-5-10 крема есть? Их-то когда использовать?
-Это слишком мало. Поэтому лучше использовать 30%. В основном, мы все-таки не средиземноморского типа. 5-10, наверное, подойдет больше четвертому, пятому фототипу с желтой кожей. А нам, белокожим жителям региона, лучше все-таки 30.
-Как этот крем работает?
-Он экранирует за счет определенных солнечных частиц. Как бы, если бы вы надели на себя какую-то ткань, которая бы отражала.
-Это ближе не к химической защите, а к механической. Детский крем должен быть отдельный, вот где именно написано детский?
-Да, есть в линейках детские кремы. Их можно использовать и для взрослых тоже. Они просто обладают более тонкой текстурой. И правда, те кремы, которые сейчас есть в аптеках, они чаще всего не вызывают никаких контактных реакций и действительно хорошо защищают кожу от солнца. Поэтому можно и так, и так использовать. Что делать тем, кто хочет все-таки летом иметь не черный, но какой-то бронзовый, красивый загар? Никуда не денешься, вопросы эстетики. Хочется какого-то летнего преображения. Летнего преображения хочется. Есть, во-первых, камуфляжные различные средства, бронзаторы так называемые, которые при нанесении на лицо, на руки, куда угодно, вполне себе.
-Насколько они безопасны?
-Если это хорошие средства, то да, безопасны. Проблемы нет с этим. Можно так поступить. Можно сделать мейкап с бронзатором. Будет тот же самый эффект, но уже более защищенный.
-А можно поменять верш, что называется, и вспомнить о том, что вот та самая аристократическая бледность, которая считалась крайне модной в XIX веке, почему бы не вернуться к этому? Ведь это совсем не главное, если мы заботимся о своем здоровье. Это в списке приоритетов далеко не на первом месте.
-Надо сказать, что сейчас молодые люди, мужчины вообще никогда особо не беспокоились по поводу загаров. А девушки как-то не стремятся на самом деле. Наоборот, как правило, спрашивают, как защититься от солнечных ожогов и вообще от чрезмерного солнца. Потому что, ну я же говорю, мы живем в эру информационных технологий. Люди смотрят различные видео, и там очень часто пропагандируется.
-Все меняется достаточно быстро, изменения общественного сознания происходят.
-И бьюти-блогеры все время говорят о том, что надо защищать кожу от солнца, потому что это фотостарение. Это правда, это фотостарение.
-Хочется на солнце – крем, зонтик, пожалуйста, получаем удовольствие.
-И даже есть зонты с экранированием от солнца, да.
-Ну и последнее. Ничего не болит? Ни родинок, даже веснушек нет. Все замечательно. Стоит ли регулярно обращаться к дерматологу на осмотр и как часто это делать?
-Раз в год, конечно, обязательно нужно проходить, во-первых, диспансеризацию. Ну и если необходимо, то и посещать врача-дермотрениролога ежегодно. Один раз в год, если у вас нет проблем, этого достаточно. Вполне это позволяет как раз своевременно выявить начальные проблемы и подкорректировать их, предотвратить развитие более серьезных патологий.
-Спасибо большое! О том, как получить удовольствие от лета и не причинить вред своему здоровью благодаря солнечному излучению, говорили мы сегодня с нашим гостем. В студии фонарей была Наталья Руднева, главный врач Тульского областного клинического специализированного центра дерматовенерологии и косметологии, кандидат медицинских наук, заслуженный врач Российской Федерации. Небольшой перерыв у нас впереди. Эфир телеканала скоро продолжится.