Вы наверняка видели эти томные взгляды, огненные волны волос и
меланхоличных дам в средневековых платьях. Это они — Прерафаэлиты. Но
за этой красотой скрывается история настоящего панка XIX века. И лучше
всего её рассказывает одна картина, которую Чарльз Диккенс назвал «отвратительной и кощунственной».
С чего всё началось?
Представьте: Лондон 1848 года. Всё искусство — это гладенькая, коричневая
академическая рутина. Только портреты толстых джентльменов и мифология,
нарисованная «по правилам».
И тут трое дерзких студентов говорят: «Всё это
фальшивка».
Они придумывают секретное общество «Братство прерафаэлитов» и
клянутся писать так, как писали ДО Рафаэля. То есть честно, ярко, с натуралистичными деталями и без унылых академических шаблонов.
Но настоящая революция случилась в 1850 году, когда Джон Эверетт Миллес
выставил полотно «Христос в родительском доме».
На первый взгляд — ничего особенного: плотницкая мастерская, маленький
мальчик поцарапал руку о гвоздь, мать целует ранку, отец работает за
верстаком.
Однако, викторианская Англия взвыла. И вот за что.
Первое: грязь вместо святости.
До Миллеса Святое семейство писали только в золотых нимбах и стерильных
дворцах. А тут — пол в древесной стружке, голые стены с паутиной, грязные
ноги, простые рабочие инструменты.
Для церкви это было кощунством: «Как
вы смеете помещать Сына Божьего в этот сарай?»
Второе: анатомия «монстра».
Чарльз Диккенс, который обычно защищал бедных и обездоленных, на сей
раз пришёл в ярость. В своей газете Household Words он написал:
«Кривошеий, всхлипывающий рыжий мальчишка с опухшим лицом… в такой
уродливой позе, что шея выглядит вывихнутой. А рядом с ним —
женщина-монстр, которую в любом парижском кабаке сочли бы пугалом».
Диккенс требовал немедленно убрать картину из Королевской академии, потому что она «оскорбляет религию и здравый смысл».
Третье: отсутствие нимбов.
Миллес сознательно не стал рисовать традиционные сияния над головами. Он
заменил их обычными световыми бликами на стене и на лице Иосифа. Его
идея была дерзкой: святость не в атрибутах, а в самом действии — в
материнской любви, в честном труде. Но публика прочитала это как атеизм и насмешку.
Четвёртое: кровь на руке Христа.
Самая опасная деталь. Маленькая ранка от гвоздя — это прямое пророчество
о распятии. Критики закричали: «Вы превращаете младенца в жертву ещё до
того, как он научился ходить. Это патология, а не религиозное чувство».
Картину называли «ересью», «мерзостью» и требовали сжечь. Художников
преследовала пресса, а королева Виктория попросила доставить полотно во
дворец, чтобы лично убедиться в его «безобразии».
Спойлер: королева Виктория никакой ереси в этой картине не увидела😄
И это только одна история из десятков: трагические музы, эксгумированные стихи, запретная любовь. Если хотите разобраться в этом лабиринте красоты и скандала, приходите на нашу лекцию о Прерафаэлитах завтра в 19:00 в «Железнодорожные ворота»! Будет честно, ярко, без академической скуки и с большой любовью к искусству. Как и завещали нам Прерафаэлиты😄
Ссылка на билеты: https://ruin-keepers.timepad.ru/event/3973625/
